Дуань Юйчэн рассмеялся.
— Это точно! Но в детстве я был глупым и ничего не понимал. — Он помешивал ложкой десерт из ледяной крошки и продолжал: — В общем, так и тренировался как в тумане, а когда пришёл в себя, уже полюбил прыжки в высоту. Тренер, за все эти годы ты знаешь, сколько людей советовали мне бросить прыжки или сменить дисциплину?
Ло На покачала головой.
Дуань Юйчэн с досадой произнёс:
— Я и сам уже сбился со счёта, каждый мой тренер говорил об этом. Но в итоге я всё равно выстоял. Это уже стало моей привычкой. — Он посмотрел на Ло На и с самоиронией добавил: — Моё детство было скучным: только морепродукты и прыжки в высоту. Они были со мной так долго, и теперь ты хочешь, чтобы я от них отказался?
— Но…
— У Цзян Тяня соревнования шли из рук вон плохо, но в итоге он всё равно решил продолжать прыгать. Если даже он смог выстоять, почему я не смогу?
— Не у всех есть условия для смены дисциплины.
— Тренер. — Взгляд Дуань Юйчэна был искренним как никогда. — Ты веришь мне?
Опять этот вопрос.
Не дождавшись ответа Ло На, Дуань Юйчэн занервничал и вдруг сжал её руку, лежавшую на столе.
— Мне всё равно, что говорят другие, но ты обязательно должна верить мне. Пожалуйста, обязательно верь мне!
Ло На не убрала руку, потому что почувствовала тревогу, исходившую от ладони юноши.
К сожалению, многие вещи нельзя решить одной лишь «верой». Если бы только с помощью силы воли и упорных тренировок можно было завоевать титул чемпиона мира, мир спорта был бы слишком прост.
Но Ло На не стала больше его переубеждать, лишь улыбнулась ему и сказала:
— Хорошо.
Услышав её ответ, напряжение Дуань Юйчэна наконец спало.
Ло На съела немного фруктового льда, и они заговорили о другом. Она решила больше не тратить слов на этот вопрос: многие истины не докажешь простыми разговорами. Только когда он столкнётся с настоящим ударом и врежется лбом в южную стену, он поймёт, что на одном лишь пылком энтузиазме в мире большого спорта далеко не уедешь.
Вернувшись ни с чем, они зажили прежней жизнью.
Дуань Юйчэн сократил и без того скудное свободное время, день за днём отдавая себя учёбе, тренировкам и соревнованиям. Он повторял этот монотонный и тяжёлый образ жизни. Он не жаловался на усталость и не сдавался. Он отклонял все приглашения одногруппников на вечеринки и прогулки. Сначала Цзя Шили ещё пытался его уговорить, но после нескольких неудач в следующий раз его просто перестали звать.
В один из апрельских дней Ло На обсуждала в кабинете состояние спортсменов с врачом команды Лю Цзяо, когда в комнату радостно вошёл Ван Цилинь и объявил, что нашёл прекрасный росток.
— А ну-ка взгляни, ты же в последнее время увлечена прыжками в высоту.
— …С чего это я ими увлечена?
Ван Цилинь всучил Ло На папку с документами.
— Подготовься, завтра мы поедем к нему.
— Я тоже поеду?
— Конечно, ты поведёшь машину, его дом довольно далеко.
Ло На открыла материалы. У этого ученика, приглянувшегося Ван Цилиню, было очень интересное имя — Мао Маоци. Ему только исполнилось семнадцать, он был воспитанником уездной спортивной школы.
Этот уезд находился очень далеко от университета А, в горном ущелье на границе с соседним городом. Об этой дыре, где птицы не гадят, никто бы и не узнал, если бы местный тренер не был старым знакомым Ван Цилиня и не настоял на рекомендации Мао Маоци.
На следующий день Ло На вместе с Ван Цилинем проехала за рулём более пяти часов и прибыла в пустынную горную местность.
Стоило выйти из машины, как в лицо ударил запах пыли.
Эту спортшколу можно было описать одним словом — «жалкая». Земляная площадка, круг на которой на вид не превышал двухсот метров. С самого края площадки была проложена резиновая дорожка длиной в несколько десятков метров. Называлась она дорожкой, но на деле это были два куска старой резины, брошенные на землю; от солнца края их закрутились, и они практически пришли в негодность.
За площадкой стояло ветхое двухэтажное здание, на внешней стене которого были выведены восемь иероглифов: «Упорно тренируйся, покоряй вершины». От многолетних ветров и дождей надпись уже поблекла и облупилась. На втором этаже здания были открыты два окна, из которых торчало несколько длинных шестов с редко развешанной ветхой одеждой учеников.
— Ну и условия… — Даже привыкшая к трудностям Ло На при виде этой картины невольно нахмурилась.
Ван Цилинь подтянул штаны и сказал:
— Пошли, пошли! Найдём его!
Они нашли Мао Маоци в тренажёрном зале — так называемом тренажёрном зале, который представлял собой маленькую хижину под черепичной крышей площадью чуть более десяти квадратных метров. Внутри лежало несколько зелёных матов, рядом стояли три-четыре гантели, и Мао Маоци как раз делал упражнения на пресс, пока тренер прижимал его стопы ногами.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
