На второй день Нового года Ли Лулу, жившая в том же городе, позвонила в дом Сан, чтобы поздравить тётю с праздником.
Мама Сан ушла навещать родственников, а Сан Уянь отправилась к Чэн Инь, чтобы поделиться чувствами после того, как ей сделали предложение.
Су Няньцинь был дома один и ответил на звонок Ли Лулу.
— У Янь ушла к Чэн Инь, — сказал Су Няньцинь. Он не понимал, почему она так настаивала на том, чтобы он не шёл следом.
— К Чэн Инь? Господин Су, вы шутите?
Су Няньцинь был в полном недоумении и не понимал, что она имеет в виду.
— Чэн Инь умерла пять лет назад.
Су Няньцинь выпрямился:
— Что вы сказали?
Су Няньцинь и Ли Лулу договорились встретиться в чайной неподалёку от дома Сан.
Ли Лулу сказала:
— Если вы имеете в виду Чэн Инь, нашу с У Янь однокурсницу, то она скончалась, когда мы были на третьем курсе. — Выслушав рассказ Су Няньциня о Чэн Инь, она почувствовала, что дело принимает серьёзный оборот.
— Хотите сказать, что я лгу? — Су Няньцинь прищурился.
— Нет-нет, — поспешно возразила Ли Лулу, не желая ставить под сомнение неизменный авторитет Су Няньциня.
— Какова была причина смерти?
— Несчастный случай в лифте нашего учебного корпуса. Было слишком поздно, она застряла внутри, и никто не догадывался, что у неё серьёзное заболевание сердца, — вспоминала Ли Лулу.
— А где была У Янь в то время? — Су Няньцинь начал нервничать.
— Она была заперта в лифте вместе с Чэн Инь и видела всё своими глазами. Знаете, в общежитии они были неразлейвода, Чэн Инь часто за неё заступалась, они были практически неразлучны. С тех пор У Янь переехала и стала жить одна вне кампуса, почти перестав общаться с однокурсниками.
— Ли Лулу, неужели вы хотите, чтобы я поверил в существование призраков? — Су Няньциню это казалось смешным.
— Господин Су, я психолог-консультант. Если это не призрак, то, с нашей точки зрения, это можно назвать парафренией — лёгким бредовым расстройством.
— Парафренией? — Су Няньцинь слышал об этом.
— Это довольно распространённый психологический симптом, многие писатели страдают от его лёгких форм. Судя по всему, что вы только что рассказали, вы не видели Чэн Инь сами, а знали о ней только со слов У Янь. На самом деле вы никогда с ней не встречались.
Су Няньцинь промолчал, признавая её правоту.
— Всё это — лишь плод воображения У Янь, созданный, чтобы облегчить психологическое напряжение, одиночество или подавленность. Некоторые пациенты воображают себя президентами, другие выдумывают несуществующих личностей, а У Янь просто кажется, что её лучшая подруга всё ещё рядом. В подсознании она знает, что Чэн Инь мертва, поэтому никогда не упоминает о ней при тех, кто в курсе событий — она боится разоблачения.
— То есть это то, что вы называете шизофренией?
— Нет, — Ли Лулу покачала головой. — Всё не так серьёзно. Эти фантазии — лишь её способ самозащиты. Когда она не знает, как поступить, она в мыслях играет роль Чэн Инь, копируя её характер и манеру речи, и ведёт диалог с самой собой. Так что это своего рода позитивная саморегуляция. Сейчас лучший выход для У Янь — не отправлять её к врачу, а делать вид, что вы ничего не знаете. Окружите её заботой, старайтесь, чтобы она меньше оставалась одна, и не позволяйте негативным эмоциям влиять на неё.
Прощаясь, Ли Лулу добавила:
— Я буду присматривать за ней, но, господин Су, надеюсь, вы найдёте кого-то, кто сможет постоянно следить за ней на случай непредвиденных обстоятельств. Эта болезнь требует от близких огромных усилий и терпения, ведь некоторые не излечиваются до конца жизни.
С неба сыпал мелкий дождь. Хоть он и был похож на тонкие иглы, зимой его прикосновения к коже были на редкость болезненными. Су Няньцинь долго сидел один на скамье в сквере у дома семьи Сан, и плечи его пальто почти насквозь промокли.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
