В этот миг его взгляд переместился, устремляясь вслед удаляющимся по озеру силуэтам тех, кто спас людей:
— Кто это?
— Всего лишь двое учеников внешнего круга моей школы. Они не собирались проявлять дерзость, так что собрат по Пути пусть не серчает, — Юань Цинши напомнил: — Младшие шимей развлекаются, нам не подобает вмешиваться.
Цзые Вэньшу ничего не ответил и бесстрастно отвел взгляд.
Юань Цинши ощутил прилив бессилия. Каково приходится ученикам Цинъя в обычные дни? Наверное, нелегко жить бок о бок с изваянием божества, лишенным семи чувств и шесть желаний1, да еще и находиться у него в подчинении.
В павильоне у воды люди смотрели на озеро, и на душе у них скребли кошки. Они завидовали, что у школы Хуавэй есть столь умелые и статные ученики, и в то же время злились на своих подопечных за их никчемность.
Фэн Цзыи холодно усмехнулась:
— Одного было мало, так прислали двоих, и один способнее другого. Чэнь-дасяоцзе действительно постаралась!
В гневе она позабыла, что сама первой предложила состязание в технике легкости. Если бы Чэнь Хунчжу объяснилась добром, то не довела бы дело до нынешних раздоров.
Однако Чэнь Хунчжу всегда отличалась высокомерием. Больше всего она ненавидела, когда на нее наговаривали, и терпеть не могла пускаться в объяснения с чужаками, поэтому крайне раздраженно бросила:
— Это не я! Ты только что оскорбила их, вот он и решил выпустить пар. Не веришь — иди и сама у него спроси!
Фэн Цзыи внезапно поднялась:
— Ладно, я спрошу.
Из ее рукава вылетела лента пурпурного шелка. Она прочертила в небе дугу, подобно радуге, а следом раздался звонкий смех девушки:
— Двое собратьев по Пути, раз уж вы здесь, почему бы не зайти и не побеседовать!
— Что ты творишь?!
Чэнь Хунчжу не ожидала, что та посмеет применить силу в стенах школы Хуавэй. Алая плеть развернулась и, словно огненный дракон, устремилась в погоню.
Сун Цяньцзи увидел, как на него несется сияющая пурпурная лента. Он узнал этот артефакт и поначалу хотел уклониться, но вовремя вспомнил, что сейчас Фэн Цзыи — не могущественный мастер стадии Зарождающейся души, а всего лишь девчонка, еще не сформировавшая золотое ядро.
Одной рукой он подхватил Мэн Хэцзэ и прыгнул прямо на пурпурный шелк. Быстро перебирая ногами, он воспользовался этим «радужным мостом», чтобы перенестись с середины озера на берег.
Чэнь Хунчжу испугалась, что случайно заденет своих, и поспешно убрала плеть. Фэн Цзыи хотела связать их обоих, но, увидев, как ее любимое сокровище топчут ногами, изменилась в лице и тоже торопливо отступила.
К тому моменту двое уже твердо стояли в павильоне.
Больше десятка человек на озере не на шутку разбушевались и, перемазанные илом, бросились в погоню за ними.
Но оказавшись в тесном павильоне, они не смогли развернуться. Увидев полный зал прекрасных женщин-культиваторов с самыми разными выражениями лиц, они словно получили ушат ледяной воды на голову и тут же вспомнили о прежнем уговоре — не использовать магические инструменты.
Все разом остановились, но обида жгла изнутри, и лица их то бледнели, то наливались краской.
Фэн Цзыи рассматривала прибывших. Тот, кто появился первым, выглядел статно и мужественно, но сейчас в его взгляде читалась ярость, словно у разъяренного зверя. Второй был высок, строен и красив, при этом держался он невозмутимо и с достоинством.
«Кто знает, — подумала она, — вдруг они личные ученики школы Хуавэй, которые нарочно нацепили одежды внешнего круга».
— Чэнь-дасяоцзе, не представишь ли их нам? Позвольте узнать почтенные имена этих двоих.
Чэнь Хунчжу окинула взглядом присутствующих и слегка нахмурилась. «Шестеро мудрецов из Цинъя» происходили из великих семей, и здесь было немало тех, кто состоял с ними в родстве. Если она назовет имя Сун Цяньцзи, сегодняшнее дело так просто не закончится.
— Всего лишь двое учеников внешнего круга, — холодно ответила она. — Кому какое дело до их имен, кто станет их запоминать!
— И то верно, — усмехнулась Фэн Цзыи. — Таким ученикам внешнего круга в моей школе Даянь доверили бы разве что разгребать навоз за моими духовными зверями!
- Семь чувств и шесть желаний (七情六欲, qī qíng liù yù) — буддийское понятие, описывающее все многообразие человеческих эмоций и плотских стремлений. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
