Следующим шагом нужно было разделить математическую модель, требующую расчётов, на 2000 блоков параллельных вычислений. Это была кропотливая работа, занявшая у нас полмесяца. Затем мы связали эти блоки с той программой-заставкой и разместили их на главной странице. Сетевое программирование оказалось сложнее, чем в проекте SETI@home, поскольку между вычислительными блоками требовалось передавать данные. Наконец мы загрузили главную страницу на сервер и в полном предвкушении стали ждать результатов.
Спустя три дня мы поняли, что были слишком оптимистичны. Страницу посетило менее 50 человек, а программу-заставку скачали всего четверо. В гостевой книге появилось две записи, и в обеих с напускной благопристойностью нас предостерегали от занятий лженаукой.
— Теперь есть только один выход, — сказала Линь Юнь. — Подменить одно другим: загрузить данные, которые нам нужно рассчитать, на серверы SETI@home. Взломать их серверы не составит труда, и тогда огромное количество компьютеров, скачавших их заставку, будет работать на нас. Согласно программным настройкам, результаты будут пересылаться нам.
Я не стал возражать. Я осознал, насколько бессильны моральные оковы, когда чего-то страстно желаешь. Но я всё же придумал оправдание:
— Сейчас на них работают более ста тысяч компьютеров, нам же нужно всего две тысячи из них. Закончим и уйдём, на них это никак не повлияет.
На самом деле Линь Юнь вовсе не нуждалась в подобном самоутешении. Она подключила компьютер к интернету и стремительно принялась за дело. Глядя на то, как уверенно и умело она действует, я не мог и вообразить, чем она занималась в сети раньше. Через два дня она успешно разместила наши данные и программу на сервере SETI@home (позже выяснилось, что сервер находился в Университете Беркли).
Этот случай дал мне понять, что у Линь Юнь гораздо меньше моральных ограничений, чем у меня; ради достижения цели она не остановится ни перед чем.
Прошло всего два дня, и все две тысячи наших программ-заставок на сервере SETI@home были разобраны. Результаты вычислений начали непрерывным потоком стекаться на наш сервер. В течение нескольких дней мы с Линь Юнь часто по многу часов кряду наблюдали за растущим объёмом данных на мониторе, упиваясь мыслью о том, что две тысячи компьютеров, разбросанных по всей Земле, трудятся на нас.
Однако на восьмой день я включил компьютер в институте молниезащиты и зашёл на сервер «Новой концепции», обнаружив, что передача результатов прекратилась. Последним пришёл текстовый файл следующего содержания:
— Мы занимаемся величайшим делом человечества, располагая лишь самыми скромными средствами, и всё же подвергаемся подобным постыдным нападкам. Вам должно быть стыдно!
— Нортон Паркер, руководитель проекта SETI@home
В тот миг я словно провалился в ледяную прорубь. Руки опустились, мне было лень даже звонить Линь Юнь, но она позвонила сама.
— Я знаю, но звоню не из-за этого, — сказала она в ответ на мой вопрос. — Загляни в гостевую книгу на нашей старой странице!
Я открыл ту нашу главную страницу и увидел, что в гостевой книге появилось ещё одно сообщение на английском:
— Я знаю, что вы вычисляете, BL. Не тратьте жизнь впустую, найдите меня!
— Российская Федерация, Новосибирская область, город Ноксберг, ул. 24-я, дом 106, кв. 561.
BL — это сокращение от «шаровая молния».
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.