В тот же день после полудня два вертолёта, которые много дней не поднимались в воздух, снова взлетели. На высоте трёх тысяч метров они запустили электрическую дугу, вызвав три шаровые молнии. На борту двух вертолётов находились семь человек, включая меня и Линь Юнь. Все мы следили в бинокли за каждым грозовым шаром, пока те не исчезли, но так ничего и не увидели.
— У вас недостаточно хорошее зрение, — сказал Дин И, узнав о результатах.
— Мы с капитаном Лю тоже ничего не видели, — произнёс пилот вертолёта лейтенант Чжэн.
— Значит, и у вас зрение недостаточно хорошее.
— Что? У нас плохое зрение? У нас зрение три ноль, трудно найти людей с глазами лучше наших! — воскликнул капитан Лю, пилот второго вертолёта.
— Тогда вызовем ещё несколько и посмотрим внимательнее, — с полным безразличием бросил Дин И.
— Профессор Дин, вызывать грозовые шары — дело опасное, нам нужно быть осторожнее, — сказал полковник Сюй.
— Я думаю, стоит попробовать ещё раз, как говорит профессор Дин. Иногда приходится идти на риск, — сказала Линь Юнь.
За те неполные два дня, что Дин И провёл на базе, отношение Линь Юнь к нему заметно изменилось: от сомнений при первой встрече до глубокого уважения. Я заметил, что подобного почтения она не проявляла больше ни к кому. После совещания я спросил её об этом, и она ответила:
— Дин И — человек глубокой мысли. Он размышляет о шаровых молниях с высоты, которая нам недоступна.
— До сих пор я не увидел в его мыслях ничего выдающегося.
— Я это не увидела, а почувствовала.
— Но какие проблемы могут решить его туманные идеи? А эта его почти болезненная упрямость… я просто не могу на неё смотреть.
— Шаровая молния сама по себе вещь крайне загадочная и непостижимая.
Поэтому на следующее утро снова провели три часа полётов, вызвав два грозовых шара. Результат был таким же, как вчера: после их исчезновения ничего не было видно.
— Я всё же считаю, что ваше зрение недостаточно острое. Нельзя ли пригласить лётчиков более высокого класса — тех, что летают на самолётах с крыльями? — спросил Дин И.
Эти слова привели пилотов вертолётов в ярость. Капитан Чжэн сердито ответил:
— Это называются лётчики-истребители! И я тебе скажу: у ВВС и армейской авиации свои преимущества, и вопрос о том, кто выше классом, а кто ниже, вообще не стоит! По крайней мере, требования к зрению у нас и у них одинаковые!
— Ха-ха, я не интересуюсь военным делом. Раз так, значит, всё дело в слишком большом расстоянии до цели. С такой дистанции никто не сможет разглядеть грозовой шар.
— Я уверен, что даже вблизи ничего не увидишь!
— Это возможно. В конце концов, это прозрачный пустой пузырь. Для такого объекта условия наблюдения в воздухе слишком плохи. Единственное, что мы можем сейчас сделать — это забрать его и положить на стол, чтобы рассмотреть.
Мы снова в недоумении переглянулись — перед лицом Дин И у всех часто бывало такое выражение.
— Да, у меня есть план. Можно поймать неактивированную шаровую молнию и сохранить её.
— Как это возможно? Мы же её даже не видим!
— Послушайте, пока вы летали, я изучал документацию на эту вещь, — Дин И указал на лежавшие рядом две секции сверхпроводящих аккумуляторов.
— Какое это имеет отношение к шаровой молнии?
— В них можно хранить неактивированную шаровую молнию.
— И как же это сделать?
— Очень просто. Нужно коснуться пузыря сверхпроводящим проводом, подсоединённым к положительному полюсу аккумулятора. Тогда он будет введён внутрь и будет храниться там точно так же, как электрический ток. На отрицательном полюсе его можно будет извлечь тем же способом.
— Сказки «Тысячи и одной ночи»! — выкрикнул я. Напускание тумана со стороны Дин И стало уже невыносимым, и я по-настоящему пожалел, что мы его пригласили.
— Это не так-то просто сделать, — Линь Юнь по-прежнему была серьёзна. — Мы не видим пузырь, как же нам к нему прикоснуться?
— Майор, ты человек умный, подумай хорошенько, — сказал Дин И с ехидной ухмылкой на лице.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.