Грэйт прекрасно знал, какая именно муха ему нужна.
Точнее говоря, он ясно понимал: ему требовалась плодовая мушка — да‑да, та самая, у которой глаза обычно красные, но изредка встречаются и белоглазые особи. Та самая, что стала орудием просветления Белоглазого Святого Короля Моргана.
Иными словами, если бы та белоглазая мушка в свой последний миг не успела передать свои гены вместе с какой‑нибудь красноглазой, история человечества могла бы пойти совсем иным путём.
А сам Морган, пожалуй, так и остался бы ворчливым стариком с дурной славой похитителя молочных бутылок, не вознёсшись до звания Святого Короля.
Но ведь Грэйт не мог сказать эльфам:
— Пойдите‑ка, найдите мне такую мушку, у которой три пары аутосом и одна пара половых хромосом, в основном глаза красные, но бывают и белые, а крылья то короткие, то длинные…
Он, конечно, пытался. Спросил у эльфов, не слышали ли они о существе под названием «плодовая мушка». Однако, когда человеческое слово прошло через перевод на всеобщий язык магии, а затем — через заклинание «Красноречие» — на эльфийский, собеседники лишь недоумённо моргали.
Путь оказался тупиковым.
Может, в этом мире и существовали плодовые мушки, но назывались они наверняка иначе. В конце концов, если борную кислоту эльфы зовут «лунным песком», чему тут удивляться?
Так что Грэйту пришлось искать самому.
Эта муха — слишком крупная, не годится.
Другая — глаза чёрные, тоже нет.
Третья — тело отливает металлическим блеском, опять мимо…
— Э‑э… Похоже, нужной мне нет, — пробормотал он.
— Так какую же ты, в конце концов, ищешь? — Айси Мюэгэ, зажав нос, едва сдерживала раздражение. — Мы уже перевернули кучи мусора, вырыли ямы, собрали десятки тысяч мух, а ты теперь говоришь, что ни одна не подходит?! Да я тебе сейчас голову проломлю!
— Эм… я ищу совсем крошечную мушку, — виновато ответил Грэйт.
Он и сам понимал, что перегибает, но выхода не было. Не зная, найдётся ли здесь плодовая мушка вообще, он мог лишь действовать наугад, полагаясь на количество. Всё‑таки искать среди множества насекомых именно мух проще, чем среди всех живых существ.
Он загибал пальцы, рассуждая:
— Во‑первых, она должна быть очень маленькой, чтобы в одну банку помещалось сотни две. Во‑вторых, размножаться быстро — лучше, чтобы одно поколение сменялось за неделю, максимум за десять дней. Полмесяца — уже слишком долго…
Лицо Айси Мюэгэ исказилось. Найти мелкую муху несложно, но чтобы она ещё и размножалась стремительно — кто вообще исследует мух?!
Эльфы, конечно, изучают природу, общаются с ней, оберегают её, но их интересуют пчёлы, бабочки — полезные создания. Некоторые, правда, расширяют круг до богомолов или муравьёв, если те обладают особыми свойствами. Но мухи?.. Никогда!
— И как, по‑твоему, это узнать? Маленький Грэйт, ты что, мстишь мне?!
— Ай! Сестра Мюэгэ, отпусти! — взвыл он.
Спас его в итоге старейшина Фахим.
Он некоторое время наблюдал за перепалкой, потом, улыбнувшись, поманил Айси Мюэгэ в сторону и сам подошёл к ряду банок.
— Хм, мухи… забавные создания, — произнёс он мягко. — Хоть и кажутся грязными, но в природе играют незаменимую роль в разложении и обновлении.
Старейшина медленно наклонился к банкам и стал рассматривать каждую. Вскоре из его уст полились точные цифры:
— Вот эта… от яйца до взрослой особи — семь–четырнадцать дней, размножаться начинает через день‑два.
А эта — девятнадцать.
Эта… зависит от климата: на Острове Вечного Союза — пятнадцать, в Лесу Изобилия — тринадцать…
Грэйт торопливо записывал.
Айси Мюэгэ, стоявшая рядом, смотрела на старейшину всё с большим почтением. Даже мух он изучал! Не потому ли и стал легендой? Или именно потому, что не гнушался ничем, даже самыми «грязными» существами?
Она поёжилась и решительно отогнала мысль. Нет уж, даже зная метод, она не станет возиться с этим. В конце концов, она — воин, а не учёный!
— Хм, знакомых мне видов — только эти, — наконец выпрямился Фахим. — Но узнать о других несложно. Стоит лишь вырастить их хотя бы один полный цикл — от яйца до взрослой особи, и всё станет ясно, не так ли?
Лицо Грэйта болезненно дёрнулось.
Да, логика безупречна. Но ведь это значит — самому разводить мух, проходить с ними полный цикл, а потом ещё и не один…
Он мечтал о подмастерьях. О помощниках. О целой группе магов — хоть заклинателей, хоть трансмутационников, хоть некромантов, лишь бы кто‑то помог!
Ах, если бы можно было основать здесь Институт биогенетики Грэйта… Разве подобает руководителю и основателю лично возиться с мухами?
Он с мольбой взглянул на старейшину.
Фахим помолчал, огляделся: почти все эльфы уже успели улизнуть, даже Айси Мюэгэ тихонько пятится к выходу. А Сайрила, что до сих пор стояла рядом с Грэйтом, уже почти скрылась за дверью лаборатории.
— Кхм, маленький Грэйт, — мягко произнёс старейшина, — мы понимаем, что твои исследования направлены на исцеление отца госпожи Молли и других, чьи тела пострадали от источника Вечности. Но, признаюсь, разведение мух кажется несколько… далёким от этой цели.
Он задумался, подбирая слова:
— Если ты объяснишь, зачем тебе это нужно, каков путь твоего исследования, возможно, я найду тебе помощников.
Грэйт замялся. От хромосом до наследования, от генов до их разрушения — путь слишком долог, а уверенности нет никакой. Как же объяснить?
— Э‑э… я вот вспомнил, — пробормотал он, — что нужная мне муха должна отвечать ещё одному условию… Её должно быть легко содержать. Ну, скажем, она не питается падалью, не лезет в грязь, а ест фрукты?
— Так бы сразу и сказал!!! — в один голос воскликнули Фахим, Айси Мюэгэ и несколько эльфов, высунувшихся из‑за угла.
