Архимаг Филби закрыла глаза и на миг сосредоточилась, позволяя утомлённому разуму чуть‑чуть отдохнуть. Управлять духовной силой с такой тонкостью, чтобы рассматривать структуру отдельного участка хромосомы, — даже для мага, стоящего в полушаге от легенды, было делом изнурительным. После двадцати последовательных наблюдений виски у неё начали едва заметно пульсировать.
Эх… — подумала она. — Малыш Грэйт ведь не совсем ошибался. Если бы удалось повысить разрешение магического микроскопа, не пришлось бы так надрываться, вглядываясь в каждую клетку силой духа.
Тогда её ученики, ассистенты, все маги лаборатории могли бы сами вести наблюдения и записи, а ей оставалось бы лишь собирать результаты, анализировать и сопоставлять. Ведь на её уровне важно уже не то, что ты видишь, а что способен понять и доказать из увиденного — в этом и заключается подлинная ценность исследователя высшего ранга.
— Соедини меня с архимагом Тенаси Лонгером из школы Превращений, — произнесла Филби, касаясь кнопки вызова башенного духа.
Помолчав, она добавила:
— И ещё — с архимагами школ Заклинаний, Защиты, Иллюзий… и Некромантии тоже. Они ведь помогали, когда мы создавали первый микроскоп.
Один за другим она отправляла приглашения. К двум часам дня все откликнувшиеся маги собрались в её лаборатории, каждый со своим лучшим помощником — даже некромант из Черновороньего болота привёл с собой скелета.
Филби показала коллегам результаты своих наблюдений, затем установила новую партию магических лягушек, предлагая каждому взглянуть самому.
Реакция не заставила себя ждать. Полушагнувшие в легенду и мастера высокого ранга, столкнувшись с невиданным открытием, таращили глаза так, будто сейчас они выкатятся из орбит.
Некоторые сумели рассмотреть структуру, другие — нет. У кого духовная сила была достаточно тонка, тот, как Тенаси Лонгер, дрожал руками, будто страдал судорогой; у кого не хватало чувствительности, тот, глядя на записи Филби, то стонал от досады, то колотил себя по лбу, то не мог оторваться от микроскопа, словно зачарованный.
Филби с удовлетворением наблюдала за этой сменой лиц. Те, кто видел, готовы были нырнуть в окуляр с головой; те, кто не видел, — в светящийся экран башенного духа.
Прекрасно, — подумала она. — Когда есть чувство и жажда, появится и стремление создать лучший инструмент наблюдения.
Она терпеливо дождалась, пока последний гость закончит просмотр, дала всем немного остыть и спокойно сказала:
— Использовать духовное зрение для таких исследований могут лишь немногие, потому работа идёт слишком медленно. Если бы у нас был микроскоп с более высоким разрешением или иное устройство наблюдения…
— Без проблем! — первым откликнулся архимаг Тенаси Лонгер. — Хромосомы, а в них — модели заклинаний! Если разобраться в этом до конца, мы сможем проверять любые материалы — растения, зверей — на наличие скрытых магических структур и направлять силу точнее. Тогда и обработка, и создание артефактов станут куда эффективнее!
Он заговорился, увлекаясь: исследования хромосом помогут и в другой ветви Превращений — изменении форм живого. Заклинания станут плавнее, расход энергии уменьшится.
— Беру это на себя! — воскликнул он. — Разгружу текущие дела и возглавлю проект!
— Я тоже участвую! — поднял голос архимаг Ландро из школы Заклинаний. Его духовная сила была грубее, чем у Лонгера, и потому желание разобраться самому только усиливалось. — Если магическая вязь — это верхний слой структуры, её отражение в теле существ, то золотые вспышки в хромосомах, возможно, и есть первообраз заклинаний! Это открытие бесценно для нашей школы!
— И я! —
— И я! —
Один за другим маги из разных направлений заявляли о готовности присоединиться. Они обсуждали состав групп, финансирование, план исследований, место работы. Совещание затянулось до глубокой ночи: под кофе и холодные сэндвичи они писали заявки, планы, отчёты — и лишь под утро разошлись, неохотно покидая лабораторию.
Филби проводила их до лифта, улыбнулась закрывающимся дверям: Отлично. В единстве сила. Через полгода, год — новый микроскоп с нужным разрешением должен быть готов.
Должен… ведь учитель рядом, можно спросить совета. Остальные архимаги и полулегенды тоже обратятся к своим наставникам. Неужели легенды не заинтересуются таким вопросом? Даже если не примут участия напрямую, наверняка подскажут ученикам пару идей.
Но пока проект только начинался, повседневные исследования никто не отменял. Филби продолжала работать — зверь за зверем, вид за видом.
Мелких существ, вроде магических лягушек, легко было удержать простым заклинанием связывания; с крупными, вроде железнокожей свиньи весом под тонну или двухметрового короткомордого крокодила, приходилось возиться дольше: требовалось перестраивать и фиксирующие чары, и связанный с микроскопом ускоритель.
— Столько магических конфигураций… — пробормотала она. — Жаль, что их нельзя пересадить человеку. Хотя… если бы можно было увидеть собственные магические структуры…
Мысль вспыхнула внезапно.
Филби подняла левую руку, отогнула рукав и внимательно посмотрела на кожу — тонкую, белую, почти прозрачную под ярким светом. Если сделать надрез… аккуратный, как у подопытных зверей…
Теоретически — возможно. За последние дни она набила руку на подобных операциях. Боль можно приглушить — у Грэйта есть то самое «местное обезболивание», которое он называет заклинанием локального подавления боли. Управлять ускорителем и микроскопом она сможет и одной рукой — десятки рук мага послушно выполнят приказ.
Решив, она действовала. Сначала вызвала на экран собственные хромосомные снимки, долго вглядывалась, пока не запомнила все двадцать три пары и тысячи светлых и тёмных точек. Затем заперла дверь лаборатории, приказала никому не входить и приступила.
У стены она поставила мишень для заклинаний, активировала защитные, поглощающие и нейтрализующие чары. Потом тщательно вымыла руки, сбрив тонкие волоски, продезинфицировала кожу.
Спасибо тебе, Грэйт, — мелькнуло в голове. — Ты столько раз твердил о стерильности, что я запомнила всё до мелочей.
Тонким лезвием она осторожно рассекла полоску кожи — миллиметр шириной и десять сантиметров длиной. Поднесла левую руку к микроскопу, поместила ещё живой, связанный с телом участок под объектив.
Сосредоточилась, выровняла дыхание, подняла палец, направив его на мишень. Духовная сила, усиленная микроскопом, зафиксировала хромосомы.
— Ледяной луч!
Хромосомы едва вспыхнули. Отлично — реакция есть, значит, клетки расходуют энергию при сотворении заклинания.
Посмотрим… третья хромосома, точка пятьдесят седьмая; пятая — восемьдесят первая; одиннадцатая — восемнадцатая… все мерцают одновременно.
— Ещё раз! —
— Ещё внимательнее!
Но странно — ни на одном участке не видно следов магической конфигурации. Может, её духовное зрение недостаточно тонко? Или люди, в отличие от магических зверей, не рождаются с врождёнными структурами, а лишь обучаются колдовству?
Она продолжала наблюдать.
— Ледяной луч!
— Ледяной луч!
— Громовой удар!
Те же самые точки, те же вспышки — и снова без видимых структур.
— Громовой удар!
— Иллюзорный звук!
— Рука мага!
— Магический трюк!
Изображение стало мутнеть. Понятно… кожа слишком долго вне тела, клетки гибнут без питания.
Ну и пусть. Кожи у меня много.
Филби наложила исцеление лёгких ран — белый свет скользнул по руке, и кожа вновь стала гладкой, как прежде. Она перевела дух, продезинфицировала место и повторила всё заново.
— Сестра Филби в последнее время ужасно занята, — бормотал Грэйт, меряя шагами коридор перед лабораторией. У него накопилось множество идей, требующих обсуждения, да и по тренировке духовной силы возникли вопросы.
— Почему она всё не выходит… Сестра! Можно войти? Я захожу! —
Он распахнул дверь — и замер.
Архимаг Филби стояла у стола, держа в руке тонкий, как хирургический, нож и с невозмутимым лицом проводила им по собственной кисти.
— Сестра, не надо так!!! — вскрикнул Грэйт. — Если есть трудности, мы разберёмся вместе! Можно спросить учителя, советоваться со старейшинами Небесного Города, всем миром искать решение! Только не доводи себя до самоповреждения!
