Когда все прибыли в Юнчжоу, слухи посыпались один за другим, и многое стало яснее.
Теперь, в разгар переговоров между Ляо и Сун, Сюй Юнь пока нельзя было трогать. Он ведь действовал ради общего дела, удерживая войска в Хэцзяне и сковывая силы противника.
Хотя Ляо внешне одерживала одну победу за другой, внутри страны положение было тревожным, и затяжная война им была не по силам. Они готовились к двум исходам. Если договор удастся заключить — хорошо, если нет — не страшно, будут воевать, питаясь войной.
В Великой Сун же народ кипел негодованием. Даже богатые купцы и землевладельцы жертвовали казне серебро и зерно, без выгоды отправляли обозы на север помогать пострадавшим. При таком единодушии даже вторжение войск Ляо не казалось безнадёжным. Силы сторон были почти равны.
Послы обеих держав уже полмесяца сидели за столом переговоров, но решения всё не было. Ляо соглашалась отвести войска, однако требовала пересмотра границ. Новой чертой должна стать река Цюнхэ, а земли к северу от неё, включая уезды Чжэньдинфу и Хэцзянфу, отходили Ляо. Это было их последнее «уступление» после долгих споров. Так граница Ляо пододвинулась к пределам Сун ещё на несколько десятков ли.
— Бить! — воскликнул кто-то в шумной зале трактира, с грохотом ударив по столу. — Не верю, что миллионная армия Сун не справится с ляоскими! История шестнадцати округов Яньюнь не должна повториться!
Ань Цзю сидела в углу, ела и слушала. Стоило тому человеку договорить, как зал загудел — большинство поддержало войну. Если даже в такой глуши народ так горяч, что же говорить о севере?
Но кто-то возразил:
— Говорят, на трёх дорогах Хэбэя — страшная засуха. Люди и без войны гибнут. Если начнётся сражение, последствия… кто знает, какими они будут?
Тут же поднялись крики:
— И всё же нельзя отдавать земли! С самого Тайцзу мечтали вернуть шестнадцать округов Янь-Юнь, а теперь что — снова уступать? Пусть лучше погибнем, но ни пяди не отдадим! Разве Ляо могут вырезать всех наших людей до последнего?
Другой возразил:
— Не всё так безнадёжно. Раз генерал Лин Цзыюэ сумел взять Сицзиньфу, значит, шансы есть. Горы стоят, дрова найдутся. Лучше не торопиться, чем безрассудно рваться в бой.
Так в зале спорили два лагеря, и в конце победили сторонники войны.
— Так всё же, стоит ли сражаться? — тихо спросил Ли Цинчжи.
Суй Юньчжу ответил спокойно:
— Решать не нам, а двору. Что толку гадать?
Ань Цзю считала, что войны не будет. Она не разбиралась в политике, но, выполняя задания, знала: против сильного врага нельзя бросаться напролом, нужно ждать мгновения, когда один удар решит всё. Государства, думала она, поступают так же.
По её разумению, Ляо продолжит уступать, и переговоры скоро завершатся. Армия, стоящая в поле, день за днём теряет силы.
Так и случилось. На двадцать четвёртый день стороны пришли к согласию.
