Перед ней был белолицый, изящный учёный в простом одеянии, грозно сверкающий глазами на женщину в вуали:
— Прочь с дороги!
Толпа, видя его благородный вид, поспешила расступиться.
Суй Юньчжу улыбнулась:
— Господин Гао.
Тот метнул на них взгляд и прищурился:
— О, кто бы мог подумать! Маленькая Суй и эта коротышка!
— Гао Дачжуан, — спокойно произнесла Ань Цзю.
Окружающие прыснули со смеху: имя-то звучное, а сам тонкий, белый, словно девица.
Женщина, на которую он накричал, поспешно увела служанку прочь. Ещё недавно она, завидев красивого юношу, решила устроить «случайную встречу», но стоило ему открыть рот, и весь лоск пропал.
«Такой красавец, а голос как у сварливой тётки!» — с досадой подумала она.
Гао Дачжуан мрачно оглядел толпу, и люди, чувствуя холодок по спине, поспешили разойтись.
— Не место нам тут болтать, — заметила Суй Юньчжу. — Может, выпьем чаю, господин Гао?
— Есть не хочу, — буркнул он. — От злости уже сыт. Пойдём, хоть чаю хлебну.
Он раздражённо отряхнул рукав, будто стряхивая грязь.
Они зашли в ближайшую чайную.
Когда они уселись, Суй Юньчжу спросил:
— Как же вы оказались здесь, господин Гао?
По виду он был из тех, кто служил покойному императору, но на деле стоял за второго принца, нынешнего государя. Такой человек не мог оказаться в Синчжоу без причины.
— Сам попросился на службу в провинцию, — с довольным видом ответил он, прихлёбывая чай. — Теперь я здесь командир гарнизона. А вы, небось, жалеете, что не пошли за мной? Ну что, лучше устроились?
Если бы они тогда остались, возможно, и получили бы должности, но кто мог знать, как повернётся судьба? Да и женщинам путь в чиновники всё равно был закрыт.
Ань Цзю честно сказала:
— Ты наполовину мужчина, а я вовсе нет. Так что даже под твоим началом мне было бы не лучше, чем сейчас.
Гао Дачжуан с грохотом поставил чашку и потянулся к мечу.
Суй Юньчжу поспешно остановил его:
— Господин, не гневайтесь! Четырнадцатая всегда говорит прямо, вы же знаете её язык. Не принимайте близко к сердцу.
Он фыркнул, но меч не вытащил.
— Так вы теперь под началом Хэцзяна? — спросил он, принимая новую чашку из рук Суй Юньчжу.
— Именно, — подтвердила она. — Мы отвечаем за Хэси. Но вы ведь знаете, как там всё обстоит…
— Значит, пришли в Синчжоу за рекрутами? — прищурился он.
— Здесь ведь людей много, — вставила Ань Цзю.
— Молчи, — отрезал он. — Не хочу тебя слушать!
Он повернулся к Суй Юньчжу:
— Я просил назначить меня в Хэцзян, но государь велел остаться здесь. Тишина, скука смертная. Зато полно народу без прописки — могу помочь.
— Благодарю, господин! — Суй Юньчжу знала, как с ним говорить, и поспешила добавить: — В Хэси остались одни старики, численность чуть более ста человек. Наш командир уже подал прошение о восстановлении гарнизона. Если всё сложится, мы с Четырнадцатой возьмёмся за набор. Мечтаем вернуть былую славу Драконьей стражи.
Гао Дачжуан на миг задумался, потом усмехнулся:
— Вы вдвоём?
— Всё в руках человека, — спокойно ответила Ань Цзю.
— Ещё слово, и я велю вышвырнуть тебя из города! — рявкнул он.
— Попробуй, — холодно бросила она.
Суй Юньчжу поспешила вмешаться:
— Господин, не сердитесь. Ведь именно четырнадцатая первой вас узнала. С виду она груба, а на деле скучала по вам. Просто язык у неё острый.
Она незаметно наступила Ань Цзю на ногу.
— Противная, — буркнул Гао Дачжуан, но лицо его смягчилось. — Ладно. Через пару дней прикажу чиновникам пересчитать жителей и выдворить тех, у кого нет бумаг. Вот тогда и набирайте.
— Великое спасибо! — Суй Юньчжу снова тихонько толкнул Ань Цзю под столом.
Та отвернулась, не желая поддакивать.
— Я пошёл, — поднялся Гао Дачжуан.
— Может, поужинаем вместе? — попытался удержать его Суй Юньчжу.
Он усмехнулся:
— Это мой город! Но кормить вас не стану, особенно эту коротышку. Наберёте людей, и чтоб духу вашего тут не было!
Он развернулся и ушёл.
