Бяньцзин.
Жара поднималась день ото дня, и даже слухи, казалось, разлетались быстрее, чем прежде.
Пока горожане ещё не отошли от радостной вести о чудесном возвращении генерала Лина, столицу потрясла новая, ужасающая история. Две знатные семьи — Ли и Фэн — исчезли за одну ночь, словно растворились в воздухе. Все их слуги, более шести сотен человек, были жестоко убиты. Среди погибших оказались и дети. Слуги были изрублены на куски, а дети умерли от отравления. Десять придворных лекарей одновременно исследовали тела, но так и не смогли определить точный состав яда.
Дело потрясло весь город. Несколько дней и при дворе, и в народе царило оцепенение. Лишь потом люди начали приходить в себя.
Услышав весть, Мэй Тинчжу немедленно отправилась на остров Мэйхуа, чтобы встретиться с Чу Динцзяном.
— Господин Чу, — её голос дрожал, — кто-то разгадал секрет «Скрытого списка Повелителей Журавлей»!
Даже будучи спокойной и рассудительной, она теперь чувствовала леденящий ужас, пробиравший до костей.
Чу Динцзян, по-видимому, уже знал об этом.
— Немедленно возьми всех из рода Мэй и отправляйся в уезд Хэси. Найди Мо Сыгуя.
Мэй Тинчжу крепко держалась за подлокотник кресла, лицо её побелело.
— А если…
Если по дороге кто-то активирует яд в их крови? Мысль об этом вызвала в её голове внутренний хаос и отчаяние. Она не могла придумать никакого решения, в голове стоял только один отчаянный вывод: конец.
Как приговорённый, уже стоящий на эшафоте, она понимала, что отсрочка возможна, спасения почти нет.
Чу Динцзян говорил спокойно и рассудительно:
— Если бы они могли сразу подчинить себе все семьи Повелителей Журавлей, не стали бы делить удар на два. Мы не знаем, как именно пробуждается яд, но, судя по всему, яд в крови четырёх родов разный. То, что Мэй и Лоу пока не тронули, объясняется тремя причинами. Первая — активация яда требует большой цены, а людей в этих семьях осталось слишком мало, чтобы стоило тратить силы. Вторая — для пробуждения яда нужно знать имена всех носителей, а родословную Мэй они не достали. И третья — у Мэй и Лоу есть люди или дела, которые враг хочет использовать.
Слушая его, Мэй Тинчжу постепенно успокоилась. Мысли прояснились, взгляд стал твёрдым, хотя лицо оставалось мертвенно-бледным.
— Вы правы, — сказала она после короткой паузы. — Всё это возможно. Но всё же не совсем так. У семьи Лоу есть Лоу Сяоу, а у Мэй — Мо Сыгуй и четырнадцатая Мэй.
Эти трое по силе и мастерству превосходили всех оставшихся бойцов двух родов вместе взятых. Если яд будет пробуждён, они утратят разум и станут бездумными убийцами. Особенно Лоу Сяоу, её боевые навыки без сознательного контроля хуже, чем у третьесортного убийцы.
— Для врага нынешние Мэй и Лоу — не более чем бесполезная обуза, — продолжала Мэй Тинчжу, — но эти трое — другое дело.
Если бы Мо Сыгуй не владел медицинскими знаниями, он не был бы столь опасен. Лоу Сяоу без сознания — просто марионетка. А четырнадцатая Мэй, утратив духовную силу, стала бы хрупкой внешней культиваторшей, неспособной натянуть тетиву Цзинсянь. Значит, враг ищет способ подчинить их иначе.
— Раз ты успокоилась, — сказал Чу Динцзян, — подумай, что может стать ключом к управлению ими.
Мэй Тинчжу нахмурилась. В памяти появилось имя.
— Лоу Минъюэ!
Чу Динцзян слегка кивнул.
— Но ведь у Лоу Минъюэ и четырнадцатой Мэй нет особой связи? — удивилась она.
— Контролируя Лоу Минъюэ, можно управлять Лоу Сяоу и Мо Сыгуем, а через Мо Сыгуя — Ань Цзю. Никто не знает её лучше, чем он.
Он не скрывал, что Мо Сыгуй понимает Ань Цзю глубже всех, будучи её врачом.
Мэй Тинчжу знала лишь, что они дружны, но не догадывалась о глубине этой связи. Однако вопросов она больше не задавала. Если Чу Динцзян сказал, значит, так и есть.
— Тогда нам нужно найти Лоу Минъюэ, — решительно произнесла она. — Господин Чу, вы пойдёте с нами?
