— В конкурсе есть строгие правила: принимаются проекты только оборонительного характера, и не допускаются никакие атакующие действия, тем более нарушающие закон! Его поступок должен быть наказан!
Видя, что Фан Чжицзин волнуется всё сильнее, пожилой профессор из экспертной группы поднял руку, жестом приглашая его сесть.
Старый профессор спросил Ли Сюня:
— Студент, тебя ведь зовут Ли Сюнь? Скажи нам, зачем ты это сделал?
Ли Сюнь тихо ответил:
— Из-за любви.
— ……
Все остолбенели.
Помолчав несколько секунд, Ли Сюнь усмехнулся и поднял взгляд.
— Из-за страсти… — он покосился на стоящего напротив Фан Чжицзина с фальшивой улыбкой. — Страсти к индустрии, страсти к обмену опытом. Как только вижу хорошую вещь, руки чешутся, не могу удержаться, чтобы не изучить.
— Чушь! — у Фан Чжицзина от злости раздулись ноздри, он яростно процедил сквозь зубы: — Вы просто завидуете! Подлые людишки!
Ли Сюнь, не меняясь в лице, встал и обратился к старому профессору:
— Прошу прощения за проблемы, доставленные конкурсу. Я приму любой результат.
Договорив, он направился к выходу, не оглядываясь.
— Стой! — Фан Чжицзин догнал его и схватил за руку.
Наблюдавший за этим преподаватель поспешно вмешался:
— Успокойтесь оба, без рукоприкладства!
Ли Сюнь и не думал драться. Он обернулся. Из-за высокого роста на таком близком расстоянии он смотрел на Фан Чжицзина сверху вниз.
— На самом деле, в чём-то ты поступил довольно умно, — произнёс Ли Сюнь голосом, слышным только им двоим. — И некоторые идеи тоже верные.
Фан Чжицзин пристально смотрел на него, а Ли Сюнь продолжил:
— В этом мире действительно судят по результатам, но жаль, что ты ошибся со временем финиша. — Он тихо усмехнулся и лениво добавил: — Путь к победе или поражению ещё долгий.
Ли Сюнь пошёл к выходу, разминувшись с представителем спонсора, который только что говорил по телефону. Фан Чжицзин, увидев выражение лица представителя, что-то понял, и ему стало уже не до Ли Сюня.
В коридоре Фан Чжицзин спокойно сказал представителю:
— Наш продукт только что разработан, баги, конечно, найти легко, но если вы дадите нам достаточно времени, мы обязательно доведём его до ума.
Представитель покачал головой. Фан Чжицзин хотел что-то сказать, но представитель похлопал его по плечу в знак утешения.
Фан Чжицзин стиснул зубы, пытаясь спасти положение:
— Я говорю серьёзно, пожалуйста, поверьте в наши силы, я…
— Я знаю, что вы очень талантливы, но у компании есть свои решения. — Представитель был техническим специалистом лет тридцати с лишним, полноватым, в очках, и выглядел очень серьёзным.
Представитель продолжил:
— Честно говоря, решение о покупке патента было принято ради хорошего начала сотрудничества с университетом и для позитивной рекламы нашего предприятия. Но теперь, когда всё так обернулось, мы тоже ничего не можем поделать.
— Но мы же договаривались…
— Ваш продукт действительно неплох, — невозмутимо перебил его представитель. — Однако мы — компания по безопасности. Вы понимаете, о чём я?
Фан Чжицзин молчал, а представитель многозначительно произнёс:
— Тот человек… Неважно, правильны ли его методы взлома и копирования оборудования, осуществимы ли они, сейчас это уже не имеет значения. Для компании по безопасности самое главное — чтобы люди чувствовали «безопасность». Как только продукт вызывает «сомнения», то, каково бы ни было его качество, он теряет всякий смысл и ценность.
После того как Ли Сюню прочитали нотацию члены экспертной группы, Профессор Линь утащил его к себе и несколько часов яростно распекал.
Когда всё утихло, была уже глубокая ночь.
У входа в административный корпус никого не осталось. Лишь одинокая маленькая фигурка сидела на ступеньках у дороги.
В ночном кампусе было тихо. Хотя шли каникулы, из-за конкурса в университете включили фонари у входа в здание и фонтан, чтобы ночь не казалась такой одинокой.
Ночной ветер, рябь воды, стрекот насекомых.
Чжу Юнь сидела, опустив голову и положив подбородок на колени.
Телефон уже разрядился, и она при тусклом свете фонаря рассматривала муравьёв на земле.
Подумать только, она ведь когда-то их ела, причём целыми связками…
Пока Чжу Юнь предавалась беспорядочным мыслям, позади раздался низкий хрипловатый голос:
— Комаров кормишь?
Чжу Юнь обернулась.
У столба стоял Ли Сюнь; над его головой в свете фонаря кружилась мошкара.
Чжу Юнь встала, отряхивая пыль с одежды.
Она хотела спросить, сильно ли ему досталось, но, увидев, как он устал, передумала заставлять его говорить.
На лице Ли Сюня была написана глубокая усталость. Он опустил голову, закурил сигарету и спросил:
— Теперь довольна?
Чжу Юнь кивнула.
Ли Сюнь довольно стряхнул пепел, вскинул голову и равнодушно бросил:
— Тогда улыбнись мне.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
