Казалось, будто у всех жизнь пошла наперекосяк в одночасье.
Видео с разрывом Чжао Сяожоу с упоением обсуждали в сети. Интернет-знаменитость, разоблачавшая других, наконец-то сама выставила себя на посмешище. Разведенная женщина захотела закрутить роман с парнем «нулевых», и тут же посыпались насмешки про «старую корову, которая ест молодую траву». В прямом эфире было слишком много злобных комментариев. Чжао Сяожоу сначала пыталась делать вид, что не замечает их, но в итоге сорвалась и обругала зрителей. Она не из тех, кто будет молча глотать обиду.
Образ, который когда-то создал для нее Ван Гуанмин, теперь наполовину рухнул, но, к счастью, ее гонорары за рекламу все еще росли.
После прошлого тимбилдинга к Ли Аю нагрянула Торгово-промышленная администрация: REGARD заподозрили в продаже паленого алкоголя.
В тот вечер было всего десять ящиков, и все они были закуплены Ли Аем через обычные каналы поставок — подделка была абсолютно исключена.
Однако в жалобе, поступившей в администрацию, говорилось, что кто-то после выпитого попал в больницу и получил справку об алкогольном отравлении; сумма требуемой компенсации была немалой.
Ли Ай лично прошел по всей цепочке дистрибьюторов, через которых прошли эти десять ящиков, предоставил длинный список документов, подтверждающих происхождение товара, и выразил готовность сотрудничать со следствием.
После двух дней попыток «замять дело» и еще двух дней простоя REGARD снова открылся, но уже с подмоченной репутацией, да и рейтинг на Dazhong Dianping упал.
Что касается Ху Сю, то папины насмешки и сарказм никогда не заставляли себя ждать. На официальном сайте опубликовали список квот на штатные места в больнице, и папа, полный грозной решимости, вызвал ее сообщением в палату, чтобы прочитать лекцию перед целой комнатой больных:
— Видишь эту палату, полную вдовцов, вдов, сирот и одиноких? Если до сих пор нет стабильной работы, а ты все еще радуешься своему одиночеству, то в старости в такую палату ты не попадешь!
Это и впрямь была палата повышенной комфортности, но Ху Сю мысленно вздохнула: живя с таким постоянным раздражением, еще вопрос, доживешь ли вообще до старости.
Вечерняя встреча в кои-то веки проходила в квартире Ли Ая наверху. У REGARD по непонятной причине снова возникли проблемы с санитарией: в последнее время постоянно появлялись термиты и тараканы, а сегодня у выставленной в зале гитары оказались перерезаны струны.
Больная нога Ли Ая еще не до конца зажила, он сидел на кровати и курил. Дяо Чжиюй стоял, прислонившись к коробкам из-под обуви, стараясь не встречаться взглядом с Ху Сю. Сюй Мэн тоже была здесь. Чжао Сяожоу стояла рядом с Ли Аем спиной к Ху Сю, время от времени закатывая глаза. В комнате стояла тишина, воздух был пропитан невыносимой неловкостью.
— REGARD работает уже три года, по логике вещей, столько проблем возникать не должно.
Ху Сю заговорила первой:
— Я почти не пользовалась аккаунтом на Dianping, но тоже поставлю REGARD пять звезд, чтобы помочь.
— На Сяохуншу полно всяких схем. Если уж реально накручивать показатели, я просто найду нескольких пользователей с уровнем выше седьмого, чтобы они написали отзывы.
— Но сейчас главный вопрос — не подставили ли Ли Ая? Ведь раньше все было тихо-мирно.
— Очень может быть. Ли Ай, ты ни с кем не враждовал?
Ли Ай молчал, продолжая сидеть на кровати и курить. Ху Сю смутно догадывалась: Ли Ай, который упорно отказывался идти на мировую, уже стал врагом для потерпевшего.
Только он мог отказаться от двух миллионов отступных и настаивать на справедливости. Кто бы ни стоял за этими подлыми приемами — обидчик или потерпевший, действующий чужими руками, — Ли Ай так просто это не оставит, просто сейчас он еще не нашел способа решить проблему окончательно.
Чжао Сяожоу кипела от праведного гнева:
— Проверьте камеры, найдите людей, чтобы отделать его, и дело с концом. Просто идти напролом, лоб в лоб. Шанхай стал слишком цивилизованным, а таких людей нужно учить через физическую боль.
— Нельзя. Ли Ай сейчас судится, и самое страшное — это дать повод для обвинений.
Дяо Чжиюй вздохнул:
— Люди защищают только «идеальных жертв». Стоит Ли Аю хоть раз запрыгать от злости, как за это тут же уцепятся.
Сюй Мэн обошла Чжао Сяожоу, села на край кровати и начала легонько разминать ногу Ли Ая, словно делая массаж:
— Раз уж дело дошло до такого, сможешь ли ты смириться с примирением?
— Ты шутишь, что ли?
