Когда об этом узнал второй дядя Цзи Миншу, он немедленно позвонил ей и устроил суровый разнос. Содержание его речи было ей знакомо до последнего слова, держись скромнее, меньше болтай в интернете, поскорее заводи ребёнка. Цзи Миншу послушно повторяла: «Да, да, конечно», изображая примерную внучку, пока, наконец, не подала Цэнь Сеню знак о помощи и не вырвалась из-под его наставнического диктата, изложенного пункт за пунктом.
К счастью, кроме нескольких богатых блогерш, которые раскрыли новые подробности о «белолатосном» поведении Ли Вэньин, история не вызвала ни новых всплесков, ни неожиданного продолжения. Сама Ли Вэньин так и не ответила. Её поклонники, сперва уверенные, что Цзи Миншу перевирает факты, наблюдали, как в дело вмешался официальный аккаунт компании «Цзюньи», а затем, как уважаемые блогерши из состоятельных кругов публикуют всё новые разоблачения. Их восторженные сердца постепенно остывали. Несколько дней они ждали объяснений, но, не дождавшись, однажды ночью обнаружили, что Ли Вэньин тихо очистила свой Weibo, сменила имя и аватар.
Позже Цзян Чунь заявила, что поступок Ли Вэньин стал революционной победой кампании «Изгнать Белую Лотос Ли», оказавшей устрашающее воздействие на всех приверженцев «культа белых лотосов». После этой битвы товарищ Цзи Миншу, без сомнения, заслужила пожизненную награду Ассоциации Изгоняющих Лотосы. Но сама Цзи Миншу не стремилась к подобным почестям: за последние дни она уже обошла Ли Вэньин по числу подписчиков в Weibo, и это было для неё высшей наградой.
Однако, достигнув этого, она словно успокоилась. Цзи Миншу никогда не мечтала стать знаменитостью или интернет‑идолом, поэтому больше ничего не публиковала и не желала привлекать внимание. Так череда событий, где одна волна едва спадала, как поднималась следующая, наконец мягко завершилась вместе с окончанием Нового года.
После праздников в Пекине снег уже растаял, но воздух оставался холодным. На двадцатый день первого месяца по лунному календарю Цэнь Сень официально вернулся к работе. На этот раз он отдыхал почти двадцать дней, по его словам, это был самый долгий отпуск за всё время службы. И всё же Цзи Миншу казалось, что он трудился ежедневно, просто перенёс кабинет домой.
Как говорится, с кем поведёшься, от того и наберёшься. После того как их чувства обрели ясность, Цзи Миншу невольно переняла часть его усердия. Ей всё чаще приходила мысль, раз уж он, обладая таким состоянием, работает без устали, то и ей следует заняться делом, чтобы быть ему под стать. Когда по‑настоящему любишь человека, хочется стать к нему ближе, проникнуть в его мир, найти больше тем для разговора.
Поэтому, увидев впервые плотный рабочий план Цэнь Сеня на полгода вперёд, Цзи Миншу уселась рядом, подперла щёку рукой и серьёзно сказала:
— Я тоже хочу составить новогодний план. Научи меня.
Пальцы Цэнь Сеня на мгновение замерли над клавиатурой.
— Какой именно? Путешествия или… покупки?
— …
Цзи Миншу посмотрела на него так, будто спрашивала: «Я, по‑твоему, настолько ленива и несмышлёна?» Цэнь Сень ответил взглядом: «Да, именно так я и думаю».
Через десять секунд он сдался, под столом босая нога Цзи Миншу настойчиво тёрлась о его икру. Тогда он достал папку и протянул ей.
— Помню, тебя интересовал проект “Коллекция Цзюньи”. Отель завершат в апреле. Команда уже пригласила более тридцати дизайнеров для оформления номеров. Если хочешь, я устрою, чтобы ты участвовала в конкурсе, но при условии, что твоя работа пройдёт анонимный отбор голосованием жюри.
Цзи Миншу взяла документы и долго вчитывалась. Закончив, она вдруг рассмеялась и, играя прядью волос, пробормотала:
— Почему этот Потала похож на наш кабинет?
Цэнь Сень сначала не понял, о чём она. Когда же смысл дошёл до него, Цзи Миншу уже устроилась у него на коленях, поцеловала и тихо сказала:
— Спасибо, муж.
Моя королева, мои правила — Список глав
