Цянь Фэй выключила экран, посмотрела на Ван Жухая и насмешливо произнесла:
— Разве ты сам не занёс меня в чёрный список?
Вспомнив, как в тот день телефон был выключен при каждой попытке перезвонить, она мгновенно поняла, что к чему.
— Ван Жухай, ты довольно интересный человек. Мы расстались, а ты продолжаешь эти штучки. Спасибо, конечно, что помнишь про мой день рождения, ха! Но зачем ты отправил смс и тут же кинул меня в черный список? Боялся, что я узнаю, что это ты, подумаю, что ты все еще помнишь меня, и начну преследовать тебя, не оставляя своих преступных намерений?
Она посмотрела на Ван Жухая, скривила губы, и на лице её читалась насмешка:
— Ты не слишком ли много о себе возомнил, думая, что по тебе так сохнут?
Ван Жухай смотрел на нее. Хоть она и язвила, в глубине его глаз мелькнуло замешательство:
— Цянь Фэй, ты, кажется, стала какой-то другой!
Раньше она разговаривала с ним как пацанка, а теперь в каждом движении глаз и бровей сквозило невыразимое очарование. Прошло меньше года. Кто же заставил её так измениться, обрести эту женственную притягательность?
Цянь Фэй взглянула на него и, не желая продолжать разговор, повернулась, чтобы уйти.
Но Ван Жухай внезапно схватил ее за руку:
— Цянь Фэй, давай договоримся…
Не успел он договорить, как Цянь Фэй подняла голову, испепеляя его взглядом, и негромко рявкнула:
— Отпусти руку!
От ее окрика у Ван Жухая сладко заныло в ладони.
Он разжал пальцы, глядя на Цянь Фэй, и сказал:
— Хорошо, отпускаю! Цянь Фэй, давай договоримся: уберем друг друга из черного списка, идет?
Цянь Фэй посмотрела на него с саркастической усмешкой:
— Ты не перепил? Есть ли в этом необходимость?
Ван Жухай улыбнулся:
— Я за рулем, не пил!
Она закатила глаза, развернулась и ушла.
Когда все обменялись контактами, народ зашумел, собираясь в караоке. Цянь Фэй хотела уйти, но староста вцепился в нее мертвой хваткой.
— То, что Яо Цзинцзин не пришла — уже огромная потеря, а если ещё и ты уйдёшь, вечеринка окончательно стухнет! — Он буквально силком потащил Цянь Фэй в «Цяньгуй».
За аренду зала снова заплатил Ван Жухай.
Староста не удержался и шепнул Цянь Фэй:
— Посмотри на манеры и размах Дахая, совсем другой человек, не то что раньше!
Хоть она и относилась к этому с пренебрежением, но тоже почувствовала, что в Ван Жухае действительно что-то изменилось: он казался не таким поверхностным, как раньше, стал более солидным.
Похоже, юани всё-таки имеют определенный вес, раз способны превратить лузера в успешного человека.
Сидя на диване, Цянь Фэй чувстовала себя не в своей тарелке. Однокурсники пели, а Ван Жухай сидел неподалеку и продолжал не скрываясь «расстреливать» её взглядом. Староста теребил ее и, то ли специально, то ли нет, без умолку твердил о том, каким замечательным и способным стал Ван Жухай, вызывая восхищение, благодарность и умиление: мол, он за него переделал все дела, которые должен был сделать сам староста.
Послушав это некоторое время, Цянь Фэй не выдержала и, потеряв терпение, спросила:
— Ван Жухай что, пообещал оплатить караоке, чтобы ты мне тут пел ему дифирамбы?
На самом деле она ляпнула это наугад, со зла. Но староста вытаращил глаза и, пьяно потирая лицо, выдал:
— Неужели это так заметно? Ты все поняла? Ну все, капец, похоже, я перебрал, дома жена меня точно прибьет!
Цянь Фэй не знала, плакать ей или смеяться.
— Староста, не забивай себе этим голову понапрасну, ладно? Мы с ним расстались — значит, расстались, причем инициатором разрыва был он. Мы ни при каких обстоятельствах не сойдемся снова!
Она встала, надела пальто, подошла к Ван Жухаю и, глядя на него сверху вниз, сказала:
— Выйди на минутку!
Ван Жухай проворно поднялся и вышел вслед за ней из кабинки.
Остановившись, Цянь Фэй посмотрела на Ван Жухая и, чеканя каждое слово, спросила:
— Ван Жухай, чего ты добиваешься?
Ван Жухай встретил ее взгляд, ничуть не уклоняясь от ее глаз, острых как ножи:
— Я и сам толком не знаю, просто увидел тебя сегодня и не могу отвести глаз!
Цянь Фэй усмехнулась:
— И что дальше? Хочешь помириться?
Ван Жухай неожиданно кивнул:
— Есть такая мысль!
Цянь Фэй холодно спросила:
— И когда же она пришла тебе в голову? Уж не в мой ли день рождения? В то время Вы так боялись, что я буду вас преследовать, что даже занесли меня в чёрный список!
Ван Жухай ответил честно и с обезоруживающей прямотой:
— На самом деле я колебался всё время с Нового года и до твоего дня рождения, а сегодня вечером, когда ты вошла в дверь, я принял решение! — Он смотрел на Цянь Фэй не мигая. — Ты действительно стала другой, не только внешне. Внутренне ты тоже больше не такая, как раньше, пошлая и нищенская!
Цянь Фэй расхохоталась холодным смехом:
— Ван Жухай, ну ты и комик! Тебя что, осёл по голове лягнул? С чего это ты колебался? Будто я все это время только тебя и ждала! О, тебе стало одиноко после расставания, и ты решил вернуться ко мне? Но при этом считал, что во мне слишком много недостатков, и поэтому сомневался? Ты кого держишь за запасное колесо? Откуда такая самоуверенность? И с какой стати, если я изменилась, я должна снова обратить на тебя внимание? — Она пристально посмотрела на него и ледяным тоном произнесла: — Ван Жухай, я смотрю, совести у тебя ни на грош!
Она развернулась и вышла из «Цяньгуй».
Когда она стояла у обочины в ожидании такси, следом вышел Ван Жухай.
— Садись ко мне в машину, я подвезу! Здесь трудно поймать такси! — сказал он.
Цянь Фэй хмыкнула, проигнорировала его и прямиком направилась к подъезжающему такси.
Конечно, она знала, что здесь трудно поймать машину, но она также знала, как с помощью приложения для вызова такси превратить «трудно» в «легко».
Ван Жухай, стоя у неё за спиной и громко крикнул:
— Цянь Фэй, я всё равно попробую!
Глядя на его бесстыжую физиономию, Цянь Фэй ужасно захотелось выйти из машины и высморкаться ему прямо в лицо.
