Когда Жуань Юй закончила дневное собрание, были уже сумерки.
Приближалось зимнее солнцестояние, и декабрьские дни были особенно короткими. Она прождала у входа в «Хуаньши» всего пять минут, а небо уже потемнело на целый тон.
Из-за пробок в вечерний час пик Сюй Хуайсун немного опоздал, так что к тому моменту, когда она садилась в машину, ее руки уже покраснели от холодного ветра.
Как только дверь машины закрылась, Жуань Юй принялась потирать руки у обогревателя, попутно спрашивая:
— Как прошло сегодняшнее судебное заседание?
— Довольно успешно. — Сюй Хуайсун не стал сразу заводить машину, отрегулировал направление теплого воздуха, повернулся, взял ее руки в свои и начал мягко растирать. Потерев немного, он опустил голову и подышал на ее ладони. Опустив взгляд, он увидел, что корочки на них уже почти сошли, и, подумав, спросил:
— После зимнего солнцестояния я улетаю в Америку. В тот день поедем навестить учителя?
— А твои родители? Разве на праздник ты не съездишь к ним?
— В обед — в Сучжоу, вечером — в Ханчжоу.
— Тебе же будет так тяжело столько вести машину, не поздно будет съездить ко мне домой, когда ты вернешься из Америки, к чему такая спешка?
Сюй Хуайсун рассмеялся:
— Где это видано, чтобы в большой праздник не наносили визит? Не сделай так, чтобы я выбыл из игры с отрицательным счетом.
Жуань Юй произнесла «о», отвела взгляд и сжала губы в улыбке, внезапно вспомнив слова, сказанные в обед Ли Шицанем.
Уже тогда Сюй Хуайсун задумывался о браке, или, иными словами, с самого начала его намерения по отношению к ней были нацелены на финал.
Тогда, подумала она, она знает, почему он утаил тот план действий.
Брак — это решение, принадлежащее лишь им двоим, оно должно быть чистым, не подверженным вмешательству извне. Он не хотел, чтобы в ее сердце их свадьбе придавался какой-либо иной смысл.
И именно из-за его осмотрительного отношения к этому вопросу, хотя сейчас между ними уже установилось понимание без слов, до окончательного завершения работы в Америке он точно не заговорит об этом первым.
Подумав об этом, Жуань Юй решила, что ей не стоит беспокоиться, ведь пока его карьера в стране не стабилизируется, всё это как ни крути придется отложить до следующего года.
Дойдя до этой мысли, Жуань Юй спросила:
— Когда ты вернешься из Америки в этот раз?
— К Новому году не успею.
Так и есть. Лицо Жуань Юй мгновенно поникло:
— Значит, мы не сможем вместе встретить Новый год…
Он с улыбкой посмотрел на нее:
— Что хорошего во встрече года по григорианскому календарю? Прояви больше патриотизма, достаточно будет встретить вместе по лунному.
Жуань Юй открыла было рот, желая сказать, что дело вовсе не в ее «преклонении перед всем иностранным», а в том, что новогодняя ночь по григорианскому календарю имеет для них особое значение, но, увидев, что Сюй Хуайсун выглядит совершенно равнодушным, снова проглотила слова.
Ладно, всё же не стоит рассчитывать, что мужчина поймет такую романтику.
Через три дня наступит день зимнего солнцестояния.
Сюй Хуайсун безупречно все спланировал: рано утром он отвез Жуань Юй обратно в город Су, а после того как они почтили память предков, съели в кругу семьи праздничный обед и выпили послеобеденный чай, они снова сели в машину и отправились обратно в город Хан.
К тому времени, как они доехали до пригорода, было уже четыре часа дня. Заходящее солнце окрасило горную дорогу, покрыв путь впереди легким желтоватым ореолом.
Жуань Юй вдруг вспомнила о Чжоу Цзюне. Именно на этой дороге, ведущей из центра города Су в пригород города Хан, с ним и его девушкой произошел тот несчастный случай.
Она вздохнула, но не успела ничего сказать, Сюй Хуайсун уже понял, о чем она думает, и, чтобы отвлечь ее от этих мыслей, мимоходом спросил:
— Что будем есть на ужин?
— Моя мама услышала, что в обед мы ели за общим столом, и приготовила хого. — Она склонила голову набок и посмотрела на него. — Ученик Сюй, тебе предстоит встреча с классным руководителем. Волнуешься? Боишься?
Сюй Хуайсун усмехнулся:
— Боюсь.
Жуань Юй только хотела его утешить, как услышала следующую фразу:
— Если будем есть хого, мне придется без остановки варить для тебя овощи. Боюсь, что не наемся.
— …
«Чувства и впрямь испортились», — уныло подумала Жуань Юй, глядя в окно.
Сюй Хуайсун взглянул на нее и только хотел сказать, что пошутил, как вдруг увидел вдалеке, что половина дороги впереди перекрыта. В траве на обочине стояло несколько полицейских, кто-то копал землю лопатой.
Он быстро спрятал улыбку и нахмурился.
Жуань Юй тоже это заметила. Она как раз с любопытством гадала, что там происходит, когда увидела, как полицейский в перчатках достает из глубокой ямы какую-то вещь.
Это был покрытый грязью, сгнивший до неузнаваемости кусок… руки?
Жуань Юй судорожно втянула в себя воздух.
Сюй Хуайсун протянул руку, закрыл ей глаза и нажал на газ, проезжая мимо.
Но, возможно, именно это ускорение и привлекло внимание полиции. Когда машина приблизилась к месту происшествия, оцепленному желтой лентой, полицейский с бейджем жестом остановил их:
— Господин, госпожа, прошу прощения, будьте добры, предъявите ваши удостоверения личности.
Он погладил Жуань Юй по голове, давая знак сидеть с опущенной головой и не смотреть в окно. Передав документы, он увидел, что на лице полицейского появилось удивление:
— Какое совпадение, адвокат Сюй?
Сюй Хуайсун кивнул:
— Вы меня знаете?
Тот рассмеялся:
— О том, как вы помогли полиции поймать подозреваемого, в наших полицейских кругах ходят легенды. И о том, как вы до этого по пьяни стучались в двери десятка квартир под номером 302 в районе Цзиньцзянчэн — эта история в нашем управлении тоже весьма знаменита.
— …
Жуань Юй резко вскинула голову и ошеломленно посмотрела на Сюй Хуайсуна.
Он негромко кашлянул и небрежно перевел тему:
— О, так вы расследуете дело?
— Да. В городе Ху на днях на концерте поймали подозреваемого, который скрывался полгода. Они попросили нас посодействовать в расследовании, вот и приходится прямо в праздник раскапывать труп в этой глуши. — Пожаловавшись, он виновато кивнул Сюй Хуайсуну. — Извините, адвокат Сюй, можете проезжать.
Однако Сюй Хуайсун не сдвинулся с места. Нахмурившись, он спросил:
— Вы хотите сказать, что этот подозреваемый полгода назад закопал здесь труп?
Тот кивнул:
— Верно. Это рецидивист, он расчленил тело и закопал куски в разных местах. Здесь мы нашли только половину руки.
Вспомнив недавнюю сцену, Жуань Юй вся содрогнулась, по ее телу побежали мурашки.
Полицейский тихо охнул:
— Прошу прощения, прошу прощения, напугал вашу даму.
Сюй Хуайсун повернулся и сжал ее руку, показывая, что всё в порядке, но не мог не задать следующий вопрос:
— Если это возможно, я хотел бы узнать точное время, когда подозреваемый закопал эту часть руки.
— Это… такие детали нам разглашать не положено…
Сюй Хуайсун кивнул:
— Тогда просто скажите мне: это было на Праздник драконьих лодок?
В глазах полицейского мелькнуло странное выражение:
— Откуда адвокат Сюй знает?
Тут даже Жуань Юй забыла о страхе и удивленно подняла голову.
Праздник драконьих лодок, разве это не тот самый день, когда произошел несчастный случай с Чжоу Цзюнем?
Лицо Сюй Хуайсуна стало серьезным:
— Думаю… вам придется потрудиться и заново расследовать еще одно дело.
Когда они отъехали от места происшествия, небо уже немного потемнело.
Жуань Юй понадобилось немало времени, чтобы прийти в себя после этого инцидента. Она спросила:
— Думаешь, это и правда может быть связано с делом Чжоу Цзюня?
Сюй Хуайсун покачал головой:
— Неясно, но у нас со старшей сестрой Чжан действительно было такое предположение. Если допустить, что Чжоу Цзюнь, не настоящий убийца, то тот факт, что улики были подчищены так тщательно, указывает на то, что настоящий убийца, скорее всего, рецидивист. А если рецидивист снова совершает убийство, то весьма вероятно, что делает он это для того, чтобы скрыть факт предыдущего преступления. Просто тогда мы изучили уголовные дела, произошедшие в то время в городе Хан, и не нашли ничего подходящего, поэтому отказались от этой гипотезы.
И вот теперь всплыло уголовное дело из города Ху.
— Ты хочешь сказать, что жертву, возможно, заставили замолчать, потому что она случайно увидела, как убийца закапывал труп?
— Не исключаю такой возможности.
— Но место, где был закопан труп, и место гибели жертвы находятся всего лишь на одной дороге, а не в одном и том же месте.
— Если это предположение верно, то убийца после совершения второго преступления поспешно очистил место происшествия, а затем так же поспешно сменил место и перепрятал труп, только так это обретает смысл. Будь это в том же самом месте, полиция обнаружила бы правду при осмотре места происшествия.
На лице Жуань Юй появилось выражение согласия. Осознав это, она снова содрогнулась и потерла покрытые мурашками руки.
Сюй Хуайсун одной рукой держал руль, а другой взял ее за руку, укрыв в своей ладони:
— Не думай об этом слишком много, предоставь всё полиции.
Выехав с горной дороги, они прибыли в дом семьи Жуань. Встретив папу Жуань и маму Жуань, которые радостно вышли их поприветствовать, они оба по молчаливому согласию не стали упоминать об этом происшествии. Но во время еды, когда они варили мясо в хого, Жуань Юй всё же почувствовала некоторый дискомфорт.
Цюй Лань, увидев, что она почти не притрагивается к палочкам, нахмурилась и сказала:
— Что с тобой, Юй-юй? Нет аппетита?
Она тихо отозвалась и, не желая заставлять родителей волноваться из-за дела Чжоу Цзюня, покачала головой:
— Я слишком много съела на полдник дома у Хуайсуна, пока не очень голодна.
Сюй Хуайсун знал, что во время полдника она ела немного, и истинная причина крылась в той сцене, которую они видели по дороге.
Он отодвинул от нее две тарелки с ярко-красным свежим мясом, сварил для нее немного зелени и положил ей в пиалу.
Получив от него столь проницательную и заботливую опеку, Жуань Юй моргнула, глядя на него.
Заметив это, Жуань Чэнжу тоже обменялся взглядом с Цюй Лань: «Не скрывают ли эти двое детей что-то от нас?»
Цюй Лань: «Похоже на то…»
Жуань Чэнжу, погрузившись в свои мысли, начал размышлять об этом, при этом невозмутимо ведя с Сюй Хуайсуном светскую беседу, расспрашивал о делах в его семье, о здоровье родителей и об оценках младшей сестры.
После этого потока житейских разговоров еда на столе осталась почти нетронутой.
Тогда Цюй Лань сказала Жуань Чэнжу:
— Эх, ну ты даешь, только и делаешь, что болтаешь с Хуайсуном. Посмотри, у него даже времени нет взяться за палочки. Быстрее брось ребенку в бульон тарелку говядины.
Жуань Чэнжу пару раз ахнул в ответ, поднял тарелку с мясом и опустил его в хого.
Жуань Юй подняла голову и, увидев это, вспомнила тот кусок руки, который видела вечером. В желудке у нее слегка замутило, она пыталась сдержаться, но не смогла, отвернулась, прикрыла рот рукой и тихонько срыгнула от тошноты.
Сюй Хуайсун поспешно похлопал ее по спине:
— Хочешь в ванную? — Сказав это, он поднял глаза и увидел, что Жуань Чэнжу и Цюй Лань разом вытаращили глаза до размера грецких орехов и смотрят на него, застыв в позе, выражающей удивление и подозрение.
Он остолбенел.
Жуань Юй чувствовала себя плохо и не особо обратила внимание на реакцию родителей. Она встала и сказала:
— Да, я отлучусь на минутку.
Сюй Хуайсун пришел в себя, извинился перед двумя учителями, пошел вслед за ней в ванную комнату и закрыл дверь.
Жуань Юй одной рукой держалась за живот, а другой опиралась на раковину. У нее было несколько позывов к рвоте, но ничего не вышло. Она с горечью пробормотала:
— Как только я увидела это ярко-красное сырое мясо, мне сразу вспомнилось…
Сюй Хуайсун открыл кран, чтобы она могла умыться, и с легкой обреченностью сказал:
— Ну и фантазия у тебя… — На полуслове он осекся. — Ладно, я вернусь и съем всё это мясо, чтобы ты его не видела. Договорились?
Жуань Юй, скривив губы, кивнула, а затем посмотрела на него, когда он, словно что-то вспомнив, спросил:
— Кстати, а почему твои родители только что так на меня смотрели?
— Я не обратила внимания, как именно они смотрели?
— Ну, это был взгляд вроде… — он нахмурился, вспоминая, — взгляда: «Что ты, скотина, сделал с моей дочерью?».
Когда прозвучали эти слова, до них обоих разом всё дошло.
О, ужас. Вышло огромное недоразумение.
Ты — моя запоздалая радость — Список глав
