Тэн И поднялся на ноги посреди криков. Он встал слишком резко и опрокинул бутылку минеральной воды, поставленную организаторами возле стула. Бутылка, перекатившись пару раз, остановилась как раз у ног Тэн Хао.
Тэн Хао посмотрел на бутылку, потом на Тэн И с некоторым беспокойством.
— Брат… — позвал он, но не знал, что еще сказать.
— Я выйду покурить, — Тэн И поднял руку, похлопал Тэн Хао по плечу и бросил на него успокаивающий взгляд. — Если я не вернусь, потом сам решай, что захочешь купить.
Тэн Хао кивнул.
Тэн И широким шагом направился к выходу, двигаясь навстречу крикам зрительного зала. Он не оглянулся, чтобы еще раз посмотреть на эту женщину, несмотря на то, что сегодня она была так прекрасна.
Снаружи было ярко освещено, но совершенно безлюдно.
По обе стороны длинной красной ковровой дорожки больше никто не дежурил, остался лишь мусор, брошенный репортерами.
Тэн И вынул из кармана пачку сигарет и зажигалку. Сойдя с красной дорожки, он прикурил сигарету на ветру.
Музыка и крики за спиной раздражали барабанные перепонки, шум в голове давил на нервы. Он выкурил несколько сигарет подряд, но никотин не смог смягчить эту подавленность, наоборот, от него стало только хуже.
Тэн И смял пачку с оставшейся внутри доброй половиной сигарет, швырнул ее в урну, а затем сел в машину.
В итоге он решил уехать отсюда, потому что у него не было смелости вернуться назад. И дело было не только в том, чтобы смотреть, как ей признаются в любви в окружении других людей, у него не было смелости даже просто смотреть на нее.
За шесть лет она стала такой прекрасной, такой выдающейся.
А он, словно та выброшенная в урну полпачки сигарет, с виду вроде еще имеет ценность, но на самом деле не стоит и гроша.
Он был ее недостоин, уже давно недостоин.
Все четыре окна машины были открыты, ночной ветер влетал в салон, хлестая его по телу, по лицу и по сердцу, но он совершенно не чувствовал холода.
Жуй Шу в последнее время часто говорил, что его восприятие становится всё хуже. И да, он тоже чувствовал, что шаг за шагом становится тупым, шаг за шагом движется к оцепенению.
Ему уже не станет лучше, больше никогда.
Машина Тэн И на высокой скорости помчалась в бар Умин.
В баре сейчас было самое людное время, машину припарковать было негде, но ему было все равно, он просто бросил ее поперек входа, вышел из машины, вошел в здание и направился прямиком на второй этаж.
Жуй Шу сегодня как раз помогал в заведении. Увидев, как тот в строгом костюме молча врывается внутрь, он подумал, что это обман зрения.
— Тэн И! Разве ты не пошел с Тэн Хао на вечер? Почему ты вернулся?
— …
Ответа не последовало.
Жуй Шу хотел пойти за ним, чтобы проверить, но его перехватили проблемные клиенты.
Поднявшись на второй этаж, Тэн И прошел по коридору и открыл плотно закрытую дверь в самом его конце.
За дверью царила кромешная тьма. Он закрыл дверь, прячась в этой глубокой, пугающей темноте.
Он и сам не знал, когда это началось, но обнаружил, что темнота дарит ему чувство безопасности.
Только когда перед глазами была пустота, вокруг царила безмолвная тишина, и он слышал, как в груди удар за ударом трепещет его собственное сердце, он мог чувствовать, что все еще жив.
Как же это смешно.
Сердцебиение стало единственным доказательством того, что он жив.
— Я больше не танцую.
Внезапно тишину прорезал голос.
Он резко вздрогнул, а затем этот голос, словно дьявольское наваждение, начал бесконечно повторяться в его ушах.
— Я больше не танцую.
— Я больше не танцую.
— Я больше не танцую.
— …
Это был его собственный голос.
Тэн И мучительно опустил глаза и, опустив руку вдоль тела, тихо щелкнул пальцами.
Сенсорные лампы приняли сигнал и со щелчком вспыхнули все разом, ярко осветив комнату.
Это была тренировочная студия, огромная тренировочная студия, площадь которой могла бы сравниться с половиной Сию.
Зеркальные стекла окружали его со всех четырех сторон. Тэн И стоял на пустом просторном полу, словно на бескрайней поверхности Луны, крошечный и беспомощный.
— Брат.
Голос Тэн Хао донесся издалека.
Тэн И поднял голову и увидел, что зеркало перед ним вдруг превратилось в движущийся экран, на котором раз за разом повторялся момент жестокого падения юноши со сцены.
— Нет!
Тэн И обхватил лицо обеими руками и, словно загнанный зверь, заметался в поисках укрытия, но на всех четырех зеркалах было одно и то же изображение; кошмар вернулся наяву, крепко удерживая его в ловушке.
— Нет! Нет! Нет!
Обезумев, он резко бросился вперед и начал колотить кулаками по стеклу.
Стекло разбилось вдребезги, и в его трещинах возникло еще больше изображений падающего со сцены юноши.
Жестокая реальность холодно кричала ему: — Бесполезно, тебе не сбежать.
— Нет…
Мужчина, чьи руки были залиты кровью, мало-помалу осел на землю, словно увядший мак, что, унося с собой грехи и надежды, рассыпается прахом в грязи.
Прежде чем он потерял сознание, в его ушах эхом раздался еще один голос.
— Тэн И, ты можешь больше не любить меня! Но ты не можешь бросить уличные танцы! Не можешь!
–_–
Жуань Юй растерялась от этой «внезапной атаки» Ло Шэна и остальных, а от доносившихся со всех сторон восторженных криков ей и вовсе стало не по себе. К счастью, стоявший рядом Вэй Ляо быстро сориентировался и потянул ее за собой потанцевать под музыку, не дав ситуации стать слишком неловкой.
Только когда Ло Шэн и его команда вернулись на сцену, Жуань Юй смогла вздохнуть с облегчением. Однако, снова обернувшись, она увидела, что место Тэн И пустовало.
Неизвестно, куда он ушел; на последнем этапе аукциона он так и не появился. Но, несмотря на это, Тэн Хао все равно от лица компании DT пожертвовал самую крупную за сегодняшний вечер сумму на благотворительность.
После окончания вечера Жуань Юй вернулась в гримерку.
Визажист и несколько сотрудников собрались в кружок, с упоением обсуждая тот момент, когда Ло Шэн внезапно спрыгнул со сцены и показал Жуань Юй сердечко.
— Признание в любви через танец — это так романтично.
— Жуань-цзе такая счастливая! Какое-то время назад таинственный поклонник постоянно присылал ей цветы, а сегодня молодой господин Ло признался ей в любви на глазах у стольких людей! Просто настоящая Мэри Сью.
— Гарантированное место в горячих запросах!
Жуань Юй вошла в комнату. Увидев ее, сотрудники на несколько секунд затихли, а затем дружно загалдели, поддразнивая ее.
— Жуань-цзе, кажется, дело близится к радостному событию?
— Ох уж вы, хватит делать из мухи слона, ладно? — Жуань Юй села на стул и помассировала пульсирующие виски, глядя в зеркало на свое отражение с безупречным макияжем, но потухшим взглядом.
— Жуань-цзе, у молодого господина Ло есть и деньги, и внешность, и происхождение. Неужели у тебя есть вариант получше?
Жуань Юй промолчала.
В этот момент с улицы вбежала ассистентка Сюсю.
— Жуань-цзе, Жуань-цзе, вас ищет господин Тэн.
— Господин Тэн?
— Угу.
— Какой господин Тэн?
— Господин Тэн Хао.
Ну да, конечно же, господин Тэн Хао. А чего она ждала? Другого господина Тэна?
Ха, чтобы тот мужчина сам пришел ее искать, солнце должно взойти на западе.
Жуань Юй встала и вышла из гримерки.
В коридоре в инвалидном кресле сидел Тэн Хао и разговаривал по телефону, повернувшись к ней спиной. Она подошла к нему, подождала, пока он закончит разговор, и похлопала его по плечу.
— По какому делу искал? Господин Благотворитель этого вечера.
Тон Жуань Юй был очень непринужденным, но когда Тэн Хао обернулся, лицо у него было предельно серьезным.
— Что случилось? — Жуань Юй почувствовала неладное.
— Барышня отличница, не могла бы ты поехать со мной домой? — нахмурился Тэн Хао. — Мой брат упал в обморок.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
