Жуань Юй не стала ни смывать макияж, ни переодеваться. Прямо в одолженном вечернем платье она вместе с Тэн Хао помчалась в Тэн-цзя.
Когда они с Тэн Хао приехали, Жуй Шу как раз спускалась с врачом со второго этажа. Увидев Жуань Юй, она вежливо кивнула ей.
— Он наверху, поднимайся, а я провожу Чжао-ишэна, — вновь прозвучал тон хозяйки дома.
Но Жуань Юй было не до этого, она тут же побежала на второй этаж.
Дверь в комнату Тэн И была приоткрыта. Она осторожно толкнула ее и с первого же взгляда увидела лежащего на кровати мужчину.
На нем была белая рубашка, две верхние пуговицы на воротнике расстегнули во время осмотра врача. В этой растрепанной небрежности, однако, по-прежнему сквозила некая болезненная красота.
— Тэн И…
Жуань Юй тихо позвала его по имени, но лежащий на кровати человек не приходил в сознание, его глаза были плотно закрыты.
Ей вдруг стало необъяснимо страшно.
— Тэн И. — Она села на край кровати и сжала его ледяную руку; слезы мгновенно хлынули из глаз. — Не пугай меня.
Тэн И по-прежнему никак не реагировал.
В коридоре послышались шаги. Жуань Юй поспешно отпустила его руку, вытерла слезы и отошла от края кровати.
Вошедшей оказалась Жуй Шу.
— Не волнуйся, врач только что сделал ему укол, сейчас он просто спит, — успокаивающе произнесла Жуй Шу, увидев покрасневшие глаза Жуань Юй.
— Как он мог внезапно упасть в обморок? — спросила Жуань Юй.
Жуй Шу покачала головой, она тоже этого не знала.
Вернувшись в бар, Тэн И поднялся на второй этаж. Она была постоянно занята обслуживанием посетителей, и у нее не было времени пойти посмотреть, как он, пока один из уходящих гостей не обнаружил, что его машина заблокирована и не может выехать.
Жуй Шу позвонила Тэн И, желая, чтобы он спустился и нормально перепарковал тот «наглый» «Мерседес», но по телефону никто не отвечал. Она сочла это странным, побежала наверх посмотреть и обнаружила, что он лежит без сознания в репетиционном зале на втором этаже.
— Репетиционный зал?
На втором этаже бара находится репетиционный зал? Неудивительно, что в тот день он так напоминал прежний Сию.
— Эта комната всегда была заперта. Я тоже только сегодня узнала, что, оказывается, на втором этаже бара скрывается такой огромный репетиционный зал. — Взгляд Жуй Шу упал на спящего Тэн И. — Я всегда думала, что он уже бросил танцы, но оказалось, что нет. Он слишком хорошо умеет прятать и закрываться в себе. Это касается не только этого репетиционного зала, но и его сердца. Даже будучи психотерапевтом, я часто не могу разгадать его до конца.
— Ты психотерапевт? — поразилась Жуань Юй.
— В прошлую нашу встречу все произошло слишком поспешно, я даже не успела нормально представиться, — кивнула Жуй Шу. — Я психотерапевт Тэн И и Тэн Хао, а также их двоюродная сестра.
Двоюродная… сестра?
Жуань Юй совершенно остолбенела.
Женщина, к которой она так долго ревновала и из-за которой так переживала, оказалась всего лишь двоюродной сестрой Тэн И?
— Что такое? — улыбнулась Жуй Шу. — Я не похожа на их двоюродную сестру?
— Ты выглядишь… очень молодо, к тому же кажется, что в тебе есть иностранная кровь, поэтому я не подумала, что ты…
— Во мне действительно есть иностранная кровь. Мой дедушка был из Мэйго, а папа — наполовину китаец, наполовину американец. До того как приехать сюда, наша семья постоянно жила в Мэйго, а Жуй Шу — это китайское имя, которое дала мне мама.
Жуань Юй кивнула. Теперь все события связались воедино.
— Что касается того случая с Мими, я на самом деле все время хотела связаться с тобой и извиниться. К сожалению, у меня не было твоих контактов. Мне правда очень жаль, я не знала, что у тебя аллергия на кошачью шерсть, и из-за меня тебе пришлось так помучиться.
— Ничего страшного. Я сама была неосторожна, ты не виновата.
— Как же не виновата? Ты не знаешь, но после того дня Тэн И велел людям провести в этом доме тщательную уборку, а затем навсегда запретил мне приносить Мими в дом.
Жуй Шу казалось это странным. ведь раньше Тэн И очень любил Мими, как он мог вот так просто выставить ее за дверь.
Она никак не могла этого понять и пошла требовать у Тэн И объяснений, но в итоге он просто отделался от нее одной равнодушной фразой: «Потому что Сяо Юйэр боится кошек».
Сяо Юйэр боится кошек.
Жуй Шу поначалу думала, что Сяо Юйэр — это та маленькая рыбка в аквариуме снаружи. И только когда Тэн Хао сказал ей, что Сяо Юйэр — это человек, она, словно очнувшись, поняла всё.
— Та Сяо Юйэр в его сердце — это ты, верно? — Жуй Шу посмотрела на Жуань Юй.
Жуань Юй вмиг покраснела.
— Я знала, что это ты, — пробормотала Жуй Шу. — С того самого дня, когда у тебя в доме случился приступ астмы, я поняла, что ты занимаешь в его сердце особое место.
— Я…
— Спаси его, пожалуйста, спаси его. — Жуй Шу внезапно схватила Жуань Юй за руку. — Эти шесть лет он постоянно живет в аду. Если никто не протянет ему руку помощи, боюсь, он окончательно привыкнет к этому аду и больше никогда не сможет вырваться и очнуться.
Шесть лет назад Тэн Хао внезапно упал со сцены, ввергнув жизнь Тэн И в крутой вираж. С тех пор все несчастья, словно цепная реакция, следовали одно за другим, звено за звеном, заставая его врасплох.
После того как с Тэн Хао произошел этот несчастный случай, Шэнь Бин, чтобы вылечить сына, бросила бизнес и стала повсюду искать врачей. Но, несмотря на это, Тэн Хао так и не приходил в себя.
Даже самая сильная женщина, столкнувшись с лежащим на больничной койке сыном, который в любой момент может расстаться с жизнью, сломается.
Шэнь Бин выплеснула все свое внутреннее недовольство, обиду, горечь и страх на Тэн И. Ей казалось, что все это произошло по вине Тэн И, и Тэн И тоже так считал.
В то время отношения между матерью и сыном стремительно ухудшились.
Одна постоянно билась в истерике, а другой вечно хранил молчание.
Семья Жуй Шу изо всех сил пыталась их примирить, но эти попытки были тщетны. В их сердцах таилась боль, такая одинаковая, и в то же время такая разная.
Все это закончилось с автомобильной аварией Шэнь Бин.
В первый год их пребывания в Мэйго Шэнь Бин погибла в автокатастрофе из-за вождения в состоянии переутомления. Перед смертью она в слезах помирилась с Тэн И, попросила у него прощения. Но это примирение и эти извинения стали словно еще одним кинжалом, вонзившимся прямо в сердце Тэн И, ранив его еще глубже, причинив еще более пронзительную боль.
После ухода Шэнь Бин абсолютно все легло на плечи Тэн И.
Бизнес матери, жизнь младшего брата, огромные счета за лечение, а также будущее, в котором не было видно надежды.
Никто не знал, как Тэн И это выдержал, даже семья Жуй Шу, каждый день видевшая, как он дышит у них на глазах, этого не знала.
Для других мучения длились день за днем.
А для него мучения тянулись секунда за секундой.
После того как прошел первый Чуньцзе в Мэйго, Тэн Хао наконец очнулся.
Казалось бы, Бог наконец начал жалеть этих братьев, сменив гнев на милость, но откуда было знать, что предыдущие страдания были лишь началом.
При падении Тэн Хао со сцены из-за слишком большой инерции он получил необратимое повреждение позвоночника. Он стал инвалидом и больше никогда не мог, как нормальный человек, встать и свободно ходить или бегать.
А ведь он был таким гордым юношей, как он мог смириться с тем, что всю оставшуюся жизнь проведет в инвалидном кресле?
Тэн И слишком хорошо знал своего брата, поэтому он посоветовался с врачом и решил пока скрыть правду от Тэн Хао, активно лечить его и помочь ему восстановиться настолько, насколько это возможно.
Это умолчание в итоге обернулось еще одной большой бедой.
Тэн Хао был искренне уверен, что еще сможет встать на ноги. Он изо всех сил старался оправиться после потери матери, активно участвовал в лечении и реабилитации, послушно принимал лекарства… Когда из болтовни медсестер он узнал о своем истинном положении, он сломался, страшнее, чем можно было представить. Будто хрустальный шар, который без всякой защиты в мгновение ока растоптали в пыль.
В тот день Тэн Хао швырнул в Тэн И все вещи в комнате, которые только можно было разбить, а Тэн И не уворачивался и не прятался, боясь лишь того, что Тэн Хао поранится сам.
Состояние обоих братьев вновь стало таким же, как когда-то у Шэнь Бин и Тэн И.
Один вечно в истерике, другой вечно молчит. Но в молчании Тэн И прибавилось еще и чувство страха, он очень боялся, что Тэн Хао, как и Шэнь Бин, внезапно покинет его.
Он говорил Жуй Шу:
— Он может ненавидеть меня, пусть ненавидит вечно, это неважно, я лишь хочу, чтобы он жил.
Но тогда для Тэн Хао жизнь уже не имела никакого смысла, он не ел, не пил и не желал принимать лечение.
Тэн И дежурил возле него каждый день, и так продолжалось полгода. За эти полгода Тэн Хао бессчетное количество раз пытался покончить с собой, но, к счастью, каждый раз Тэн И вовремя замечал это и останавливал его. Но если человек твердо решил умереть, его не удержать; как Тэн И ни оберегал его, как ни защищал, уберечь все же не смог. На их второй Праздник весны в Америке Тэн Хао проглотил целую банку снотворного и вплотную подошел к вратам смерти.
Жуй Шу навсегда запомнила ту ночь, когда уведомления о критическом состоянии Тэн Хао приходили одно за другим, а Тэн И стоял на коленях в больничном коридоре и, крепко вцепившись в белые халаты врачей, умолял их спасти брата. За два года этот мужчина уже привык к упрекам, жалобам и даже ругани, он всегда молчал, сдерживался и терпел, но в тот момент он словно обезумел, позволив эмоциям вырваться наружу безудержным потоком.
Позже, когда Тэн Хао очнулся, отец Жуй Шу достал записи с больничных камер наблюдения и раз за разом прокручивал их ему. Отец Жуй Шу сказал Тэн Хао:
— В эти два года никому не было тяжелее, чем твоему брату. Ни тебе, ни твоей покойной матери не было так тяжело, как ему. Посмотри на него, что у него теперь осталось? Если у тебя хватит жестокости оставить его в этом мире совсем одного, тогда иди и умри. Если ты умрешь, ваша семья очень скоро сможет воссоединиться на небесах.
Тэн Хао смотрел на обезумевшего брата на записи и безудержно плакал. С тех пор Тэн Хао наконец оставил мысли о самоубийстве и начал брать себя в руки. Он словно стал другим человеком, солнечным, мягким и чутким, до безумия похожим на прежнего Тэн И.
Эта перемена вызывала чувство радости, но вместе с тем и щемила сердце.
Жизнь постепенно налаживалась, но Тэн И по-прежнему не смел расслабиться. Ему все так же нужно было заботиться о лечении, учебе и будущем брата, ему все так же приходилось в спешке мотаться по делам компании… Год за годом время безжалостно прокатывалось по нему, делая его все более молчаливым, холодным и лишенным чувства безопасности.
Когда Тэн Хао наконец смог взять на себя ответственность и стать самостоятельным, все думали, что Тэн И сможет сбросить с себя тяжкое бремя и заняться собственной жизнью, но кто же знал, что он окончательно сломается.
Прямо как бешено вращающийся волчок, остановиться означало упасть.
— Тяжелая депрессия и тревожное расстройство средней степени тяжести, — голос Жуй Шу был очень тихим, но на сердце Жуань Юй эти слова обрушились с тяжелой силой. — Изначально я хотела, чтобы он остался лечиться за границей, но он упорно настаивал на возвращении. Я не знала, какое вообще значение для него имеет Ляочэн, пока не встретила тебя.
Слезы Жуань Юй непрерывно катились вниз, но она не смела плакать вслух; она боялась потревожить его нынешний спокойный сон, потревожить его, возможно, не слишком сладкие сновидения.
— Спаси его, сейчас только ты можешь его спасти.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
