«Девочка в моём сердце всегда думала, что я её ненавижу. Я так и не сказал этого вслух, а когда-то просто хотел, несмотря ни на что, пойти за ней домой».
Пэй Чуань
Летом девяносто шестого года, через несколько дней после того как закончился град, у Бэй Яо спал жар.
Перед тем как отправить её в детский сад, Чжао Чжилань наставляла:
— Если почувствуешь себя плохо или заболит животик, обязательно подними руку и скажи учительнице Сяо Чжао, хорошо? Мама заберёт тебя сразу после работы.
Бэй Яо кивнула и поцеловала Чжао Чжилань в щеку:
— Мама, пока.
Она зашла в класс с маленьким матерчатым ранцем за спиной, и учительница Сяо Чжао тепло поприветствовала её.
В детском саду не нужно было проводить настоящие уроки. Достаточно было научить детей считать, а затем играть в игры.
Сегодня волосы Бэй Яо не были завязаны. Они были мягкими и тонкими, а на кончиках едва заметно желтели.
Учительница Сяо У учила детей складывать самолётики.
Бэй Яо огляделась по сторонам и заметила, что что-то не так.
В классе не хватало одного ребёнка. Она знала этого мальчика, его звали Пэй Чуань. Поскольку они жили рядом, мама велела ей называть его братом. Маленькая Бэй Яо несколько дней назад болела, и именно в тот день, когда шёл град, тот мальчик описался в штаны.
Бэй Яо спросила Сян Тунтун:
— А где брат Пэй Чуань?
Сян Тунтун прикрыла рот пухлой ладошкой:
— Он описался, он грязный, мы больше с ним не играем.
Бэй Яо удивленно моргнула, склонив голову набок.
Для четырёхлетнего ребёнка фраза «бросить учёбу» была слишком далёким и сложным понятием, она лишь понимала, что в детском саду стало на одного ребёнка меньше.
Впрочем, остальные дети тоже не считали, что это событие заслуживает внимания.
Только Бэй Яо помнила те застывшие черные глаза, которые она видела в тот день. Он был похож на маленького волчонка. Чжао Чжилань работала на швейной фабрике и пришла за дочерью сразу после смены.
Вернувшись домой, Бэй Яо тихо сказала:
— Мама, Пэй Чуаня нет в детском саду.
Она перепутала порядок слов, и Чжао Чжилань с трудом её поняла. В тот день, когда шёл град, Пэй Чуань промочил штаны, и в тот вечер никто не пришёл за ним, чтобы забрать домой. На следующий день ребёнок молча отказался снова идти в детский сад.
На душе у Чжао Чжилань стало неспокойно, она погладила мягкие волосы дочери:
— Он больше не будет ходить в детский сад.
— Почему?
Чжао Чжилань ответила:
— Он описался в классе, и теперь ему горько, ведь дети будут над ним смеяться. Поэтому он больше туда не пойдёт.
Ясные глаза Бэй Яо, похожие на косточки абрикоса, смотрели чисто, а пухлые щёчки порозовели.
— Я тоже описалась, — сказала она, вспоминая, как в начале года случайно намочила постель, за что Чжао Чжилань шлёпнула её по попе.
Она не могла понять: неужели из-за этого нельзя больше ходить в детский сад? Это же явно было не нарочно?
Чжао Чжилань было трудно это объяснить, и в конце концов она тихо вздохнула:
— Глупая дочка, вырастешь — поймёшь.
Только у чувствительных и не по годам развитых детей чувство стыда бывает особенно сильным.
Это был несчастный мальчик.
Наступил сентябрь.
Пэй Чуань, который больше не посещал детский сад, пошёл в подготовительный класс при начальной школе Чаоян.
Количество учеников в классе было нечётным.
Толпа пятилетних детей уставилась на мальчика в сине-серых штанах, стоявшего у классной доски. Учительница Юй Сянь похлопала Пэй Чуаня по худому плечу и спросила детей:
— Это наш новый ученик. Кто-нибудь из вас, таких замечательных ребят, хочет позаботиться о нём?
Дети переглядывались, глядя на его пустые штанины, и никто не поднял руку.
Учительница Юй продолжила:
— Тот добрый и смелый ребёнок, который согласится, получит больше маленьких красных цветочков.
Услышав это, дети один за другим начали поднимать руки.
Пэй Чуань смотрел в окно.
Начало осени, листья на деревьях ещё были ярко-зелёными. Он вырвался из детского сада, но новая обстановка, казалось, была ничуть не лучше.
В итоге учительница Юй выбрала среди детей мальчика по имени Чэнь Ган.
Они вместе сели за первую парту.
Поначалу Чэнь Ган с энтузиазмом пытался с ним заговорить, но Пэй Чуань всё время молчал.
Когда он молчал, то часто впадал в оцепенение. Иногда он смотрел на ласточек в небе, иногда на строчки в книге. Не прошло и дня, как Чэнь Ган не выдержал нелюдимости Пэй Чуаня и тоже начал его игнорировать.
Дети в таком возрасте не выносят одиночества, и на второй день Чэнь Ган с плачем потребовал пересадить его, и никакие красные цветочки уже не могли его удержать.
Пэй Чуань всё время держал глаза опущенными.
Учительница Юй Сянь почувствовала неловкость и утешила его:
— Ничего страшного, давай подберём нашему Пэй Чуаню другого друга, хорошо?
Соседкой Пэй Чуаня стала маленькая девочка по имени Сюй Фэйфэй.
Сюй Фэйфэй была такой же тихой, и большую часть времени они сидели молча.
Сюй Фэйфэй не любила Пэй Чуаня. Она пересела к нему крайне неохотно и вскоре заметила, что он не любит, когда трогают его вещи. Пятилетний мальчик с бесстрастным лицом строго охранял свой уголок. Он не нарушал чужих границ, но когда Сюй Фэйфэй пересекала середину парты, выражение его лица становилось ещё более холодным и неприязненным.
Впрочем, были и плюсы, например, когда Сюй Фэйфэй втихаря пользовалась его ластиком, мальчик лишь терпел и ничего не говорил.
Однажды Сюй Фэйфэй нашла в парте Пэй Чуаня купюру в пять юаней.
Пять юаней! Самой Сюй Фэйфэй на прошлый Новый год подарили всего пять мао. На пять юаней можно было купить очень много всего.
Деревянные парты в подготовительном классе были общими. Она вспомнила о жевательной резинке и сладостях в лавке и мгновенно сжала купюру в кулаке.
Пэй Чуань повернул голову и посмотрел на неё.
Сюй Фэйфэй ужасно занервничала, но Пэй Чуань, помолчав немного, снова отвернулся к книге. Сердце Сюй Фэйфэй бешено колотилось, и лишь спустя долгое время она успокоилась.
Она внезапно осознала, что этот нелюдимый и замкнутый сосед на самом деле очень щедр. Он не обращал внимания на многие вещи.
Со временем даже такая маленькая девочка, как Сюй Фэйфэй, интуитивно почувствовала, если кто-то находится рядом с Пэй Чуанем, он готов мириться со многим.
Сюй Фэйфэй также узнала один секрет: Пэй Чуань каждый день приносил с собой бутылочку с водой, но не делал из неё ни глотка. Когда занятия заканчивались, Пэй Чуань выливал воду в раковину и с невозмутимым видом садился в машину своего отца, чтобы ехать домой.
Семья Пэй Чуаня была довольно богатой, думала Сюй Фэйфэй. В этом году в городе С было слишком мало владельцев мотоциклов. Когда такой проезжал по улице, все оборачивались вслед.
Сюй Фэйфэй чувствовала сладкий аромат воды, которую он выливал из бутылки. В неё наверняка добавляли сок или сахар, однако, зимой Пэй Чуань перестал приносить воду.
Летом следующего года Цзян Вэньцзюань снова начала готовить сыну воду.
За полгода Сюй Фэйфэй израсходовала бесчисленное множество ластиков Пэй Чуаня, брала его аккуратно заточенные карандаши, а иногда в его ранце находились конфеты и деньги.
Сюй Фэйфэй взяла бутылку с водой, висевшую на его инвалидном кресле, открутила крышку и начала пить.
Это и правда был сок! Она не удержалась и облизнула кисло-сладкое горлышко.
Всегда хранивший молчание Пэй Чуань внезапно бросился отнимать бутылку.
Сюй Фэйфэй опешила, она подсознательно вцепилась в неё, не желая отдавать, и вода выплеснулась, залив ей всё лицо.
Весь класс обернулся, а затем раздался громкий хохот. Сюй Фэйфэй была самой обычной внешности, а из-за бедности семьи одевалась некрасиво; её сухие, непослушные волосы были завязаны кое-как. Она была простужена, нос покраснел, под ним блестели сопли, а у рта виднелось что-то чёрное.
И теперь, когда её лицо было в соке, над ней смеялись одноклассники. Сюй Фэйфэй тут же разрыдалась и в гневе швырнула бутылку обратно в Пэй Чуаня.
Бутылка ударила мальчика по коленям, и сок залил его ноги, от паха до самых культей.
Пэй Чуань изменился в лице и резко толкнул Сюй Фэйфэй. Она не ожидала, что он окажется таким сильным, не удержалась на ногах и повалилась на пол.
Смех в классе мгновенно оборвался.
Кто-то побежал жаловаться учителю, что Пэй Чуань и Сюй Фэйфэй подрались.
Другой учитель подготовительного класса, учитель Чжэн, сказал:
— Дети должны жить дружно. Извинитесь друг перед другом, и вы снова станете хорошими друзьями. Пэй Чуань, ты мальчик, извинись перед Фэйфэй первым.
Стоял май, в воздухе пахло летом, а его штаны стали липкими от сока. Пэй Чуань молчал, крепко стиснув зубы и не произнося ни слова. Учитель Чжэн недовольно на него посмотрел.
После того дня у Пэй Чуаня больше не было соседа по парте.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
