Син У и вправду решительно выхватил бокал Цин Е и поставил его на стол:
— Поели — и хватит, на этом закончим. А теперь разбегайтесь по домам к своим мамам.
Раз уж Син У велел уходить, Панху и остальные не посмели задерживаться. Син У уже понял, что у этой девчонки упрямый характер. Если Хуанмао и остальные не уйдут, она будет бодаться с ними до победного. Чтобы она перестала пить, оставалось только поскорее спровадить всю эту ораву.
Стоило людям уйти, как Цин Е, пошатываясь, поднялась. Раньше она и вправду пила пиво, но максимум полбокала, не больше. Сегодня же она осушила больше трёх, причём первый бокал выпила слишком быстро, так что едва она встала, как хмель ударил в голову.
Син У запер дверь и, войдя, увидел, как Цин Е, цепляясь за перила, карабкается по лестнице. Она уже одолела две ступени, но сползла на одну назад и едва не оступилась. У Син У сердце екнуло, он в несколько прыжков преодолел расстояние до неё и обхватил её за талию, не давая повалиться навзничь.
В ответ Цин Е лишь подняла голову и с покрасневшими щеками хихикнула, указывая на него пальцем:
— Старший двоюродный брат?
— Ненормальная, — Син У с бесстрастным лицом разжал руки и стал подталкивать её вверх по лестнице. Движения Цин Е были неуклюжими, и Син У, опасаясь, что она снова опрокинется назад, просто пошёл следом, оберегая её.
Когда она с трудом добралась до верха, то замерла у края лестницы, прижав руку к груди и крепко нахмурившись.
Син У подошёл и, глядя на неё, спросил:
— Только не говори, что тебя сейчас стошнит.
Цин Е покачала головой, шмыгая носом; её глаза покраснели, и вдруг без всякого предупреждения покатились слёзы, отчего Син У оторопел.
И что это значит? Собирается буянить спьяну? Решила устроить прелюдию? Капнула парой слезинок для анонса?
Син У больше всего ненавидел, когда девушки напивались и начинали безобразничать, теряя всякое достоинство. Он тут же с холодным лицом потащил её к комнате, намереваясь бросить на кровать и поскорее уйти.
Но не успели они дойти до двери, как Цин Е громко зарыдала. Тело тигра1 Син У содрогнулось.
Он обернулся. Сил у Цин Е оказалось немало: она одним рывком отпихнула его и закричала:
— Ты только и знаешь, что придираться ко мне! Син У, ты придурок! Я здесь человек новый, места мне незнакомы, а ты с самого приезда только и делаешь, что злишься на меня! Мои папа и мама никогда на меня не кричали, вообще никто никогда так со мной не поступал!
У Син У голова разболелась, а в мозгу пронеслась строчка: «Она идёт, она идёт, она в пьяном угаре к нам бредёт…»
Син У упер руки в бока, собираясь что-то ответить, но увидел, как поблескивают её покрасневшие глаза, а упрямый подбородок вздёрнут высоко вверх. Она походила на бездомную персидскую кошку — благородную, заносчивую, но в то же время вызывающую жалость. Её пухлые алые губы слегка надулись, а сверкающие глаза впились в него:
— Ну скажи же что-нибудь! Почему ты молчишь? Ты ведь меня ненавидишь, да?
Син У понял, что сегодня так просто ему не отделаться, поэтому перестал торопиться. Скрестив руки на груди, он прищурился и с едва заметной усмешкой в уголках глаз посмотрел на неё:
— С чего ты взяла, что я тебя ненавижу?
— Ты всё сказал! Твои глаза, губы, голос и жесты говорят мне о том, что ты меня ненавидишь. Я заняла твою комнату, ты даже домой вернуться не можешь. Тебе это не нравится, верно?
Син У, потеряв дар речи, отвёл взгляд и глубоко вдохнул, а затем повернулся и спокойно произнёс:
— Мне не «не нравится» ты, мне не нравлюсь я сам. И то, возвращаюсь я домой или нет, к тебе никакого отношения не имеет, так что нечего, блин, приклеивать золото себе на лицо2.
Слёзы тут же брызнули из глаз Цин Е:
— Вот видишь, ты снова на меня сорвался…
Син У приоткрыл рот, но так и не нашёлся с ответом. Цин Е обиженно шмыгнула носом и заговорила:
— Ты думаешь, я сама хотела к вам ехать? Я ведь и понятия не имела, что у вас тут всё так устроено. Я целыми днями торчу в парикмахерском салоне, даже на улицу выйти не могу, скоро мхом зарасту! Я здесь никого не знаю, мне не с кем словом перемолвиться, некому показать мне город. Я даже не знаю, где купить средство для умывания, тоник, эмульсию и солнцезащитный крем — у меня вообще ничего нет…
Цин Е отчаянно разрыдалась, будто у неё сердце и лёгкие разрывались.
Син У поначалу даже не понял. Неужели из-за отсутствия какой-то умывалки можно так убиваться? Но глядя на её вздрагивающие плечи, он осознал: она плачет не из-за вещей, а оттого, что ей горько из-за разлуки с домом, с привычными местами и людьми, которые окружали её каждый день.
Син У никогда не покидал уезд Аньцзы, самое дальнее, куда он выбирался — это восточная окраина уезда, граница с соседним городским округом. Он не мог в полной мере прочувствовать её отчаяние, но в общих чертах понимал, каково ей, особенно вспомнив её повседневные фотографии.
Син У сделал шаг к ней, его голос немного смягчился:
— Да не злюсь я на тебя. Если тебе чего-то не хватает, просто скажи.
Цин Е фыркнула и отвернулась. В коридоре было жарко, и Син У хотел затащить её в комнату, но стоило ему потянуть её за руку, как тело Цин Е, словно хрупкий листок бумаги, качнулось и повалилось прямо ему на грудь.
От этого внезапного прикосновения мягкого тела взгляд Син У дрогнул. Он посмотрел вниз на Цин Е, чьи глаза были полуприкрыты, и едва не оттолкнул её на инстинктах, но его рука замерла на полпути — он так и не смог этого сделать. Он боялся, что если сейчас её отпихнёт, она снова разрыдается, обвиняя его в том, что он её ненавидит и вечно с ней груб.
- Тело тигра (虎躯, hǔqū) — устойчивое выражение, описывающее внушительный облик мужчины, часто используемое в китайской литературе для передачи силы и мощи. ↩︎
- Приклеивать золото себе на лицо (往自己脸上贴金, wǎng zìjǐ liǎn shàng tiē jīn) — приукрашивать свои достоинства, хвастаться или льстить самому себе. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
