Весь этот день одноклассник Фэн Бао пребывал в крайнем беспокойстве. Он то и дело украдкой поглядывал на Цин Е, думая о том, что после вчерашнего прочтения его любовного письма она должна была сегодня как-то отреагировать. Но, к его удивлению, Цин Е вела себя как обычно, не проявляя никаких особых эмоций, отчего у него на душе было неспокойно.
Только он набрался смелости и обернулся, чтобы под каким-нибудь предлогом заговорить с Цин Е, как его тут же осадил леденящий взгляд Син У. В итоге за весь день ему так и не представилось случая перемолвиться с ней и словом.
Хуанмао, прослышав, что Син У записался в зимний лагерь, тоже захотел примкнуть к веселью, но классный руководитель четвёртого класса наотрез запретил ему подавать заявку. Тот дважды бегал к учителю и оба раза получал безжалостный отказ с наставлением «не лезть и не устраивать беспорядки». Он никак не мог взять в толк: другим можно записываться, почему же считается, что он идёт только ради того, чтобы мешать?
Он с горечью спросил Син У, почему «старая ведьма» позволила тому записаться. Син У с самым серьёзным видом ответил Хуанмао, что тот — ключ к победе Аньчжун в Кубке Дэвида.
Хуанмао ни на грош не поверил этому бреду. Он полагал, что Цин Е, пиши она тест хоть с закрытыми глазами, наберёт баллов больше, чем все они вместе взятые. Какой, к чёрту, ключ? Вокруг одни бесстыжие люди, вот так просто его бросили.
После полудня многие ученики вокруг Цин Е буквально повалились от усталости. В эти два дня стояла тёплая погода и светило яркое солнце — идеальное время для сна. Однако Цин Е по-прежнему сидела с идеально прямой спиной. Предыдущие два дня из-за холодной войны с неким человеком она пребывала в унынии, но после вчерашнего примирения быстро пришла в форму, и в её облике читалось явное намерение наверстать время, упущенное за те дни.
Перед самым концом уроков телефон Цин Е внезапно завибрировал. Она опустила взгляд и увидела сообщение о денежном переводе. Сдвинув уведомление, она обнаружила, что Син У перевёл ей пятьдесят тысяч юаней. Девушка резко обернулась, но Син У не было на месте. Она следила за временем, и каждая секунда тянулась для неё словно год.
Наконец прозвенел звонок с урока. Лао Чжу ещё не успел выйти, как Цин Е крикнула Панху:
— Фань Тун, где Син У?
Панху обернулся и ответил:
— Должно быть, на спортивной площадке.
Цин Е сжала телефон в руке и, не говоря ни слова, выскочила через заднюю дверь. Фэн Бао, увидев, что она одна выбежала из класса, немного посомневался, решив, что это его шанс, и после недолгих терзаний тоже вышел из кабинета и направился к площадке.
Цин Е на одном дыхании добежала до места и, запыхавшись, увидела, что Син У играет в баскетбол. Она впервые видела его за этой игрой.
Честно говоря, с начала семестра она ни разу не видела, чтобы он участвовал в каких-либо спортивных мероприятиях. На каждом уроке физкультуры он просто валялся в компании парней, а единственным разом, когда он участвовал в марафоне, был его прогулочный променад по улице.
Однако сейчас Син У умело вёл мяч, переводя его из руки в руку, скорость росла, а в глазах читалась сокрушительная мощь, которую невозможно было остановить.
Он пристально смотрел на тех, кто преграждал ему путь, затем внезапно развернулся, совершил прорыв и, ловко и эффектно обойдя защитника, стремительно понёсся к кольцу. Его вид в лучах солнца, обливающийся потом и полный юношеской энергии, завораживал.
В мгновение ока он уже оказался под кольцом. В момент прыжка высокий парень из команды противника подпрыгнул почти одновременно с ним, вытянув руку для блок-шота. Однако следующая сцена заставила Цин Е замереть от изумления: тело Син У в воздухе отклонилось назад, образуя дугу, которую было невозможно достать. Он безупречно избежал блока и лёгким движением кисти отправил мяч точно в корзину прямо над головой противника.
Толпа старшеклассников, наблюдавших за игрой у края площадки, разразилась радостными криками:
— Красиво!
Син У задрал футболку, чтобы вытереть лицо, обнажив рельефные мышцы пресса. В этот момент он случайно заметил стоящую у края площадки Цин Е. Она смотрела на него во все глаза, и в них вспыхивали искорки. Син У улыбнулся ей, а она в ответ помахала телефоном. Син У обернулся к приятелю, сидевшему на скамейке, и жестом подозвал его заменить себя в игре.
Затем он направился прямиком к Цин Е. В это время остальные игроки тоже заметили девушку и дружно принялись свистеть ей вслед. Цин Е развернулась и быстрым шагом покинула площадку. Син У обернулся и указал на парней пальцем, заставив их мгновенно замолчать, после чего быстро последовал за ней.
За баскетбольной площадкой росли два ряда невысоких, редких деревьев высотой примерно в человеческий рост. Цин Е остановилась и, обернувшись к нему, сразу спросила:
— Откуда у тебя столько денег?
Син У шёл к ней против света. Несмотря на глубокую зиму, на нём была лишь футболка с длинным рукавом, который он закатал. Когда он подошёл ближе, от него повеяло жаром и резким, напористым ароматом, в котором чувствовалась властная сила. Улыбнувшись уголком губ, он ответил:
— Накопил.
— Ну копил бы и копил, мне-то зачем отдаёшь?
Его взгляд был прямым и честным:
— Эти деньги моя мама тогда забрала у тебя. Тридцать тысяч — мои, в последнее время дела в Сюаньдао идут неплохо, остальные двадцать тысяч дала мама.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
