Когда раунд закончился, Лян Чэнь встала и пошла на кухню выпить глоток горячей воды, а вернувшись, обнаружила, что в комнате YY появились ещё два человека: помимо Лу Сянчэня была ещё одна девочка.
— Гэгэ, я снова утруждаю тебя, прося взять нас поиграть, в этот раз мы постараемся не стать хэцзы, — застенчиво позвала девочка, после чего Лу Сянчэнь глупо заулыбался рядом.
Лян Чэнь спросила Лу Цзина:
— А эта мэймэй — это…?
— Моя девушка! — поспешил ответить Лу Сянчэнь. — Это моя девушка Цяньцянь, скорее поприветствуй цзецзе.
Цяньцянь послушно поздоровалась с цзецзе, её голос был таким нежным, что из него, казалось, можно было выжать воду.
— Девушка? — удивлённо произнесла Лян Чэнь. — В третьем классе старшей школы уже есть девушка?
— Цзецзе, почему это в третьем классе старшей школы нельзя иметь девушку? — сказал Лу Сянчэнь. — Мне уже восемнадцать лет, почему мне нельзя заводить девушку?
Лян Чэнь удивилась не тому, что у Лу Сянчэня в третьем классе старшей школы есть девушка, а тому, что он так открыто представил её своему двоюродному гэгэ. Разве в третьем классе старшей школы отношения не должны быть тайными?
— Тогда… твои родители знают?
— Конечно знают. Что это за мужчина, который встречается тайком, верно, Цяньцянь?
Цяньцянь вовремя угукнула.
Нынешние дети… все такие властные?
Она спросила Лу Цзина:
— В вашей семье все такие крутые?
Лу Цзин хмыкнул:
— Старшие в моей семье довольно прогрессивные: пока это не влияет на учёбу, можно заводить отношения.
Лян Чэнь прищёлкнула языком от удивления:
— Позволь спросить, младший брат, каковы твои успехи в учёбе?
Лу Сянчэнь хихикнул:
— На общих экзаменах в этом месяце ваш покорный слуга не блеснул талантом, заняв лишь десятое место в городе.
Лян Чэнь:
— О.
Оказывается, вся семья — сэба (очень способный и прилежный студент).
— А твоя девушка?
— Я… у меня плохие оценки, — голосок Цяньцянь был тонким и тихим. — У меня серьёзный перекос в предметах, по английскому чуть не провалилась.
Лян Чэнь выдохнула и сказала:
— В перекосе предметов нет ничего такого, у меня раньше тоже он был, математика и английский были в полном беспорядке, но сейчас я живу хорошо, так что не переживай.
Все трое из той семьи одновременно замолчали, стало немного неловко.
Видя, что никто не проронил ни звука, Лу Сянчэнь сказал:
— Общий балл Цяньцянь невысок, но она заняла первое место на общенациональной олимпиаде по физике и была зачислена без экзаменов.
Лян Чэнь:
— …
— Давайте лучше поиграем.
После того как четверо вошли в игровое лобби, они объединились в группу для игры вчетвером; в это время сервер снова начал подтормаживать.
Лян Чэнь было нечего делать, она всё ещё думала о произошедшем и сказала:
— Почему в вашей семье все сплошные сэба?
На губах Лу Цзина играла улыбка, о причине которой знал только он сам.
Тон Лян Чэнь был таким, словно она была некрасивой невесткой, которая боится встречи с родителями мужа.
— Цяньцянь и Чэньчэнь — исключение. Моя мама плохо училась и не оканчивала университет, у моей бабушки по материнской линии образование тоже не особо высокое.
«Наконец-то хоть какие-то нормальные люди», — подумала Лян Чэнь.
— Я же говорю, ну как может быть вся семья сплошными сэба, разве это даст другим людям жить?
Лу Цзин поддакнул:
— Угу, мы — всего лишь исключение.
Лу Сянчэнь молча стоял в стороне, боясь, что если он заговорит, двоюродный гэгэ снова вышвырнет его.
Мама его двоюродного гэгэ, то есть его тётя, действительно не училась в университете, но она была прямым последним учеником мастера гохуа (традиционная китайская живопись) предыдущего поколения и ныне знаменита как в Китае, так и за рубежом. И его бабушка, то есть бабушка Лу Цзина, имела не самое высокое образование — в молодости всего лишь занималась разработкой ракет, а сейчас получает пожизненную государственную субсидию; иначе как бы дети в их семье могли беспрепятственно пройти путь от ведомственных учебных заведений до самого университета?
Но Лу Сянчэнь, будучи умным и сообразительным, ещё когда двоюродный гэгэ вышвырнул его из комнаты, догадался, в каких отношениях состоят эта цзецзе и его гэгэ, поэтому он добровольно помалкивал.
После начала игры Лу Сянчэнь предположил, что эта цзецзе Лян Чэнь наверняка является новичком, и не возлагал больших надежд на её мастерство. Он просто считал, что её голос чертовски приятен, и даже просто слушать её речь было наслаждением.
После прыжка с парашютом Цяньцянь улетела слишком далеко от отмеченного места, и Лу Сянчэнь, отдуваясь, отправился подбирать хэцзы. Лян Чэнь смотрела на это со стороны и сокрушалась:
— Прямо как я в самом начале.
Лу Цзин, подбирая снаряжение, сказал:
— Не будь так уверена в своих словах.
— Почему это?
— Скоро сама увидишь и поймёшь.
Спустя десять с лишним минут, как и говорил Лу Цзин, Лян Чэнь действительно оказалась слишком самоуверенной.
Хотя Цяньцянь играла в эту игру лишь второй раз, она великолепно контролировала оружие. Без чьих-либо подсказок она знала, как гасить отдачу, анализировала влияние баллистики и могла рассчитать траекторию полёта пули в воздухе; на её счету уже было два фрага.
Лян Чэнь глубоко вздохнула. Как она только что могла возомнить, что может сравниться с этой сэба-физиком.
Будучи раздавленной старшеклассницей, Лян Чэнь всю дорогу пребывала в унынии.
Позже Лу Цзин нашёл джип и предложил Лян Чэнь попробовать себя в роли водителя, и только тогда она воодушевилась.
За всё время игры она, кроме того, что один раз водила мотоцикл, ещё не пробовала водить автомобиль.
Лян Чэнь села на место водителя, Лу Цзин — на переднее пассажирское сиденье, а двое ребят устроились сзади.
Машиной в игре было не так-то просто управлять, поэтому Лян Чэнь вела её крайне осторожно и очень медленно.
В конце концов Лу Сянчэнь не выдержал:
— Цзецзе, тебе обязательно нужно ехать по правой стороне?
Лян Чэнь:
— …Извини, привычка.
Сказав это, она направила машину к склону холма, срезая путь к безопасной зоне.
Вдали виднелся блокгауз, откуда кто-то жадно наблюдал за ними, но Лян Чэнь была полностью поглощена вождением и не заметила этого. Зато Лу Сянчэнь закричал:
— Люди! Люди! Объезжай их! Налево! Лево! Лево! Где здесь лево?!
Чем громче кричал Лу Сянчэнь, тем больше нервничала Лян Чэнь, едва не врезавшись в дерево.
Видя, что водительское мастерство Лян Чэнь оставляет желать лучшего, Лу Цзин вскинул винтовку, готовясь к снайперской дуэли.
Однако Лян Чэнь вела машину настолько непредсказуемо, что Лу Цзин совершенно не мог рассчитать траекторию, и ему оставалось лишь беспомощно наблюдать, как противник швырнул в них бомбу.
С грохотом «бум» джип превратился в погребальную повозку.
Лу Сянчэнь в отчаянии обмяк в кресле, Цяньцянь тоже вздохнула.
Погибнуть вот так, всей машиной сразу — это было слишком безнадёжно.
Лян Чэнь чувствовала себя очень виноватой и тихо сказала:
— В следующий раз лучше не давайте мне водить, мои навыки вождения слишком никудышные.
Но Лу Цзин ответил:
— Ничего страшного. Раз мы одна семья, то и умирать должны в полном составе и идеальном порядке.
Лян Чэнь:
— …?
Кто… кто это с вами одна семья?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
