Через две минуты собеседник ответил:
— Проваливай.
Одно слово, простое и мощное.
Сунь Биньюй подумал, что люди в современном обществе действительно становятся всё менее и менее воспитанными.
Этой ночью люди, трудившиеся в городе целый день, сладко спали.
Внутри одной виллы в пригороде имперской столицы клубился дым, свет был тусклым, музыка подстёгивала роскошь в помещении, безудержно разрасталась атмосфера разложения.
Мужчины и женщины в холле пили и танцевали, незнакомые тела терлись друг о друга, и даже возникло чувство дурманящей страсти.
В комнате на втором этаже мужчина встал, поправил воротник и, обернувшись, сказал женщине на кровати:
— Я спускаюсь.
Женщина на кровати тихо хмыкнула и бессильно проговорила:
— Я хочу спать, посплю немного.
Мужчина небрежно застегнул манжеты и вышел, не оборачиваясь.
Его одежда была безупречна до последней нитки.
Ни один волосок не выбился.
Ему нравилось это чувство — будь то одежда или люди, всё послушно находилось под его контролем.
В тот миг, когда мужчина открыл дверь, ворвался шум музыки снаружи, но стоило двери закрыться, как звуки музыки снова оказались отрезаны.
Спустя долгое время Вэнь Ди протянула руку.
На её белой нежной коже было множество синяков и следов от плети, на которые было невыносимо смотреть.
Если только часть руки выглядела так, то о других местах на теле страшно было даже вообразить.
Вэнь Ди вытащила свой мобильный телефон, спрятанный под кроватью, и открыла Вэйбо.
Она могла войти только в свой дополнительный аккаунт, основной аккаунт контролировался компанией.
На дополнительном аккаунте было всего чуть больше двухсот тысяч подписчиков, только её самые преданные фанаты знали об этом аккаунте.
Вэнь Ди долго думала, несколько раз касалась места редактирования поста в Вэйбо, но в итоге так и не нажала.
Она снова открыла Вичат и посмотрела: в нескольких диалоговых окнах собеседники не ответили на её сообщения.
Она искривила уголки губ в усмешке и снова открыла Вэйбо.
— Мои дорогие фанаты, спасибо за то, что вы меня любите, я очень благодарна. Я никогда не думала, что в этой жизни меня будет любить столько людей, я тоже вас очень люблю.
Опубликовав этот пост в Вэйбо, она полностью вышла из приложения и нажала кнопку выключения.
На следующее утро одна новость взорвала все СМИ.
В это время Лян Чэнь только проснулась и получила звонок от отца.
— Чэньчэнь, чем ты сейчас занимаешься?
Лян Чэнь медленно села и потерла глаза:
— Только проснулась, что случилось?
Лян Баба сказал:
— Сегодня утром мы с твоей матерью пришли в больницу на обследование, врач посоветовал твоей матери сделать операцию на аппендицит. Ты там не занята? Если не занята, приди побудь со своей матерью.
Лян Чэнь немного пришла в себя и сказала:
— Хорошо, я соберусь и приеду в больницу.
У матери Лян Чэнь всегда были проблемы с аппендиксом, Лян Чэнь давно советовала ей сделать операцию до того, как начнётся воспаление, но в итоге Лян Мама тянула до настоящего момента.
Лян Чэнь быстро собралась и приготовилась выходить.
Как раз в этот момент Лу Цзин позвонил в дверь.
Как только Лян Чэнь открыла дверь и увидела его, она тут же зажмурилась и вздохнула:
— Я совсем забыла, что ты должен был сегодня прийти.
Лу Цзин на мгновение опешил:
— Что случилось?
— Моей матери сегодня делают операцию, я еду в больницу, чтобы быть рядом.
— Операция? Что случилось?
— Ничего страшного, аппендицит, сделают малоинвазивную операцию.
— Тогда я поеду с тобой.
Изначально они договорились сегодня пойти на спектакль Сунь Биньюя, но сейчас Лу Цзин отправил Сунь Биньюю сообщение и ушёл вместе с Лян Чэнь.
Лян Мама находилась в одной частной больнице. По сравнению с государственными больницами, в этой было мало людей и предоставлялись VIP-услуги. Хотя цена была намного выше, она являлась приоритетным выбором для многих звёзд и деловых людей.
Когда они вдвоём прибыли в больницу, то увидели, что снаружи у главных ворот припарковано много машин.
Лян Чэнь с одного взгляда поняла, что это машины журналистов.
Если бы это были машины пациентов этой больницы, их бы припарковали в гараже.
И действительно, когда они миновали главные ворота и посмотрели на вход в холл больницы из-за ограждения подземной парковки в северо-восточном углу, множество репортёров с камерами и микрофонами на плечах заблокировали вращающуюся дверь.
Больница задействовала всю охрану, чтобы сдержать этих журналистов, но вход всё равно был забит так, что даже капле воды не просочиться.
Лу Цзин спросил:
— Что это они делают?
Лян Чэнь, опустив голову, смотрела в телефон, узнавая номер палаты матери, и небрежно ответила:
— Не знаю, может быть, снова с каким-то гигантом делового мира или большой звездой что-то случилось.
Лу Цзин бросил ещё один взгляд, не стал больше об этом думать и въехал в подземный гараж.
Лян Чэнь подумала, что хорошо, что они приехали на машине, иначе неизвестно, сколько бы сил им пришлось потратить сегодня, чтобы войти через главные ворота.
Поднявшись на лифте прямо из гаража в зону VIP-палат на верхних этажах больницы, Лян Чэнь нашла палату, где находилась Лян Мама.
Лян Мама уже переоделась в больничную одежду и сидела на диване, разговаривая с медсестрой.
Увидев Лян Чэнь и Лу Цзина, она с улыбкой сказала:
— Вы пришли? Ах, твой отец действительно невыносим, я же говорила, что из-за такого пустяка не стоит тебя беспокоить, ты так занята, а твой отец тоже не слушает.
Лян Чэнь отложила сумку и спросила Лян Маму:
— Все формальности улажены?
Лян Баба сказал:
— Плату за госпитализацию ещё не внесли, я сейчас схожу.
— Давайте я схожу, — сказала Лян Чэнь. — Отец, ты отдохни немного.
— Нет-нет-нет, я видел, что сегодня у входа в больницу много прессы, тебе лучше лишний раз не показываться.
С этими словами Лян Баба приготовился выйти за дверь.
В этот момент Лу Цзин сказал:
— Дядя, давайте я пойду, а вы отдыхайте.
Лян Баба прищурился от улыбки, отдал квитанции и карту Лу Цзину, а заодно слегка подтолкнул его плечом и прошептал:
— Хей, смотрел вчера национальное дерби между Реал Мадрид и Барсой?
Лу Цзин ответил:
— Не смотрел, а что?
Лян Баба с выражением сожаления на лице нахмурился и произнёс:
— Какая жалость, какая жалость.
— В следующий раз посмотрим вместе, — Лу Цзин взмахнул квитанциями в руке. — Я сначала спущусь и оплачу счета.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
