Чжоу Вань прикинула то, что было у нее на руках: — Здесь примерно двадцать тысяч, а вместе с тем, что на карте, наберется почти шестьдесят тысяч.
— Так много? — удивился Цзян Фань. — И на какие призы этого хватит?
— На все в этом ряду, — Чжоу Вань указала рукой и, вспомнив, как они вели себя на баскетбольной площадке, добавила: — Тот баскетбольный мяч тоже можно взять.
— Неплохой приз, — сказал парень рядом. — К тому же лимитированная серия, помню, он стоит добрых несколько сотен.
Чжоу Вань взглянула на Лу Сисяо и спросила: — Будешь обменивать?
— Не нужно, — ответил Лу Сисяо.
— Сяо-гэ, не жадничай.
— Играть в игры и получить лимитированный мяч — разве это не круто?
Цзян Фань в замешательстве спросил: — Какой смысл беречь эти баллы, если их не менять? Что ты задумал?
Лу Сисяо взглянул на него.
Цзян Фань удивился: — На что ты хочешь их обменять?
Тот вскинул подбородок, указывая на велосипед.
Цзян Фань удивился еще больше: — Тебе на гоночной трассе скорости мало, зачем тебе велосипед?
Лу Сисяо не удостоил его ответом, и Цзян Фань спросил Чжоу Вань: — Маленькая одноклассница, ты знаешь?
Чжоу Вань помедлила.
Она вспомнила, как Лу Сисяо спрашивал ее, чего она хочет больше всего.
Она приоткрыла рот, но не успела ничего сказать, как Лу Сисяо лениво произнес: — Поменьше разговаривай с этим дебилом.
В то же мгновение гул голосов едва не снес крышу.
— А ты хорош, Сяо-гэ!
— Ха-ха-ха-ха, черт возьми, вот это да!
— Интересно, посмеет ли теперь Цзян-гэ называть ее «маленькой одноклассницей»!
…
Чжоу Вань не знала, как реагировать, и молчала.
Лу Сисяо поднял руку и слегка коснулся ее щеки прохладными пальцами. Уголки его губ чуть приподнялись в едва уловимой усмешке — вид у него в этот момент был хуже некуда.
— Слышала? — лениво спросил он.
Длинные темные ресницы Чжоу Вань часто затрепетали, и она ответила в такт его словам: — Слышала.
Вокруг раздался взрыв смеха.
Именно в этом смехе отношение окружающих к Чжоу Вань неуловимо изменилось.
Она отличалась от прежних девушек не только характером и внешностью; казалось, и для Лу Сисяо она была особенной. Раньше ему было плевать, с кем болтают те девицы.
Но, глядя на Чжоу Вань, все становилось понятно.
Девушка была такой чистой и искренней, что все ее мысли выдавали дрожащие ресницы и осторожное дыхание. Тонкие черты лица были безупречны, не найти ни единого изъяна.
Она напоминала изящный фарфор, который невольно хотелось защитить.
В этот момент в дверях показалось еще несколько человек.
С виду они не были похожи на добропорядочных людей.
— Лу Сисяо, — позвал главарь.
Все обернулись на голос и нахмурились. В воздухе повисло тяжелое напряжение. Цзян Фань выругался и раздраженно пробормотал: — Опять они.
Очевидно, они не были друзьями.
Раньше, когда Чжоу Вань слышала, как другие упоминали Лу Сисяо, всегда говорили, что он снова ввязался в драку.
Он был слишком ярким, слишком дерзким — он мог как привлекать, так и вызывать ненависть.
И сейчас он просто стоял на месте, невозмутимый и неуязвимый, бесстрастно глядя на пришедших сверху вниз с явным презрением.
Спустя мгновение он усмехнулся: — Выйдем поговорим?
Засунув руки в карманы, Лу Сисяо вышел из игрового зала под приглушенные перешептывания окружающих.
Чжоу Вань смотрела им в спину и невольно хмурилась.
Будет драка?
Интересно, он не пострадает?..
Чжоу Вань вспомнила, как в прошлый раз слышала по телефону, что Цзян Фань упоминал это имя — Ло Хэ.
Должно быть, это и был тот человек, что позвал Лу Сисяо. Он выглядел старше Лу Сисяо, в нем не осталось ничего ученического — типичный уличный хулиган с мрачным и свирепым взглядом.
В груди Чжоу Вань поселилась необъяснимая тревога, она даже не могла сосредоточиться на экзаменационных листах.
Она сжала кулаки, глубоко вздохнула и медленно выдохнула, стараясь успокоить сердцебиение.
За оставшиеся полтора часа до конца смены Чжоу Вань решила всего две большие задачи.
Она потерла глаза, чувствуя тяжесть в голове, и приложила холодные ладони ко лбу, чтобы прийти в себя.
Выключив все игровые автоматы, Чжоу Вань надела рюкзак и вышла из зала.
На небе сияла луна и редкие звезды, холодный ночной осенний ветер пробирал сквозь тонкую одежду.
Чжоу Вань вздрогнула, плотнее закуталась в куртку и, опустив голову, зашагала прочь.
Вдруг перед ней возникла фигура.
— Лу Сисяо.
Он обернулся и усмехнулся: — Чжоу Вань.
Он улыбался, когда говорил это, но в его голосе слышалась холодная усмешка: — А ты довольно жестокая, все же соизволила выйти.
Она моргнула и медленно ответила: — Смена закончилась.
— …
Лу Сисяо хмыкнул.
Чжоу Вань заметила на его подбородке кровавый след, похожий на царапину от ногтя; других повреждений не было видно.
Она почувствовала его раздражение, но не понимала причины.
Неужели то, что она не вышла, заставило его потерять лицо перед друзьями?
Она сделала шаг вперед и объяснила: — Я думала, вы ушли в другое место, поэтому не выходила.
Он ничего не ответил, молча глядя на нее сверху вниз из-под полуопущенных век.
Чжоу Вань подняла голову, глядя ему в лицо и пытаясь задобрить: — Лу Сисяо, у тебя лицо поранено.
— Угу, — безучастно отозвался он.
— Там внутри есть пластыри, давай я обработаю рану, ладно? — тихо сказала Чжоу Вань.
— Чжоу Вань.
Он внезапно наклонился к ней и, обхватив рукой ее затылок, заставил поднять голову. Его темные глаза пристально смотрели на нее, а улыбка не достигала глаз, словно он пытался заглянуть ей в самую душу.
— Зачем ты притворяешься такой пай-девочкой? — спросил он.
Чжоу Вань замерла.
Она лучше всего умела прикидываться послушной и скрывать свои мысли; все говорили, что она прилежная и кроткая, и Лу Сисяо был первым, кто увидел ее насквозь.
Но он не стал развивать эту тему, быстро потеряв интерес.
Он выпрямился, коротко хмыкнул и, пройдя мимо Чжоу Вань, направился прямиком в игровой зал.
Чжоу Вань поспешила за ним.
Снова открыла замок, включила свет.
— Лу Сисяо, подожди меня, — сказала она его спине. — Я схожу во внутреннюю комнату за пластырем.
Он не ответил.
Чжоу Вань достала из подсобки маленькую железную коробочку, нашла в ней пластырь «Юньнань Байяо» и проверила срок годности.
Когда она вышла, Лу Сисяо стоял перед автоматом с игрушками, управляя «клешней».
Он часто бывал здесь, но она впервые видела, чтобы он играл в это.
Розовый свет автомата падал на его лицо, очерчивая резкие контуры; пряди волос на лбу свисали вниз, взгляд был спокойным и равнодушным, а длинные костлявые пальцы сжимали рычаг.
Чжоу Вань только хотела сказать, что в таких автоматах настроена вероятность выигрыша и что кто-то только что вытащил две игрушки, так что сейчас будет сложно.
Но не успела она открыть рот, как клешня крепко схватила куклу.
Раздался негромкий стук, он наклонился и достал игрушку.
Чжоу Вань подошла и протянула ему пластырь.
Лу Сисяо опустил взгляд, наклонился и подставил лицо.
Чжоу Вань почувствовала запах табака и невольно затаила дыхание, замерев.
Он поднял глаза, его взгляд был прямым, а голос охрипшим: — Ты ведь собиралась меня задобрить?
Он видел ее насквозь.
Но при этом никогда не спрашивал, почему она боится его гнева или почему притворяется перед ним — он всегда оставался таким же непринужденным и свободным.
Чжоу Вань закусила губу и, сдерживая дрожь ресниц, вскрыла пластырь и наклеила его на подбородок.
Кончики ее пальцев случайно коснулись его кожи — она была немного шершавой от едва пробивающейся щетины.
— Готово.
— Тогда пошли, — он развернулся и зашагал к выходу.
…
И снова, как обычно, они вдвоем шли по знакомой тихой улице.
Опавших листьев на земле стало еще больше, они шуршали под ногами.
— Лу Сисяо, — заговорила Чжоу Вань. — Ту сумму, что ты заплатил за меня в больнице… можно я верну ее в конце года? С учетом банковских процентов, так пойдет?
Лу Сисяо взглянул на нее и сухо ответил: — Не горит.
— Спасибо.
Вскоре они подошли к дому Чжоу Вань.
— Тогда я пойду, — Чжоу Вань махнула ему рукой. — Спасибо, что проводил.
— Угу.
Когда Чжоу Вань уже была у двери, Лу Сисяо вдруг окликнул ее: — Чжоу Вань.
— Что такое?
— Держи, — он протянул ей игрушку.
Чжоу Вань на мгновение опешила, вновь подошла к нему, взяла её и, прижав к груди, серьезно сказала:
— Спасибо.
С тех пор как умер Чжоу Цзюнь, у Чжоу Вань больше не было никаких игрушек.
Он усмехнулся, и в его голосе промелькнули озорные нотки:
— Похожа на тебя.
Чжоу Вань опустила голову и в слабом свете разглядела розовую спинку.
Она перевернула её.
Это была мягкая игрушка Пи-Тао — с широким лицом, глазами-бусинками, румяными щеками и приплюснутым носом.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
