Лу Сисяо уже давно не видел своих прежних друзей. Кроме Цзян Фаня, связь с остальными почти полностью оборвалась после окончания школы.
В перерыве между красными сигналами светофора он лениво ответил: «Скоро».
Цзян Фань отправил в ответ еще одно голосовое сообщение, и Лу Сисяо сразу нажал кнопку воспроизведения —
— Вся эта компания так и горит любопытством, гадая, как выглядит твоя девушка.
Чжоу Вань, сидевшая на пассажирском сиденье, замерла и повернула голову, немного растерявшись.
Лу Сисяо усмехнулся. Они уже почти приехали, и ему было лень отвечать. Отложив телефон в сторону, он заехал на гостиничную парковку и поднялся на лифте в банкетный зал на восьмом этаже.
Чжоу Вань почему-то разнервничалась.
Хотя раньше она и видела всех этих друзей и одноклассников Лу Сисяо, прошло уже столько лет, к тому же тогда она перевелась в другую школу слишком поспешно и так и не успела как следует со всеми попрощаться.
— Лу Сисяо.
— А?
— Мне нормально в этом? — Чжоу Вань одернула подол своего платья.
Для свадьбы Чжоу Вань оделась чуть более официально, чем обычно.
На ней было черное бархатное платье с квадратным вырезом, приталенное, длиной до середины голени, которое идеально подчеркивало ее фигуру: тонкую талию, длинные ноги и прекрасные пропорции.
Лу Сисяо вскинул бровь:
— Держись ко мне поближе.
— Что-то не так?
Он совершенно серьезно ответил:
— Если так вырядишься, тебя запросто могут увести.
— …
До Чжоу Вань не сразу дошел смысл его слов. Она не сдержалась и, опустив голову, прикрыла улыбку губами.
В этот момент впереди внезапно раздался голос:
— Сяо-е!
Сяо-е.
Этого обращения она не слышала уже очень давно.
К ним быстрым шагом подошел мужчина и толкнул Лу Сисяо в плечо:
— Реально, сколько лет не виделись! Все тебя заждались, даже ставки ставили, какая у тебя девушка…
Договаривая, он перевел взгляд и, встретившись глазами с Чжоу Вань, заметно запнулся. Он замер секунд на пять, выглядя крайне потрясенным, и голос его даже начал заикаться.
— Не… невестка.
— …
Чжоу Вань видела его раньше и вежливо улыбнулась:
— Здравствуй.
Лу Сисяо приподнял подбородок и бросил:
— Пойдемте внутрь.
За их столом сидели те самые близкие друзья со школьных времен. Они увлеченно болтали обо всем на свете, но, завидев Чжоу Вань рядом с Лу Сисяо, как по команде замерли.
У Лу Сисяо раньше было много девушек, но только Чжоу Вань оставила в памяти столь глубокий след.
Спустя столько лет мышечная память сработала: все тут же повскакивали, приглашая Чжоу Вань присесть, и наперебой затараторили: «невестка», «невестка».
Чжоу Вань смутилась от такого приема и даже не сообразила объяснить, что ее еще рано так называть. Она поспешно сказала:
— Вы тоже, пожалуйста, садитесь.
Неловкость рассеялась меньше чем за две минуты, и вскоре кто-то уже вовсю расспрашивал Чжоу Вань о чем попало.
— Я же говорил, только невестка может приструнить Сяо-е! Столько лет прошло, а это по-прежнему наша невестка.
Они подкалывали друг друга, перебивая, а Лу Сисяо сидел рядом с небрежной улыбкой, позволяя им говорить что вздумается.
— Кстати, невестка, ты хоть знаешь, как крут был Сяо-е в выпускном классе? Вскоре после твоего перевода он начал учиться как ненормальный. Мы все в шоке были, думали, в него бес вселился. Угадай, какое место он занял на экзаменах!
Это было прошлое, в котором она не участвовала и о котором ничего не знала.
Чжоу Вань крепче сжала стакан и тихо спросила:
— Какое?
Тот человек с силой хлопнул по столу:
— Пятое!
Кто-то рядом тут же возразил:
— Брехня, третье!
— Да ладно? Неужели я перепутал?
— С твоими-то мозгами лучше вообще помалкивай.
— А, я понял. Наша невестка ведь перевелась, а того зубрилу, который вечно был первым, зачислили без экзаменов. Вот у меня в голове всё и перемешалось.
Третье место.
Ресницы Чжоу Вань слегка дрогнули.
Ей было трудно представить Лу Сисяо на третьем месте в рейтинге школы.
Она всегда знала, что Лу Сисяо умен — в детстве он отлично учился и даже выигрывал олимпиады по математике, но его образ вольного и необузданного бунтаря слишком прочно засел в памяти. Трудно было вообразить его спокойно сидящим в классе.
Она повернулась и прошептала ему на ухо:
— Это правда?
Откинувшись на спинку стула и небрежно положив руку позади Чжоу Вань, он вскинул бровь:
— Не веришь?
Чжоу Вань покачала головой и, помедлив, не удержалась от вопроса:
— Было тяжело?
Чжоу Вань всегда обращала внимание на то, что другие упускали.
Пока остальные подшучивали над ним, она думала о том, было ли ему тяжело.
Лу Сисяо усмехнулся и негромко произнес:
— В выпускном классе всегда тяжело. Но я столько времени провел с тобой и так привык видеть, как ты учишься, что учеба уже не казалась чем-то невыносимым.
Но Чжоу Вань знала: за один год подняться с самого дна до третьего места во всей школе не могло быть легко.
Лу Сисяо тогда пропустил слишком много. И хотя она находила время, чтобы подтягивать его по старым темам, к моменту ее ухода оставалось еще очень многое, чего она не успела ему объяснить.
Каким бы умным ни был Лу Сисяо, путь с самого низа к вершине наверняка потребовал колоссальных усилий и бессчетного количества бессонных ночей.
В голове Чжоу Вань возник смутный образ.
Юноша сидит за столом в своей комнате. Вокруг — полная тишина. Он совсем один перед горой книг и экзаменационных листов.
Он по привычке плотно задернул шторы. Горит лишь настольная лампа. Он сидит, низко склонив голову, в полной тишине, страница за страницей изучая материал, сосредоточенно делая расчеты и записывая ответы.
От звездного неба до первых лучей рассвета.
…
Свадебная церемония официально началась. Невеста вошла в зал в белоснежном платье, пышный шлейф которого стелился по полу.
Жених и невеста на сцене произносили «я согласен» и «я согласна».
Когда церемония завершилась, Цзян Фань подошел к их столу вместе с невестой, чтобы предложить тост. Его не было рядом раньше, и сейчас он впервые увидел Чжоу Вань. Опешив на мгновение, он пришел в себя и сказал:
— Все-таки это ты.
Чжоу Вань улыбнулась:
— Угу.
Все-таки я.
За другими столами гости лишь пригубляли спиртное, но за их столом никого не нужно было уговаривать — бокалы опустошались один за другим. Лу Сисяо давно не видели, поэтому его особенно активно заставляли пить.
Пили в основном крепкое, стопку за стопкой.
Он был очень устойчив к алкоголю, но при таких темпах и он должен был захмелеть.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
