Продажи шли просто безумно!
Провозились до десяти вечера и только тогда выпроводили последнего покупателя.
Ярко освещённый магазин одежды и по вечерам притягивал немало посетителей. Ся Сяолань, глядя на пустые стены и поредевшие вешалки, ловила себя на мысли: она-то полагала, что этой партии товара хватит до самого конца праздников. Завтра только 25 января, до Нового года оставалось ещё восемь дней. Ся Сяолань и Ли Фэнмэй договорились закрыться как минимум двадцать восьмого числа двенадцатого лунного месяца.
Перед праздником нужно было вернуться в родную деревню: прибраться в доме, забить кур для жертвоприношения предкам, навестить могилы дедушки и бабушки Ся Сяолань. Пусть они вели дела в городе, забывать о своих корнях было нельзя. В конце концов, в городе они жили в чужом доме, а все эти обряды следовало совершать в деревне.
— Завтра же дам телеграмму в Янчэн, нужно успеть пополнить запасы до праздников. Упускать такой пик продаж просто грех.
Закупать товар она собиралась тот же, что брала в прошлый раз.
С магазином в три витрины Ли Фэнмэй в одиночку точно бы не справилась. Семья обсудила всё и решила: Лю Фэнь больше не нужно развозить шкварки, она будет отвечать в магазине за кассу. Цены на одежду были фиксированными, без торга, что облегчало учёт. Фальшивых денег в то время почти не встречалось, так что работа кассира была не слишком сложной: пара нажатий на клавиши калькулятора — и расчёт готов.
Весь этот день Ся Сяолань и остальные работали не покладая рук, едва успевая перехватить кусок или глоток воды. Только к вечеру они закончили подсчитывать выручку за день — вышло 6448 юаней.
Судя по установленным Ся Сяолань ценам, за вычетом затрат на закупку, оплату электричества и аренды, чистая прибыль составляла как минимум половину суммы.
Выходило, что за первый же день работы «Синий феникс» принёс 3224 юаня чистыми!
— Если дела и дальше так пойдут, мы ещё до праздников окупим и аренду, и ремонт?
Даже грабежом столько не заработаешь: стать «семьёй-десятитысячницей» всего за три дня! Ли Фэнмэй просто не могла в это поверить.
— Лавка опустела почти наполовину, одежды продали много, так что несколько тысяч — это не так уж и удивительно. К тому же сейчас эффект новизны. Перед Новым годом всегда ажиотаж, а когда пыл поостынет, торговля войдёт в привычное русло.
Ремонт и аренда обошлись в 12 000 юаней.
Когда Ся Сяолань ездила с Кан Вэем в Янчэн, она взяла с собой все свои сбережения, но товара набрала всего чуть больше чем на десять тысяч. В первый день выручка составила более шести тысяч — по себестоимости это означало, что продана треть всего ассортимента. Ся Сяолань и хотела бы закупить больше, но из-за перерасхода на ремонт денег на товар осталось в обрез.
Изначально она вложила 3000 юаней, а её дядя Лю Юн — 2000, так что их доли в бизнесе распределялись как 6 к 4. Если бы Ся Сяолань добавила ещё 3000 юаней, полученных от Бай Чжэньчжу вместе с процентами, то для сохранения прежних пропорций семье Лю Юна пришлось бы вложить ещё 2000 юаней, иначе их доля прибыли уменьшилась бы.
Ся Сяолань не могла так поступить со своими близкими. Она прекрасно знала, что у дяди на руках оставалось всего 5000 юаней, полученных после раздела дел с друзьями, и после переезда в город траты подстерегали на каждом шагу. Выложить ещё 2000 юаней означало вымести все семейные закрома под чистую.
А ведь в самом начале их общий капитал составлял всего 5000 юаней. С ноября, когда они объединились, не прошло и трёх месяцев, а их активы вместе с вложениями в магазин выросли до двадцати с лишним тысяч. От уличной торговли, когда их отовсюду гоняли инспекторы по благоустройству, до собственного стационарного магазина — дело наконец-то начало стабильно развиваться.
Все три женщины спали беспробудным сном.
Рано утром следующего дня Ся Сяолань отправилась на вокзал провожать Кан Вэя и Шао Гуанжуна.
— Вы оба очень мне помогли, и я даже не знаю, как вас благодарить. Раз уж приехали в Шанду, возьмите с собой немного местных гостинцев. Кан Вэй, и ещё, будь добр, передай кое-что Чжоу Чэну.
Ся Сяолань вручила им три больших пакета. На том, что предназначался для Чжоу Чэна, было написано имя, так что перепутать было невозможно.
Кан Вэй отнекивался, мол, невестка слишком вежлива, но в душе был очень доволен.
Ему было не в тягость помогать, ведь его отношения с Чжоу Чэном были куда ближе, чем у Шао Гуанжуна. И будущая невестка не подвела — вела дела чётко и щедро.
— У Чэн-гэ невеста — вот такая! — Шао Гуанжун поднял большой палец вверх.
Он уже раззвонил в их кругу, что Чжоу Чэн завел интрижку, и многие ждали повода посмеяться, дескать, нашёл себе какую-то деревенщину. Но пообщавшись с Ся Сяолань несколько дней, Шао Гуанжун не мог не признать правоту Чжоу Чэна. Помимо красоты, у неё была масса других достоинств: деятельная, щедрая, в общении безупречна. Стоит ей окончить университет — и чья жена или подруга в их кругу сможет с ней сравниться?
Все его прежние пассии, хоть и были красавицами, вечно капризничали и только и думали, как бы поскорее выйти за него замуж, но кроме внешности за ними ничего не стояло. Шао Гуанжуну ни на одной из них не хотелось жениться.
Да, Чжоу Чэн оказался куда прозорливее. Шао Гуанжун заглянул в пакет и обнаружил там деликатесы провинции Юнань, а в отдельном свертке — пальто.
Темно-синее, из мягкой ткани — то самое шерстяное пальто, за которое Чэнь Силиан просил семьдесят юаней даже по оптовой цене.
— Ого, а пальтишко-то — загляденье!
У Шао Гуанжуна и Кан Вэя были билеты в спальный вагон, в поезде было тепло, и Шао Гуанжун тут же примерил обновку. У Кан Вэя, разумеется, было такое же, тоже тёмно-синее, лишь детали воротника, рукавов и пуговиц немного отличались, но крой был идентичным.
Эта одежда идеально сидела на высоких. Кан Вэй был пониже Чжоу Чэна, а Шао Гуанжун — примерно такого же роста, оба выше 175 сантиметров.
Кан Вэй сиял от радости. Не то чтобы у него не было денег купить себе вещь, но пальто, подаренное Ся Сяолань, — это совсем другое чувство!
Хоть она и была младше его и Шао Гуанжуна, но в ней и впрямь чувствовалась стать будущей старшей невестки.
…
«Синий феникс» прогремел на весь город.
В те времена развлечений было мало, и любое новшество вызывало живой интерес.
Казалось, если ты не заглянул в этот магазин, то даже в сплетнях на работе тебе нечего ловить. Одежда была красивой, а отделка — по-настоящему роскошной, отчего у частников с улицы Сии-цзе, торговавших дешёвым ширпотребом, зубы сводило от зависти. Странные пошли клиенты: не берут там, где дешевле, а так и норовят, чтобы их «обобрали» в «Синем фениксе».
Владельцы других лавок, конечно, не желали признавать поражение. Они притворялись покупателями, чтобы выведать обстановку, и едва переступив порог, зеленели от зависти.
Ладно отделка и поток людей, но само место! Разве могли с ним сравниться тесные каморки на Сии-цзе?
Улица Эрци Лу уже была центром процветания Шанду. Универмаг Шанду находился в доме 47, а «Синий феникс» — в доме 45. Между ними не было здания под номером 46, их разделяла половина площади, и маленькое здание «Синего феникса» стояло там особняком. Каждый, кто оказывался на площади Эрци, первым же делом видел именно его!
Такое место просто так не получишь. Не будь Ся Сяолань столь смелой и решительной, а Лю Юн столь пронырливым, чтобы втереться в доверие к родителям заместителя директора фабрики, — разве простоял бы этот магазин долго без нужных связей?
Но Ся Сяолань это не пугало. Даже если не брать в расчет Юань Хунгана и секретаря Хоу, на открытии лично присутствовал Ян Цзю, так что местный полицейский участок сам был кровно заинтересован в благополучии магазина. Не для того, чтобы придираться, а чтобы присматривать и оберегать. А уж что думали в полицейском участке района Чэннань? Ся Сяолань уложила на лопатки Дин Айчжэнь и дружинников — для них она стала настоящей «грозной богиней», с которой лучше не связываться!
Товар из Янчэн прибыл только двадцать восьмого числа. Неизвестно, получил ли Чэнь Силиан перевод, но то, что он отправил груз вовремя, означало: доверие между ним и Ся Сяолань стоило добрых пару тысяч юаней. Впрочем, возможно, дело было в авторитете Пань Сангэ — перед таким крутым человеком, который мог запросто прикончить Кэ Исюна, мелкий босс Чэнь трепетал. Несмотря на то, что за перевод на шесть тысяч юаней полагалось определённое количество товара, босс Чэнь, скорее всего, отгрузил одежды на все десять тысяч.
Эта партия от Чэнь Силиана пришлась как нельзя кстати. «Синий феникс» торговал нарасхват несколько дней подряд, и безумные женщины Шанду почти полностью опустошили полки.
Некоторые покупали не по одной вещи: стоило Ся Сяолань составить удачный образ, как они забирали весь комплект целиком.
Если бы товар из Янчэна не прибыл вовремя, торговать им было бы нечем, и лавку пришлось бы закрыть еще до наступления праздников. К счастью, Чэнь Силиан максимально оперативно отправил груз поездом, и в большой спешке 28-го числа его удалось получить. После всей этой суматохи они все же проработали до самого вечера 29 января.
Ся Сяолань вместе с семьей закончила подсчет выручки, тщательно заперла дверь и наклеила на нее заранее подготовленный лист красной бумаги: «Магазин закрыт в период с 30 января по 5 февраля. Возобновление работы — 6 февраля, в пятый день первого лунного месяца».
— Всех денег не заработаешь, на Праздник весны нужно и отдохнуть.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
