Вот что значит — человек ещё не вступил на стезю, а легенды о Ся Сяолань уже гуляли в народе!
Ся Сяолань же считала себя в Хуацин всего лишь зелёным новичком.
Принимавший её старшекурсник Ду Сюэфэн слыл мастером красноречия, но на деле едва мог связать и пару слов, стараясь сохранить лицо. Позже, когда Шань Юйцзюнь спросила его, почему он молчит, та проговорила одна целую вечность, а Ду Сюэфэн лишь вежливо улыбался, словно декорация у стены.
Только потом Ду Сюэфэн признался, что просто оторопел.
— Младшая сокурсница с архитектурного выглядит как кинозвезда.
Слова Ду Сюэфэна быстро разлетелись по всему факультету. Однокурсник Шань Юйцзюнь с любопытством пару раз взглянул на Ся Сяолань:
— Она и правда очень красивая, даже я, женщина, и то очарована. Звание новой первой красавицы университета ей обеспечено, а уж первой красавицей факультета она станет точно.
Все эти титулы «красавица университета» или «красавица факультета» были лишь шутками среди студентов.
Учащиеся университета Хуацин редко судили о людях по внешности. Сюда съезжались лучшие ученики со всей страны, и быть просто «лучше обычных людей» здесь ничего не значило — чтобы считаться по-настоящему выдающимся, нужно было выделяться даже среди талантов Хуацин!
Привлекательная внешность была преимуществом, позволявшим быстро запомнить первокурсницу. От неё сердца парней пускались вскачь, словно испуганные оленята.
Но чтобы заслужить истинное признание студентов Хуацин, одного звания «красавицы» было недостаточно! Даже те, кто получал стипендии, не считались самыми крутыми. Настоящими звёздами школы были те, кто без труда брал стипендии и при этом преуспевал во всём — и в учёбе, и в спорте, развиваясь гармонично и всесторонне, становясь легендарными личностями.
Разумеется, основными направлениями в Хуацин были естественные и технические науки. В другом учебном заведении, столь же знаменитом, как и Хуацин — Пекинском университете, твоё умение толкать ядро или проводить научные исследования не значило бы так много. Там бы спросили: «А стихи ты писать умеешь?» Поэтические вечера на берегу озера Вэймин в Цзинда были весьма известны.
Ся Сяолань и не подозревала, что, ещё не успев официально зарегистрироваться, уже стала темой для обсуждения у старшекурсников. Измотанная целым днём в поезде, вечером она ни с кем не стала болтать и в гостевом доме провалилась в глубокий сон.
Проснувшись утром, Ся Сяолань поняла, что пока не может повести Лю Фэнь и остальных обедать в столовую — у неё не было талонов на питание! Ся Сяолань вспомнила, как в её прошлой жизни по соцсетям гуляло фото: в девятой столовой Хуацин рис и лапшу подавали прямо из ванн.
Обычные чугунные ванны стояли в столовой, полные риса и лапши, а студенты с котелками в руках пристраивались неподалёку. Эти «избранники судьбы» были поразительно неприхотливы и близки к народу. Снимок был сделан каким-то французом в 80-х годах и позже опубликован за границей в виде фотоальбома. Потом его пересняли китайские студенты и отправили на родину. Сначала фото разошлось среди выпускников Хуацин, а затем Ся Сяолань наткнулась на него в своей ленте.
Тогда она ещё подумала, что столовая Хуацин чересчур оригинальна, и никак не ожидала, что ей самой доведётся отведать риса и лапши из огромной ванны… Сложно сказать, что она чувствовала: это казалось странным, но в то же время вызывало какое-то нелепое предвкушение.
В уличных лавках с завтраками за пределами кампуса талоны не требовались.
После еды они немного прогулялись по территории — университет Хуацин был огромным, и вчера тётя Шань не успела показать им и малой части. Сегодня обойти всё тоже не получится: Шао Гуанжун обещал пригнать машину к девяти утра.
Спросив время, Ся Сяолань вспомнила, что у неё нет наручных часов.
В будущем это создаст неудобства на занятиях, поэтому она решила обязательно их купить. Носить Ролекс в университете было бы явно неразумно, а вот часы марки «Мэйхуа» вполне подойдут — для студентки это не будет выглядеть чересчур вызывающе.
Хуацин — обитель книжных червей и отличников, хвастовство богатством здесь наверняка вызовет лишь презрение.
Ся Сяолань не собиралась сидеть на хлебе и воде, но и выделяться за счёт роскоши не планировала… Не хотелось бы, чтобы спустя десятилетия однокурсники вспоминали её только как «выскочку-богачку»!
— Би-би!
Пока Ся Сяолань витала в своих мыслях, Шао Гуанжун уже подогнал машину.
— Я договорился насчёт этой машины, её можно вернуть через пару дней. Тёте Лю и остальным будет неудобно передвигаться по Пекину, так что вы, невестка, покатайте их, посмотрите город.
Не зря говорят, что Шао Гуанжун за несколько лет службы стал настоящим тёртым калачом. Хоть он и был болтлив, но дела вёл основательно: не только оставил Ся Сяолань ключи, но и подготовил карту. В 84-м году навигаторов ещё не существовало, а за тридцать лет многие улицы изменятся, так что Ся Сяолань действительно плохо знала дороги нынешнего Пекина.
Чтобы попасть в Гугун, нужно было ехать к площади Тяньаньмэнь.
Эту дорогу Ся Сяолань помнила. Она хотела спросить Шао Гуанжуна, как он сам вернётся без машины, но тот уже запрыгнул в проезжавший мимо автобус и был таков.
Когда Ся Сяолань с остальными добрались до Гугуна, Чэнь Цин и Чэнь Ван Да уже ждали их у входа с картами в руках. Чэнь Цин думал, что их подвезёт Шао Гуанжун, но за рулём оказалась сама Ся Сяолань.
А есть ли вообще что-то, чего Ся Сяолань не умеет?
В те времена обучение вождению стоило недёшево. Те, кто оканчивал автошколу, легко находили работу: везунчики устраивались водителями в государственные учреждения, другие становились дальнобойщиками.
Например, некоторые парни из Первой средней школы Аньцина, провалившие экзамены в этом году и не желавшие идти на пересдачу, отправились учиться на права.
Умение водить машину было очень ценным навыком, и кто бы мог подумать, что Ся Сяолань им тоже владеет!
К тому же, Шао Гуанжун так спокойно отдал ей машину, неужели не боится, что она её поцарапает или разобьёт? Чэнь Цин никак не мог разгадать, что за человек этот Шао Гуанжун.
Вчера, пока Ся Сяолань в гостевом доме спала без задних ног, Чэнь Цин и Чэнь Ван Да проговорили за полночь. О том, как нужно учиться в университете: Чэнь Цин приехал за знаниями, и ему нельзя было пасовать перед столичным размахом или прятаться в своей маленькой раковине.
Чэнь Ван Да выразил надежду, что через четыре года Чэнь Цин станет таким же уверенным и красноречивым, как те двое студентов из Хуацин. «Усердно учиться, заводить друзей» — вот наказ из четырёх слов, который дед дал Чэнь Цину.
У Чэнь Цина были и свои мысли на этот счёт, и Чэнь Ван Да лишь усмехнулся:
— Знаю я, о чём ты думаешь, паршивец. Жениться поди захотел? Сейчас ты ещё не дорос до других, условия у нашей семьи такие, какие есть. Люди всегда тянутся к лучшему, с какой стати девчонке Сяо Лань выбирать тебя? Но через четыре года ты сможешь её нагнать. Уверен, пока она не окончит университет, замуж не выйдет.
Кто бы не хотел такую умную и выдающуюся невестку?
Чэнь Ван Да не был похож на мать Чэнь Цина с её куриными мозгами — та считала, что Чэнь Цин самый лучший и ни одна девушка ему не чета, а когда встречала по-настоящему достойную партию, начинала опасаться, что та будет слишком сильной и задавит авторитет сына!
Всё это чушь собачья!
Ради чего мужчина должен стараться?
Разве не ради любимой женщины, ради власти и денег? Сидеть в деревне, ковыряться в земле, а после выпивки махать кулаками так, что домашние боятся вздохнуть — неужели это и называется быть успешным и способным человеком?
Дед воодушевил Чэнь Цина. Старик был прав: то, что он уступает другим сейчас, не значит, что так будет и через четыре года. За время учёбы он сможет стать достойным человеком, чтобы Сяо Лань смотрела на него не как на соседа-братца, а как на мужчину, на которого можно опереться и которому можно доверить свою судьбу!
С таким настроем во время экскурсии по Гугуну Чэнь Цин вел себя крайне учтиво.
Но Лю Цзытао, этот не по годам смышлёный мальчишка, почуял неладное. Он крепко схватил Ся Сяолань за руку и громко спросил:
— Старшая сестра Сяо Лань, я соскучился по зятю! Когда ты отведёшь меня к нему?
Он ведь должен был докладывать зятю об «обстановке на фронте». Лю Цзытао поклялся великим вождем, что во что бы то ни стало выполнит задание, порученное ему Чжоу Чэном!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
