Выяснить источник?
Труднее всего найти источник подобных школьных слухов.
Кто-то предложил просто выдвинуть Нин Сюэ в качестве этого выдающегося выпускника. В любом случае, Нин Сюэ была представителем первокурсников и лицом архитектурного факультета в этом году. Если она получит звание выдающегося выпускника по итогам военных сборов, а затем станет «лучшей студенткой по трем показателям» в этом году, никто не сможет найти в этом никакой ошибки.
Учитель Линь и учитель Ван первыми выразили несогласие!
— Это несправедливо по отношению к студентке Ся Сяолань.
Нельзя просто так отдать звание выдающегося выпускника военных сборов Нин Сюэ только потому, что у нее хорошая профессиональная база. Не говоря уже о прочем, на военных сборах все были в одинаковых условиях — так почему же студентке Ся Сяолань не дают возможности побороться?
Результатом обсуждения стало то, что обе кандидатуры были поданы одновременно — обе они стали претендентками, рекомендованными архитектурным факультетом.
— Нужно как следует выяснить источник.
Когда за это дело взялись всерьез, выяснилось, что слухи словно стекались отовсюду по капле.
В самом начале, во время приема первокурсников, Ду Сюэфэн с факультета электромеханики остолбенел при виде красавицы-младшекурсницы и вечером рассказал об этом в общежитии. Разве такие вещи можно удержать в секрете? Вскоре все старшекурсники из мужского общежития в корпусе №5 уже знали о «Ся Сяолань».
Именно отсюда пошла слава о первой красавице университета.
Во-вторых, это была Чжао Цянь с архитектурного факультета, которая в день регистрации новобранцев обмолвилась парой фраз с однокурсниками: «Ся Сяолань, которой я только что помогала оформлять документы, действительно такая красивая, как говорил Ду Сюэфэн. Вот только выглядит она слишком изнеженной, не знаю, долго ли она продержится на архитектурном».
Чжао Цянь сказала это ненамеренно; Ся Сяолань просто произвела на нее сильное впечатление, и она поделилась этим с товарищами.
Слух о том, что она капризна и собирается переводиться на другой факультет, пошел именно отсюда.
В-третьих, после завершения церемонии открытия Цзи Цзяньюань проявил инициативу и заговорил с Ся Сяолань, и они очень мило побеседовали. Ся Сяолань тогда вскользь упомянула, что ей нужно вернуться в общежитие, чтобы написать письмо своему парню. Она не придала этому значения, но кто-то рядом это услышал, а те, кто узнал, наверняка стали обсуждать.
Вот так из крупиц мнений, которые поначалу не несли в себе никакого злого умысла, в итоге собралась волна, с которой нельзя было не считаться.
В конце концов, дело было в том, что она привлекала слишком много внимания. В таком месте, как Хуацин, где принято доказывать всё учебой, Ся Сяолань была слишком заметной.
Суровая простота — вот главный мотив студенческой среды того времени.
Другие съедали обед за двадцать фэней, а Ся Сяолань в столовой никогда не скупилась на блюда. Будь на ее месте кто-то другой, никто бы и не заметил, если бы он каждый день ел тушеную свинину. Но Ся Сяолань сама по себе притягивала взгляды, и любая мелочь, связанная с ней, приобретала эффект разглядывания под увеличительным стеклом.
И это не обязательно была зависть; возможно, большинству людей просто надоедало постоянно слышать обсуждения того, что сделала Ся Сяолань. Когда об этом говорят слишком часто, это начинает раздражать.
У нее слишком высокая узнаваемость, и разве это из-за учебы?
Место, где мы находимся — уж не фальшивый ли это Хуацин!
— Что за безобразие, всё это сущие пустяки. Даже если это правда, у каждого студента есть своя индивидуальность. Хуацин не должен превращать студентов в одинаковых роботов! — учитель Линь был очень рассержен. Все они прошли через годы политических движений и борьбы. Разве учитель Линь не понимал, насколько тяжелыми могут быть последствия, если на человека наклеят ярлык?
На Ся Сяолань именно наклеили ярлык.
Пусть никто не устраивал над ней публичных судов, но под каким психологическим давлением должна находиться студентка Ся Сяолань, будучи окруженной такими слухами!
Неудивительно, что на занятиях студентка Ся Сяолань всегда смотрела на него так, словно хотела что-то сказать, но не решалась.
Это было желание студента выговориться, но он его проигнорировал.
То, что он не вызывал студентку Ся Сяолань отвечать на вопросы, несомненно, только подливало масла в огонь этих слухов. Нужно было что-то сделать, чтобы восстановить доброе имя студентки Ся Сяолань.
— Я помню, что в этом году Министерство образования собирается провести Всекитайский конкурс по английскому языку среди студентов…
Бум изучения русского языка 50-х годов уже прошел, и в 80-е годы официально наступила эпоха изучения английского. Хотя до 1984 года английский язык и входил в программу вступительных экзаменов гаокао, в общий балл он засчитывался лишь в определенном процентном соотношении. В этом году на гаокао английский стал основным предметом, и все 100 баллов за него шли в общий зачет.
Учитель Линь решил, что может помочь студентке Ся Сяолань подать заявку на первый Всекитайский конкурс английского языка среди студентов, организованный Министерством образования.
…
У Ся Сяолань слегка горели уши.
Последние два дня военных сборов, как ни странно, полностью состояли из строевых тренировок.
Учитель из Хуацин, отвечавший за контроль над военными сборами, объявил новость, которая заставила первокурсников, только что вернувшихся с полевого марш-броска, изрядно заволноваться.
К празднованию 35-й годовщины образования КНР в этом году университет Хуацин подготовил три направления работы:
Первое — это «парадный расчет» из 1847 студентов, который пойдет во главе всей колонны Хуацин и пронесет карту Родины размером 30 метров в длину и 27 метров в ширину.
Второе — организация «колонны науки и образования» из 2200 человек, которая последует за парадным расчетом с цветами в руках, представляя ликующую толпу.
Третье — университет Хуацин спроектировал и изготовил праздничную платформу высотой 10 метров на тему «Учиться у героического коллектива спасателей горы Хуашань», демонстрирующую облик современных студентов, готовых брать на себя ответственность и помогать другим.
Подготовку первого «парадного расчета» университет начал еще в конце апреля после празднования дня основания вуза. Отбор участников и их тренировки шли несколько месяцев; в то время первокурсников набора 1984 года это еще не касалось, и задача была возложена на студентов набора 1982 года.
Поскольку место каждого студента в парадном расчете было строго определено — каждый должен был держать фрагмент пазла, чтобы в итоге сложилась гигантская карта Родины.
Даже если бы Ян Юнхун очень хотела попасть в парадный расчет, это было невозможно: к моменту поступления первокурсников этот расчет уже был полностью сформирован.
Но помимо «парадного расчета» была еще и «армия науки и образования», исполнявшая роль праздничной толпы!
Университет решил отдать это место в колонне из 2200 человек первокурсникам 1984 года — они как раз завершили военные сборы, их моральный дух и дисциплина были на высоте, а юные, полные энергии лица идеально подходили для роли праздничного «народа».
Когда они только прибыли в военный лагерь, им говорили, что это невозможно — иначе первокурсники думали бы только о параде, а не о сборах.
Теперь же всё было иначе: у них была дисциплина и базовые навыки строевой подготовки. Когда фундамент заложен, участие в праздничном шествии не требует чеканки шага, и за два дня тренировок всё можно отладить.
Эта новость из Хуацин очень обрадовала Ян Юнхун: о «парадном расчете» можно было и не мечтать, но пройти в праздничной колонне — тоже очень хорошо.
Подавляющее большинство первокурсников разделяли чувства Ян Юнхун.
Участие в праздновании годовщины образования КНР, даже если ты просто проходишь перед Тяньаньмэнь с букетом цветов, давало неописуемое чувство гордости и чести!
В принципе, в шествии могли участвовать все первокурсники этого набора: требовалось 2200 человек, а студентов бакалавриата 1984 года было чуть больше 2100.
На случай, если кто-то внезапно заболеет, университет также привлек часть студентов второго курса. Ся Сяолань думала, что ей уготована судьба быть просто частью восторженной толпы, но неожиданно преподаватели Хуацин вызвали ее, Нин Сюэ и еще около двадцати девушек, а вместе с ними и столько же парней.
— Хотите ли вы присоединиться к парадному расчету и пойти в первом ряду?
Госпожа Ся немного растерялась.
Первый ряд парадного расчета Хуацин на 35-ю годовщину КНР?
Иными словами, это был вопрос: «Хотите ли вы показать свои лица всему народу страны?!»
При мысли о праздновании 35-й годовщины, которое, возможно, будут транслировать и иностранные СМИ, и о том, что ее лицо может промелькнуть в кадре всего на секунду, но на глазах у всего мира, Ся Сяолань показалось, что либо у нее галлюцинации, либо этот мир стал слишком причудливым!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
