Быть целью для психически больного человека — это пугающе.
Самое страшное то, что больной человек не считает себя больным, а тот, на кого он нацелился, ни о чем не подозревает.
В эти выходные во время пересдачи на конкурсе по английскому языку в устной части произошел небольшой инцидент.
Вернувшись в школу, Ся Сяолань сразу же поговорила с учителем Линем.
Она рассказала ему о случившемся. Учитель Линь не рассердился; хотя легкое разочарование присутствовало, он все же подбодрил Ся Сяолань и признал ее правоту:
— Если это твое мнение, тебе стоит на нем настаивать. Возможно, это повлияет на итоговый балл, но твои ответы в устной части были великолепны. Честно говоря, твой уровень разговорной речи превзошел мои ожидания, я очень тобой горжусь.
Если бы Ся Сяолань была из семьи дипломатов или какой-нибудь интеллигенции, изучала иностранный язык с детства и имела условия для языковой практики, то ее уровень считался бы «само собой разумеющимся». Но она была не такой; она выросла в семье в отдаленной деревне на юге провинции Хэнань. Учитель Линь лучше кого бы то ни было понимал, как непросто студенту из деревни выучить английский до такой степени.
Без языковой среды, без погружения в нее с малых лет — возможно, она впервые увидела учебники английского только в старшей школе?
Того, что Ся Сяолань пробилась в повторный тур, учителю Линю было уже вполне достаточно.
Что касается финала, то многие студенты старших курсов будут отсеяны. В стране много университетов, и таланты есть не только в Хуацин; существует еще несколько вузов, не уступающих Хуацин по силе, и сколько там студентов? Бывают и такие, кто не смог поступить в самые престижные университеты, ведь языковой талант не всегда зависит от общего балла на вступительных экзаменах. Учитель Линь считал, что уровень, продемонстрированный Ся Сяолань, уже очень хорош. Она ведь только на первом курсе, у нее есть пространство для роста и время!
Зачем в университете учить иностранный язык?
Не только ради мечты некоторых студентов об учебе за границей. Во многих дисциплинах нужно соприкасаться с передовыми мировыми исследованиями, а их авторы не пишут статьи на китайском.
Чтобы превзойти других, нужно сначала идти с ними в ногу. Плохо знать язык — значит заниматься бессмысленным прожектерством в полной изоляции.
Ся Сяолань обсудила это с учителем Линем, и вопрос был закрыт. Хотя учитель Линь считал, что шансы Ся Сяолань пройти в финал невелики, до объявления результатов он все же продолжал заниматься с ней дополнительно в свободное от уроков время.
Ся Сяолань тоже не отказывалась от этих занятий.
Она была очень благодарна учителю Линю за готовность жертвовать временем отдыха ради дополнительных уроков с ней. Участие в конкурсе — это одно, но полученные знания навсегда останутся при тебе. Ся Сяолань осознавала это глубже других: даже если она переродилась, то, что она усердно учила в прошлой жизни, принесет свои плоды и в этой!
Если не считать неудачного выступления в устной части конкурса и того, что она не встретила Чэнь Цина в Университете международной экономики и торговли, в остальном выходные принесли только хорошее.
В сопровождении управляющего У Ся Сяолань завершила процедуру передачи прав собственности от владельца сыхэюаня в Шичахае. Как только наличные, снятые в банке, были выплачены, Ся Сяолань стала новой хозяйкой.
Этот дом теперь по-настоящему принадлежал ей.
Прикасаясь к старым серым кирпичам, Ся Сяолань чувствовала на душе невероятное спокойствие.
Это не было похоже на дом в деревне Цицзин. Тот дом строился скорее для того, чтобы исполнить желание Лю Фэнь и дать ей кров. А этот двор в Шичахае стал первым объектом недвижимости Ся Сяолань в этом времени и пространстве. Чувство удовлетворения и уверенности было трудно описать словами. Управляющий У тоже вздыхал: те, кто живут на зарплату, все еще теснятся в маленьких казенных квартирках, а частники уже покупают один просторный двор за другим.
Кто же не хочет жить в большом доме? Когда вся семья ютится в тесноте, даже супружеской близости боишься — вдруг домашние услышат лишний шум.
Но вздох управляющего У был лишь мимолетным. Для него было невозможно бросить стабильную работу и уйти в частники. Частники зарабатывают много, но их социальный статус и близко не стоял с его положением.
— Господин управляющий, огромное вам спасибо.
Ся Сяолань тщательно осмотрела дом, повесила новый замок и только после этого поблагодарила управляющего У.
Купить больше государственных облигаций было невозможно: доля прибыли от магазина одежды будет распределена только к концу года, а после покупки двора в Шичахае у Ся Сяолань осталось меньше сорока тысяч юаней. Если всё потратить на облигации, не останется средств для оборота в бизнесе. Управляющий У не был из тех, кто злится, если Ся Сяолань не покупает облигации; отношения между людьми строятся постепенно. План по облигациям на этот год еще не выполнен, но управляющий У не мог наседать на одну только Ся Сяолань.
Если сохранить хорошие отношения, будет и следующий год!
Ся Сяолань хотела пригласить управляющего У на обед. Будучи респектабельным банковским управленцем, он обожал баоду — тушеный рубец.
Даже если наесться до отвала, это не стоило бы и нескольких десятков юаней.
Эти деньги на обед Ся Сяолань потратила с большой охотой.
Она любила носить за спиной сумку — парусиновый рюкзак, купленный в Янчэне, который подходил образу студентки лучше, чем портфель.
Прощаясь с управляющим У, Ся Сяолань положила в корзину его велосипеда два блока сигарет, завернутых в газету:
— Я доставила вам столько хлопот за эти дни, спасибо за вашу заботу!
Она даже не дала управляющему У возможности отказаться — налегла на педали велосипеда и умчалась. Управляющий У не знал, смеяться ему или плакать. Развернув газету, он увидел два блока «Чжунхуа». Эта студентка Ся хитра как лиса, совсем не похожа на обычную учащуюся! Впрочем, мало кто из студентов может сам потратить десятки тысяч на покупку жилья. За исключением того раза, когда Лю Юн заглянул мимоходом, все решения по такому крупному делу от начала до конца принимала сама Ся Сяолань.
Хотя Кан Вэй и Чжоу Чэн больше не занимались перепродажей сигарет, достать пару блоков по случаю для них было проще простого, так что Ся Сяолань об этом не беспокоилась.
Приехав в Пекин, она редко дарила кому-то сигареты. По словам Тан Хунъэня, это методы ведения бизнеса, а студент должен выглядеть как студент. Например, если бы она, учась в Хуацин, начала дарить преподавателям факультета алкоголь и сигареты, это было бы крайне неуместно! Вместо того чтобы выслуживаться подарками, лучше быть лучшей в учебе — нет такого учителя, которому не нравился бы прилежный и старательный студент.
Ся Сяолань все еще пребывала в радостном настроении от того, что дом наконец перешел в ее руки.
На следующий день после занятий ее снова кто-то пришел навестить.
Это была женщина, обладающая исключительной статью. В декабре на ней было темное кашемировое пальто; легкое и превосходно скроенное, оно сидело на ней просто великолепно. От качества ткани до умения сочетать вещи — в эту эпоху она выглядела необычайно изысканно.
Будто сошедшая со страниц иностранного журнала мод, с бесстрастным лицом, она превратила кампус Хуацин в подиум парижской недели моды.
Точно, это была та самая холодная отстраненность моделей на подиуме, которую госпожа Ся видела когда-то прежде!
— Вы…
Женщина улыбнулась:
— Я мать Цзи Цзяньюаня. Ты ведь Ся Сяолань? Я часто слышу о тебе от Цзяньюаня дома, можем ли мы поговорить?
Ся Сяолань на самом деле давно догадывалась об этом: Цзи Цзяньюань не был похож на Тан Хунъэня, он пошел в мать.
Но зачем матери Цзи Цзяньюаня приходить к ней?
Ся Сяолань не верила, что Цзи Цзяньюань часто упоминает ее имя дома; она и Цзи Цзяньюань не были настолько близки!
— Тетушка, давайте я провожу вас, прогуляемся по кампусу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
