Рань Шуюй была недовольна. Даже если Ся Цзыюй сказала что-то не то, Гуань Хуэйэ не следовало отчитывать её сына Ван Цзяньхуа при стольких людях!
— Молодежь нынче несерьезная, верит любым слухам. Тебе стоит поучиться у своей тети Гуань!
В одном Рань Шуюй была похожа на Ся Цзыюй: она умела терпеть, пока не добьется своего. В душе она кипела от злости, но на лице сохраняла благопристойность. Мысленно она проклинала Ся Цзыюй, эту «звезду неудач», на чем свет стоит. Рань Шуюй-то думала, что от девчонки будет толк, а оказалось, что у той с Ся Сяолань явная вражда!
Гуань Хуэйэ ни капли не оценила слова Рань Шуюй:
— Учиться у меня ни к чему. В будущем просто больше придерживайтесь фактов. Вы оба — студенты университета, так что не берите пример с невежественных деревенских баб, распуская и передавая сплетни!
Гуань Хуэйэ и так подозревала неладное из-за того, что семья Цзи внезапно взбеленилась, а теперь, услышав публичные провокации Ся Цзыюй, она заподозрила, что за распространением слухов стоит семья Ван. То, что только что сделала Ся Цзыюй, было ничем иным, как вредительством во вред себе и другим — она просто не могла вынести того, что Ся Сяолань живет припеваючи. Поистине, и глупо, и подло.
Ся Цзыюй выглядела такой честной и надежной, тогда как Ся Сяолань, напротив, казалась обольстительной и чарующей. Кто бы мог подумать, что их внешность и характеры будут полной противоположностью друг другу!
Ся Цзыюй не слишком верила в то, что Ся Сяолань смогла всего за один год заработать десятки тысяч юаней на покупку сыхэюаня.
Хотя реформы и открытость давали возможности на каждом шагу, только взявшись за дело по-настоящему, понимаешь, как нелегко даются деньги. Легкие деньги, конечно, заработать просто — поставить лоток с закусками и получать в месяц больше, чем на государственной службе… Но этим всё и ограничивалось. Настоящий крупный бизнес вести было трудно, и провал с курсами репетиторства стал для Ся Цзыюй горьким уроком!
Ся Цзыюй по-прежнему сомневалась в происхождении дома Ся Сяолань — ведь она знала её подноготную как никто другой.
Однако она понимала, что сегодня ей вряд ли удастся выйти победительницей. Она ведь твердила себе, что нужно терпеть и ждать, пока Ся Сяолань ослабит бдительность, чтобы нанести один решающий удар.
Но в последнее время Ся Цзыюй переживала упадок, и когда она внезапно увидела, что Ся Сяолань живет даже лучше, чем она себе представляла, в ней взыграл импульс. Сгорая от зависти к удачливости Ся Сяолань, Ся Цзыюй пошла на попятную:
— Тетя Гуань, простите меня. В следующий раз я обязательно постараюсь не совершать подобных ошибок.
«Больше никаких поспешных нападок».
Гуань Хуэйэ была холодна с семьей Ван и увела Ся Сяолань в сторону.
Ся Сяолань помахала Ся Цзыюй рукой:
— Кузина, мир тесен. Похоже, нам друг от друга никуда не деться. Жизнь впереди долгая, и у нас будет еще немало возможностей встретиться. Не стоит спешить ворошить былое именно сейчас — ты ведь помнишь, что я сказала тебе у ворот первой уездной школы?
Ся Цзыюй была вне себя от ярости. Она оглянулась: тетя Чжань и остальные уже разошлись — они явно не желали иметь дел с семьей Ван. Рань Шуюй раскраснелась от гнева; если бы не толпа вокруг, она бы с удовольствием влепила Ся Цзыюй пощечину:
— Что на тебя нашло? У тебя такая двоюродная сестра, почему бы не поддерживать с ней хорошие отношения? Зачем наживать врага при первой же встрече?
Рань Шуюй уже избирательно забыла, что сама молчаливо поощряла действия Ся Цзыюй. В глубине души она тоже не желала мириться с превосходством семьи Чжоу и была бы только рада увидеть, как они сядут в лужу.
Но Ся Цзыюй не только не выиграла в споре, но еще и вместе с Ван Цзяньхуа была так отчитана Гуань Хуэйэ, что они не смели поднять головы. Это привело Рань Шуюй в крайнее недовольство!
Ся Цзыюй стояла, опустив голову и кусая губы, не в силах вымолвить ни слова в свое оправдание.
Как они с Ся Сяолань могли помириться? Никогда в жизни. Она прекрасно знала, что это Ся Сяолань наняла людей, чтобы сломать руку её отцу, и ни на миг не забывала об этой кровной обиде.
— Мама, хватит, Цзыюй тут ни при чем!
В голове у Ван Цзяньхуа всё перемешалось. Он никак не мог взять в толк, как Ся Сяолань умудрилась найти себе такого жениха, как Чжоу Чэн.
Эти двое были из совершенно разных миров. Даже он сам, если бы волею случая не отправился в деревню Дахэ как «образованная молодежь», никогда бы не посмотрел на сестер Ся как на невест. Без этого случая у него не было бы даже возможности познакомиться с деревенской девушкой, не говоря уже о поиске общего языка!
Он и Цзыюй сошлись лишь потому, что вместе прошли через невзгоды.
Но даже несмотря на это, его родители не слишком принимали Цзыюй. Ван Цзяньхуа знал, что его мать не оставляет попыток найти ему другую пассию.
Порог дома Чжоу теперь был выше, чем у семьи Ван. Как же семья Чжоу могла принять Ся Сяолань?
Ван Цзяньхуа думал и так и эдак, и пришел к выводу, что причина крылась в поступлении Ся Сяолань в университет Хуацин. Чжоу Чэну приглянулась её внешность, а семья Чжоу одобрила её образование. Ван Цзяньхуа незаметно сжал кулаки. Что же касается Ся Сяолань, то она, разумеется, позарилась на власть и влияние семьи Чжоу!
Ся Сяолань просто затаила на него злобу и теперь хотела отравить жизнь ему и Цзыюй.
Ван Цзяньхуа терзали ненависть и тревога; он чувствовал себя как утка в раскаленной печи. Пока разгневанная Рань Шуюй разговаривала с другими, Ся Цзыюй намеренно отстала:
— Цзяньхуа, эта семья тети Гуань… они ведь довольно влиятельные, да? Похоже, Сяолань нашла себе на редкость неожиданного жениха.
Тогда, у ворот первой уездной школы, Ся Сяолань сказала, что не обманет «ожиданий» Ся Цзыюй: поступит в хороший университет и найдет себе жениха получше.
Сначала Ся Сяолань поступила в университет Хуацин.
А теперь, кажется, нашла себе отпрыска высокопоставленных кадровиков, который был куда значимее самого Ван Цзяньхуа.
На душе у Ся Цзыюй было горько, словно она наглоталась настоя коптиса. Она проклинала несправедливость небес, даровавших Ся Сяолань такое везение!
— Семья Чжоу… они не пострадали во время смуты. Раньше дядя Чжоу был в одном ранге с моим отцом.
Ван Цзяньхуа было невыносимо тяжело признавать это.
Ся Цзыюй соображала быстро.
Раньше они были равны, но Ван Гуанпин провел несколько лет на трудовом перевоспитании на ферме, и теперь «дядя Чжоу», должно быть, стал куда влиятельнее!
— Цзяньхуа, происхождение — это еще не все. Я верю, что в будущем твои достижения будут выше, чем даже у твоего отца!
Ван Гуанпин уже был высокопоставленным кадровиком, заместителем начальника департамента высшего образования. По уровню зарплаты это соответствовало 11-му разряду, что приравнивалось к должности заместителя командира дивизии в армии — более 200 юаней в месяц. Чжоу Чэн же был в звании командира батальона, что соответствовало 16-му разряду, а его жалованье составляло чуть более 100 юаней.
Должность командира батальона в гражданском табеле о рангах соответствовала как минимум уровню руководителя волостного или поселкового звена. Если сопоставить статус Чжоу Чэна с административной должностью, он был равен главе поселка или начальнику уездного управления.
Если после окончания университета Ван Цзяньхуа пойдет по пути, намеченному Ван Гуанпином, и поступит в государственный аппарат, то диплом о высшем образовании позволит ему миновать начальную ступень рядового служащего и сразу начать работу в качестве штатного сотрудника… То есть занять должность 21-го разряда с окладом в 50-60 юаней.
С чем можно сравнить рядового сотрудника?
В лучшем случае это уровень заместителя командира роты. По зарплате он отставал от Чжоу Чэна на 5 разрядов, а по административной должности — на 2 ступени!
Не стоит недооценивать разницу в эти две ступени. Некоторые люди тратят всю жизнь, так и не сумев преодолеть путь от рядового сотрудника до руководителя отдела. Чжоу Чэн к тому же был моложе Ван Цзяньхуа. Сколько лет потребуется Ван Цзяньхуа, чтобы нагнать эти две ступени — неизвестно. В конце концов, между самим Чжоу Чэном и родным отцом Ван Цзяньхуа, Ван Гуанпином, разница составляла всего две ступени.
Стоило Чжоу Чэну миновать уровни заместителя командира полка и командира полка, как он сравнялся бы с нынешним административным рангом Ван Гуанпина!
А Ван Цзяньхуа придется ждать еще два года, прежде чем он вообще сможет начать службу в качестве рядового сотрудника.
Чем больше Ван Цзяньхуа размышлял об этом, тем более бессильным себя чувствовал.
Как было бы хорошо, если бы курсы репетиторства увенчались успехом! При должной огласке и успешном переводе в другой вуз он мог бы закончить учебу в образе образцового студента и при распределении претендовать как минимум на должность заместителя главы поселка. Тогда бы он не сильно отставал от Чжоу Чэна.
Ван Цзяньхуа не мог подробно объяснить всё это Ся Цзыюй. Он лишь сказал, что Чжоу Чэну всего чуть за двадцать, а он уже командир батальона. От этой новости Ся Цзыюй стало совсем не по себе!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
