— Чтобы открыть магазин одежды, теперь нужна такая реклама?
Еще пару лет назад открытие маленького магазина в столице сопровождалось опасениями, индивидуальные предприниматели боялись, что политика партии внезапно изменится. В последние два года уличные лотки с одеждой перестали быть редкостью, и когда дела шли в гору, торговля естественным образом перемещалась с обочин в помещения. То тут, то там, в начале и в конце улиц, стали появляться небольшие частные специализированные магазинчики одежды.
Качество там, конечно, уступало вещам из универмагов, но выигрывало за счет удачных фасонов и невысоких цен. Молодые девушки вроде Чжоу И, которые любили принарядиться, тоже заглядывали в такие лавочки.
Большинство женщин никогда не считали, что одежды у них слишком много.
В возрасте Чжоу И, не будучи замужем, не нуждаясь в поддержке родителей и даже сама помогая им, — кто не любил ходить по магазинам и тратить деньги на наряды?
Сегодня сделать химическую завивку, завтра купить юбку, а потом подобрать к ней кожаные туфельки — так деньги незаметно и тратились.
В конечном счете, материальные условия улучшались, промышленные мощности постоянно росли, дефицита производимых тканей больше не было. Для покупки одежды больше не требовались «купоны на ткань». Переход от нормированного распределения к свободной продаже и изменение общей обстановки подталкивали Чжоу И и ей подобных вступать в ряды армии заядлых покупателей.
— Тогда давай сходим и посмотрим, неужели госпожа Чжоу боится, что ей не по карману.
В словах Тун Лили не было ошибки, но произнесены они были таким ехидным тоном, что становилось не по себе.
Чжоу И не на шутку разозлилась. Раньше они с Тун Лили были по-настоящему близки, иначе она не стала бы раз за разом помогать ей. Небольшая западня, полушутливые козни для Ся Сяолань… Как оказалось, те слезы, что Чжоу И лила сейчас, были лишь той водой, что когда-то попала ей в голову.
Тун Лили не добилась желаемого, а виноватой во всем выставила Чжоу И.
Чжоу И оказалась между двух огней, и на душе у нее тоже полыхало негодование.
Если ты такая способная, иди и отбей его у Ся Сяолань, а если не можешь — зачем вымещать злость на мне? Чжоу И ведь не могла вымыть собственного двоюродного брата дочиста, упаковать и притащить в постель к Тун Лили!
— Хочешь — иди, хочешь — нет, но впредь на посиделки, где будешь ты, я не приду, уступаю тебе место!
Чжоу И даже глотка воды не сделала, схватила сумку и снова ушла.
Ее уход увлек за собой еще нескольких человек.
Изначально сплоченная компания мигом раскололась на два лагеря. Еще двое колебались, но после пары колкостей от Тун Лили тоже последовали за Чжоу И — дружба дружбой, но распад компании требовал выбора стороны.
Выбрать Чжоу И или Тун Лили?
Большинство пошло за Чжоу И. На самом деле дело было не только в том, что семья Чжоу была влиятельнее семьи Тун, важнее было то, что привычка Тун Лили вымещать обиду на других была неприемлема для некоторых друзей.
Но Тун Лили думала иначе: она считала, что окружающие ее презирают!
Столько лет безответно любить Чжоу Чэна и в итоге стать посмешищем для других — неужели она это заслужила?
Если бы Чжоу И не подначивала ее со стороны, разве могла бы она увязнуть так глубоко?
Проигрывать Ся Сяолань Тун Лили не желала.
Ей было плевать, что Чжоу Чэн выбрал Ся Сяолань, но семья Чжоу уже признала ту: в прошлый раз Тун Лили своими глазами видела, как Гуань Хуэйэ привела Ся Сяолань на встречу. Как тут еще бороться?
Свидания вслепую тоже не ладились. Семья Тун хотела породниться с семьей Шао. О Шао Гуанжуне в окружении ходила дурная слава — кто не знал, что он сменил больше десятка пассий? Тун Лили видела его обычную предупредительность и считала, что в будущем сможет держать Шао Гуанжуна в узде, поэтому согласилась на уговоры семьи… В этом таилась и некая скрытая жажда мести: Шао Гуанжун был близок с Чжоу Чэном, и если бы они стали парой, Чжоу Чэн не смог бы так просто от нее отделаться — у них всегда был бы повод пересечься!
Но Шао Гуанжун отверг планы семьи, использовав предлог, который Тун Лили считала паршивым: мол, он еще молод, хочет поучиться года два и пока не думает о создании семьи!
Шао Гуанжун уже несколько лет как работал, какая, к черту, учеба?
Разозлив Чжоу И до ее ухода, Тун Лили сама швырнула бутылку с газировкой и принялась рвать лежавшую на столе листовку.
Подруга приобняла ее:
— Не кипятись ты так, и зубы иногда язык прикусывают. Сколько лет вы с Чжоу И дружили, поссориться — это же нормально. Стоит ли оно того из-за одного мужчины!
Да, этим мужчиной был Чжоу Чэн, один из самых завидных женихов в их кругу.
Красавец, который не менялся в лице, сколько бы девушек ни пытались за ним ухаживать, обладавший врожденной дерзостью и крутым нравом — такое сочетание могло свести с ума.
Раньше говорили, что Чжоу Чэн просто «не созрел», что он ни одну девушку не воспринимает всерьез. Тун Лили была одержима его холодностью и крутостью, считая равнодушие к женщинам достоинством.
Когда появилась Ся Сяолань, все были ошарашены.
Дело было не в равнодушии к слабому полу, а в том, что «слабого пола» было недостаточно. Встретив маленькую лисичку, Чжоу Чэн повел себя так же, как и все остальные мужчины!
Факты были налицо: Чжоу Чэн сам выбрал себе пару, семья Чжоу не побрезговала ее происхождением и публично признала статус Ся Сяолань. О чем тут еще спорить Тун Лили? Портить отношения с лучшей подругой из-за этого действительно не стоило.
Тун Лили молчала, и подруга выхватила листовку из ее рук:
— Ты в последнее время и правда вела себя с Чжоу И не очень хорошо, а вот и отличный повод помириться. Завтра я позову ее прогуляться по магазинам, все обсудим, и дело с концом. Скажи, в какой пойдем? Я вижу, на улице Сюшуй и на Западной улице тоже есть.
Тун Лили потрогала свои волосы:
— К магазинам интереса нет, хочу съездить в Сидань сделать химическую завивку.
Упрямая как осел, она просто хотела пойти именно в тот магазин в Сидане.
Подруга сунула листовку в карман:
— Ну, тогда договорились, завтра в Сидань… Как там называется? «Лань Фэнхуан», праздник в честь открытия, с 17-го по 20-е число скидка десять процентов на весь ассортимент. Занятное местечко.
…Подобные сцены разыгрывались и в других местах.
До открытия в Шанду «Лань Фэнхуан» уже долгое время торговал на лотках и успел заработать определенную репутацию. Редко кто на улице осмеливался продавать вещи по таким высоким ценам. Когда магазин открылся в центре города, любопытство новых покупателей и рекомендации старых, подкрепленные церемонией разрезания ленточки, приковали к нему взгляды прохожих.
В столице ни Сидань, ни улица Сюшуй не считались самым центром — Пекин был гораздо больше Шанду!
Ся Сяолань сделала ставку на «бомбардировку» листовками. Привлечение внимания способно создавать экономическую ценность, поэтому предварительные затраты на рекламу были вполне оправданны.
Сейчас времена были простые, реклама не отличалась новизной, поэтому пестрые листовки выглядели довольно притягательно. Профессиональный фотограф и модель с настенных календарей были наняты не зря. Если бы не несколько строк крупного жирного шрифта, портящих общее впечатление, можно было бы поверить, что это цветная страница из модного журнала.
— Что это за верстка!
Главный редактор Цуй, держа в руках листовку, не знал, смеяться ему или плакать, жалуясь режиссеру Вану.
Режиссер Ван внимательно посмотрел:
— Это же как киноафиша, очень четко выделена тема. Их цель — завлечь людей покупать одежду, так что в крупных буквах нет ничего плохого.
Главный редактор Цуй еще смел ворчать, а режиссер Ван даже говорить ничего не хотел. Когда Ся Сяолань связалась с ним, он подумал, что она передумала, но оказалось, ей просто нужно было, чтобы он порекомендовал фотографа!
Ну и ладно, а он-то думал, что студентка Ся сама будет фотографироваться.
Ся Сяолань попросила фотографа найти модель для календарей с хорошей фигурой… Сердце режиссера Вана, пережившее взлеты и падения, уже было закаленным и ничуть не боялось ворчания редактора Цуя.
Редактор Цуй не понимал: Ся Сяолань и Чэнь Силян все время твердили, что хотят создать отечественный китайский бренд одежды.
В листовке не упоминалось «Luna», вместо этого значилось «Лань Фэнхуан». Редактор Цуй никак не мог разгадать тактику Ся Сяолань.
Движимый любопытством, редактор Цуй решил лично пойти и посмотреть.
Людей, испытывающих такое же любопытство, во всем Пекине было немало. Независимо от мотивов, эффект от рекламы листовками стремительно набирал обороты.
#### Добрый день~
(Впредь обязательно буду следить за панелью управления и ждать, пока статус сменится на «проверено», прежде чем выключать компьютер, чтобы таких нелепых ситуаций было поменьше (#^.^#))
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
