В будущем контрабандные автомобили станут популярны из-за их дешевизны.
В 1985 году контрабанда процветала потому, что легальных путей импорта было крайне мало, а из-за ограниченных технологий внутреннее производство было ничтожным. Спрос на машины был колоссальным!
С начала политики реформ и открытости прошло всего несколько лет. К 90-м годам экономическая ситуация улучшится, но объемы производства автомобилей все равно не будут поспевать за спросом, и контрабанда станет еще масштабнее. Дефицитные вещи растут в цене: купив новую машину, можно было перепродать ее еще дороже.
Конечно, простой народ с каждым годом становился все богаче.
Нынешние «семьи-десятитысячники», если им не изменит удача и они не погрязнут в роскоши, а будут усердно трудиться до 90-х годов, вполне смогут превратиться в миллионеров.
А разве миллионеру не полагается купить машину?
В банке У Ханчжана депозитов сейчас было куда больше, чем на миллион!
Но при всем этом скрытом богатстве у отделения, где работал У Ханчжан, не было собственного автомобиля, и это всегда было его больной мозолью.
Купить машину было невозможно — начальство не выделяло на это средства.
Но если Ся Сяолань оставит автомобиль в залог банку и не сможет выплатить кредит, то изъятие машины банком станет делом вполне естественным и законным.
Каждый год накапливается столько безнадежных долгов, что У Ханчжан легко найдет подходящий предлог, и этот «Ситроен CX20» сможет на законных основаниях стать собственностью отделения.
Сейчас он смотрел на машину горящим взором.
— У Ханчжан, кажется, вам очень приглянулась эта машина?
Ся Сяолань и понятия не имела о его давней печали.
— Она совершенно новая, такая стоит все двести тысяч юаней. Будь у тебя «Краун», я бы мог выдать кредит на триста тысяч!
Ся Сяолань воспользовалась личными связями, чтобы купить машину на таможне по дешевке.
Связи — вещь хрупкая, они истощаются с каждым использованием. Одно дело купить машину для себя, и совсем другое — пытаться через эти связи перепродавать конфискованные таможней контрабандные авто… Деньги приходят быстро, но это было бы слишком неблагоразумно!
Чжоу Чэн и Кан Вэй оба имели возможность доставать конфискованные машины, но почему они не притрагивались к этому бизнесу?
Они даже торговлю сигаретами прекратили, хотя это и не считалось контрабандой, а лишь использованием лазеек в политике.
Машина, купленная за восемьдесят тысяч, при перепродаже могла принести двести. Осознание того, что этим бизнесом заниматься нельзя, заставляло сердце Ся Сяолань болезненно сжиматься.
Она утешала себя тем, что всех денег не заработать. Купить для личного пользования — это одно, но если влезть в такие дела по-настоящему, это плохо скажется и на Тан Хунэне, и на семье Чжоу! Ся Сяолань знала, что некоторые дети высокопоставленных кадровиков наживали состояния на перепродаже разрешительных документов, делая деньги из воздуха, но она не собиралась опускаться до такого — у нее были и другие способы заработка.
У Ханчжан не мог оторваться от «Ситроена», и Ся Сяолань эта картина казалась забавной.
Подобное можно было увидеть только в 85-м году. Пройдет еще несколько лет, и руководители банков среднего и высшего звена, такие как У Ханчжан, вполне смогут позволить себе авто. Даже без учета всяких левых доходов, их обычной зарплаты будет на это вполне достаточно.
— У Ханчжан, не хотите попробовать сесть за руль?
У Ханчжан действительно очень хотел этого.
Ся Сяолань видела борьбу на его лице, но он все же отказался.
— И не надейся коррумпировать меня своими «пулями в сахарной глазури»!
Надо же, покупку государственных облигаций, подношения в виде вина и сигарет он принимал как должное, а предложение проехаться на машине счел взяткой. Ся Сяолань не могла понять логику У Ханчжана.
— Раз вам так нравятся машины, почему бы отделению просто не закупить одну?
У Ханчжан сердито взглянул на нее — она явно сыпала соль на рану:
— Давай к делу. Твой дядя хочет кредит на восемьсот тысяч, и ты тоже? Твоя машина тянет на залог в двести тысяч, прибавь сюда три твоих магазина и сихэюань на Шичахай — итого я смогу дать тебе шестьсот тысяч. Но, как ты и говорила, сначала нужно погасить предыдущие банковские займы.
Шестьсот тысяч — не хватало еще двухсот!
— А семьсот тысяч никак нельзя? «Лань Фэнхуан» — это не просто рядовой магазин одежды, это торговая компания. У нас только в Пекине сейчас три магазина и шесть сотрудников, а еще есть филиал в Шанду.
Ся Сяолань и Ли Фэнмэй вели дела раздельно, но зарегистрированный бренд не делили. Если она скажет, что магазины в Шанду числятся за «Лань Фэнхуан», это можно будет подтвердить документально.
Изначально Лю Юн собирался использовать магазины в Шанду для своего кредита, но после подписания контракта на семь с половиной миллионов ему больше не требовалось закладывать магазины и сихэюань в переулке Наньлогусян, поэтому Ся Сяолань предложила их сама.
— Есть еще один филиал?
У Ханчжан призадумался.
— Тогда семьсот тысяч — не проблема. Тебе нужен этот кредит в июле?
Ся Сяолань кивнула. Сейчас шел ремонт в магазине на Гулоу, который потребует еще нескольких десятков тысяч, так что на руках у нее останется всего около восьмидесяти-девяноста тысяч юаней.
Ремонт проходил под присмотром Гэ Цзяня; даже если торопиться, на него уйдет больше месяца, так что закончат как раз к июлю.
К тому времени можно будет вывести прибыль от продажи летней коллекции в двух других магазинах. С мая по июль, за два месяца, две точки вполне могут принести около ста тысяч.
Сложив это со своими сбережениями, она сможет сначала расплатиться с банком.
У Ханчжан выдаст семьсот тысяч, плюс у Ся Сяолань были те сто семьдесят тысяч от Чжоу Чэна — они уже договорились, что эти деньги пойдут на его долю в деле. Пробел в финансировании Ся Сяолань удастся закрыть!
На самом деле у нее была еще одна сумма — сберегательная книжка на девять тысяч юаней, которую дала бабушка Чжоу Чэна. Сказала, что это для Ся Сяолань, но как та могла их потратить? Пожилой женщине было очень непросто скопить такие деньги.
Еще большей неожиданностью для Ся Сяолань стало то, что по возвращении от У Ханчжана Юй Найнай вытащила сберкнижку:
— Тебе ведь в последнее время сильно не хватает денег, раз ты уже несколько раз бегала в банк? Возьми пока эти, пользуйся. Остальное я обменяла на доллары, так что их дать не могу.
Юй Найнай потихоньку, мелкими суммами, уже обменяла на доллары половину тех денег, что семья Цзи дала ей за молчание. От той суммы осталось сорок тысяч юаней.
К этому прибавились десять тысяч, которые Ся Сяолань выманила у Лян Бинаня и поделила с Юй Найнай.
Юй Найнай также получала арендную плату за два года за магазин одежды в Шанду. Итого у старушки скопилось пятьдесят тысяч юаней капитала, которые лежали на одной книжке, и теперь эта книжка лежала перед Ся Сяолань.
— Вас слишком легко обмануть. Если бы я забрала деньги и сбежала, у вас бы не осталось ни единого доказательства.
Ся Сяолань была тронута, но не удержалась от шутки.
Юй Найнай выглядела слегка смущенной:
— Тогда сначала напиши мне расписку!
— Я шучу. Спрячьте свои деньги подальше, я уже решила вопрос с нехваткой средств. Если не хватит, тогда и попрошу у вас взаймы.
Ся Сяолань действительно не могла заставить себя взять деньги у Юй Найнай.
Деловым людям всегда не хватает денег, но она не дошла до того, чтобы посягать на «похоронные» сбережения стариков. Если денег нет — ищи выход сам, а если совсем не получается собрать нужную сумму, значит, время для сделки еще не пришло, и Ся Сяолань не стала бы настаивать.
Как в случае с проектом отделки отеля «Наньхай» в прошлом году: когда Лю Тяньцюань обратился к ней, Ся Сяолань наотрез отказалась. В то время у нее и дяди не было никаких преимуществ, и участие в таком масштабном проекте было лишь попыткой Лю Тяньцюаня выслужиться перед мэром Таном.
Теперь все было иначе. Даже если проект на семь с половиной миллионов придется поднимать с помощью кредита, это возможно лишь потому, что ее и дядины активы стали куда солиднее, чем в прошлом году.
Она может взять кредит, может предложить проект, и теперь, участвуя в работе над отелем «Наньхай», Ся Сяолань чувствовала в себе уверенность!
Деньги Юй Найнай Ся Сяолань не пригодились, но, узнав, что та втайне меняет валюту, она все же дала старушке пару наставлений:
— Поездка по обмену оплачивается государством, в Америке мне не понадобится много денег. Не меняйте больше свои сбережения, а оставшиеся пятьдесят тысяч положите на срочный вклад! Мы ведь договорились: я помогу вам найти человека, а вы отдадите мне здание на площади Эрци в Шанду. Мне не нужны от вас лишние деньги.
В старости всё кажется зыбким, и только наличие денег в руках дает истинное спокойствие.
Юй Найнай не покладая рук помогала Ся Сяолань обучать продавцов, а когда Ся Сяолань предлагала ей зарплату — отказывалась. У них уже было соглашение, разве могла она трогать свои сбережения на черный день ради поездки в Америку…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
