Мысли Ся Сяолань скакали быстро.
Тан Хунэн тоже рассмеялся:
— Ладно, давай не будем о тяжелых и неприятных темах. Почему ты думаешь, что твоя мать не справится? Сяо Лань, ты недооцениваешь свою мать. У нее чистое, искреннее сердце. Ты в своих делах просчитываешь выгоды и потери, а она сначала думает о других, поступая по велению души — это и есть самое ценное. Ей не нужны сложные схемы, она настоящая и искренняя, такая не может не нравиться. По крайней мере, когда я возил ее к тому уважаемому человеку, старик остался от нее в полном восторге!
У Ся Сяолань же была натура тонкая и проницательная.
Тан Хунэн не понимал, как Лю Фэнь могла родить такую дочь, но у Лю Фэнь были свои достоинства.
Простые люди решают проблемы простыми способами, и в том, чтобы действовать по велению сердца, есть свои плюсы. Не нужно надумывать лишнего, как Ся Сяолань, и живется тогда не так утомительно!
Тан Хунэн с большим оптимизмом смотрел на их с Лю Фэнь будущую жизнь, а у Ся Сяолань от его слов мурашки побежали по коже.
Юй Найнай говорила, что ее мать не устоит перед напором ухаживаний мэра Тана, и Ся Сяолань считала, что та права.
В глазах мэра Тана ее мать состояла из одних лишь достоинств, и он не только так думал, но и не стеснялся говорить об этом остальным.
Даже Ся Сяолань время от времени насильно «кормили собачьим кормом».
С нее хватит!
Она только что поела и совсем не хотела глотать эту «собачью еду».
— Если бы вы сказали мне раньше, я бы обязательно постаралась сблизиться с братом Хо Чэньчжоу. Насколько я помню, он возглавляет пекинский филиал «Дунфэн Холдинг», так что у нас есть шанс пересечься.
Разве не нужно заставить Хо Чэньчжоу отступить, а заодно показать тем, кто стоит за его спиной, что Тан Хунэн не тот человек, которым можно помыкать, подослав к нему младшего родственника?
В таком деле, как отвлечение огня противника на себя, Ся Сяолань гарантированно сработала бы четко и надежно.
Тан Хунэн слегка поморщился:
— Только не перегибай палку. Хо Чэньчжоу очень горд, и я боюсь, что, если ты заденешь его слишком сильно, это обернется проблемами.
— Ну что вы, как это возможно… Мне нужно подумать, как сыграть роль заносчивой выскочки из бедняков, которая, в одночасье взлетев до небес, потеряла чувство меры и посмела вырывать кусок изо рта самого Хо Чэньчжоу. Дядя Тан, это же практически роль самой себя! Если Хо Чэньчжоу захочет что-то предпринять в Пэнчэне и попросит вас о помощи, обязательно впутайте в это и меня!
Ся Сяолань бормотала себе под нос, уже распределяя роли.
Тан Хунэн втайне пожалел: кажется, он разболтал Ся Сяолань слишком много!
Родственники старого руководителя считали, что могут помыкать им как угодно. Все эти годы, видя его одиночество, они даже пытались распоряжаться его личной жизнью и постоянно с энтузиазмом сватали ему невест.
Тан Хунэн не желал быть марионеткой, поэтому попросту ни с кем не встречался, а семья старого руководителя решила, что он до сих пор не может забыть свою старую любовь к Цзи Я.
Тан Хунэн ленился объясняться, позволяя им заблуждаться, — так ему было спокойнее.
Но на этот раз всё было иначе. Его намерение быть вместе с А Фэнь разрушило их иллюзии. Тан Хунэн отвез Лю Фэнь в Сяншань на встречу со старым руководителем; тот одобрил выбор, а значит, остальным уже не стоило мешаться.
Те люди видели, что он один, без родни, на которую можно опереться, и считали, что он должен работать на их благо.
Когда Цзи Цзяньюань вернулся в страну, Тан Хунэн очень хотел вложить плоды своих трудов в сына. Какой родитель не мечтает проложить дорогу своему ребенку?
Но Цзи Цзяньюань по-прежнему не шел на сближение. Отчужденность и барьер между отцом и сыном нельзя было устранить за короткое время. Этим летом Цзи Цзяньюань провел в Пэнчэне два месяца, но ни разу не встретился с Тан Хунэном с глазу на глаз, и тот ничего не мог с этим поделать.
Он понимал опасения Цзи Цзяньюаня — тот боялся расстроить Цзи Я. В конце концов, сердце не камень. Чтобы сгладить неловкость в отношениях с сыном, потребовалось бы бог знает сколько времени, тогда как Ся Сяолань произвела на него глубокое впечатление при первой же встрече.
Сначала он относился к ней как к племяннице, и никак не ожидал, что она станет его падчерицей.
Падчерица оказалась на редкость заботливой, ничуть не хуже родной дочери… Раз уж Цзи Цзяньюань отказывался от его ресурсов, Тан Хунэн не скупился отдавать их Ся Сяолань — эта девчонка ему действительно нравилась. Но на его ресурсы заглядывались люди со стороны Хо Чэньчжоу, и Тан Хунэн обязан был во всём признаться Ся Сяолань.
Ся Сяолань оказалась именно такой умной, как и думал Тан Хунэн: она схватывала всё на лету. Глядя, как она уходит, полная боевого задора, Тан Хунэн и сам не знал, правильно ли он поступил.
— Стрела выпущена, пути назад нет. Раз уж узнала, то узнала. Надеюсь, А Фэнь меня не осудит.
Ся Сяолань не слышала его бормотания.
Она не знала, кто дедушка Хо Чэньчжоу, но решила, что по возвращении в Пекин расспросит Гуань Хуэйэ — через ту наверняка можно всё разузнать. К тому же Ся Сяолань давно ее не навещала, ведь всё лето была занята заработком денег в Пэнчэне.
Прилетела в субботу, улетела в воскресенье — поездка Ся Сяолань в Пэнчэн вышла стремительной.
Когда она прибыла в аэропорт, Тан Юаньюэ, к ее удивлению, ждал прямо на летном поле, чтобы проводить.
Глядя на господина Танга, который стоял с букетом цветов, прислонившись к капоту спорткара, Ся Сяолань почувствовала, как по всему телу пробежали мурашки: Тан Юаньюэ явно принял не те таблетки, и болезнь была в запущенной стадии!
— Господин Тан, какая встреча!
Тан Юаньюэ не сводил с нее глаз.
— Многие совпадения в этом мире создаются людьми. Чтобы увидеть мисс Ся, я готов устраивать такие «совпадения» почаще.
Он протянул ей цветы, а Ся Сяолань выдавила сухую усмешку:
— Господин Тан, ваше поведение может вызвать двусмысленность.
— Это вовсе не двусмысленность. Я знаю, что у мисс Ся есть парень, но такая женщина, как вы, вправе сама решать, с каким мужчиной ей быть, верно?
«Сынки» высокопоставленных чиновников с материка могут защищать Ся Сяолань какое-то время, но смогут ли они делать это всю жизнь?
Ся Сяолань амбициозна, ее карьерные устремления — не детские забавы. Ей следует найти в деловом мире ровню, человека, который сможет понимать ее, поддерживать и даже помогать. Тан Юаньюэ считал, что он подходит на эту роль идеально.
Приехать на спорткаре прямо к самолету с цветами, чтобы приударить за девушкой — такую сцену можно увидеть разве что в заграничном кино.
Наземные службы аэропорта стояли с разинутыми ртами. Ся Сяолань приняла букет из рук Тан Юаньюэ и тут же вручила его одной из сотрудниц:
— Спасибо за вашу работу. Этот мой друг из Гонконга ведет себя немного бесцеремонно. Он вам не слишком помешал?
Далеко не каждому позволяли заезжать на машине на летное поле.
Сейчас самолетов было мало, а контроль — слабым, но Ся Сяолань всё равно извинилась перед персоналом аэропорта, ведь неприятности возникли по ее вине.
Сотрудница покраснела — она никак не ожидала, что Ся Сяолань вдруг сунет ей в руки цветы.
Эта мисс Ся часто летала рейсами Янчэн — Пекин, и работники аэропорта ее хорошо запомнили.
Такие сцены, которые обычно видишь только в иностранных фильмах или описываешь в гонконгских бульварных газетенках — богатый наследник ухаживает за красавицей — в случае с мисс Ся не казались странными. Мисс Ся и вправду была очень красива и вежлива.
Когда Ся Сяолань поднялась на борт, Тан Юаньюэ остался стоять у машины с улыбкой на лице.
Он не собирался сдаваться.
Если бы Ся Сяолань было так легко завоевать, Тан Юаньюэ не стоило бы и браться за это дело.
…
— Тан Юаньюэ погнался за ней аж до самого аэропорта Янчэн? — пробормотал Ду Чжаохуэй. Похоже, тот и впрямь отравился «ядом» Ся Сяолань.
Методы Ся Сяолань были весьма изощренными, и Тан Юаньюэ даже не подозревал, какая участь его ждет. Молодой господин Ду был втайне доволен собственным хладнокровием: его эта ведьма не одурманила. Повернувшись к А Хуа, он спросил:
— Как продвигаются дела с пластической операцией Ся Цзыюй?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
