Ся Сяолань была очень желанным гостем в семье Чжоу.
Даже Цзэн Сао, помощница по хозяйству в доме Чжоу Чэна, любила её.
Стоило Ся Сяолань прийти, как атмосфера в доме сразу становилась легкой и непринужденной.
Когда у Гуань Хуэйэ было хорошее настроение, Чжоу Гоцзинь тоже обязательно старался вернуться домой к ужину. Вся семья была рада, и это воодушевление передавалось Цзэн Сао.
Сегодня Ся Сяолань пришла довольно неожиданно. Днем занятий было немного, поэтому она заскочила домой, взяла кое-какие вещи и поехала к Чжоу Чэну. Увидев её, Цзэн Сао с облегчением произнесла:
— Чжоу И и остальные сейчас дома.
Чжоу И и старшая тетя Чжоу Чэна здесь?
Отношения между Гуань Хуэйэ и её невесткой были несколько натянутыми, или, точнее сказать, старшая тетя вела себя довольно специфично. Она старалась не появляться в доме Чжоу Чэна без крайней необходимости, так что сегодняшний визит был странным.
Войдя в дом, Ся Сяолань увидела Чжоу И и её мать, сидящих на диване.
Гуань Хуэйэ сидела напротив с обреченным видом.
Скрывать нечего: завидев Ся Сяолань, Гуань Хуэйэ тоже вздохнула с облегчением.
Некоторые вопросы Гуань Хуэйэ было трудно уладить самой, а Ся Сяолань могла предложить свежий взгляд. По крайней мере, в присутствии Ся Сяолань старшая тетя Чжоу Чэна не стала бы выдвигать странные требования.
— Сяо Лань пришла! Глупая ты девчонка, зачем же снова притащила столько всего!
Гуань Хуэйэ встала, пользуясь случаем, чтобы сменить тему.
Старшая тетя с недовольным лицом выдавила улыбку:
— Невестка, а твоя будущая сноха и впрямь очень почтительна.
— Она к нам очень добра. Сколько ни просим её не тратиться, она всё равно каждый раз приносит столько вещей.
Гуань Хуэйэ обычно не любила хвастаться, но сейчас с удовольствием подчеркивала заботливость Ся Сяолань. Она знала, что невестке неприятно это слышать, и говорила так нарочно, надеясь поскорее выпроводить Чжоу И и её мать.
— Тётя Гуань, я не помешала вашему разговору со старшей тетей? О, и сестра Чжоу И здесь.
Атмосфера была не самой приятной, но Ся Сяолань сделала вид, что ничего не замечает, и вела себя как обычно.
Старшая тетя натянуто улыбнулась:
— Просто болтаем о делах домашних, чем ты можешь помешать?
Ся Сяолань была искренне удивлена.
Обычно старшая тетя вставляла в каждое слово по шпильке, а сегодня была такой вежливой. Оказывается, этот человек умеет разговаривать нормально, просто обычно предпочитает делать всё наперекор и из вредности конфликтовать с семьей Чжоу Чэна. Ся Сяолань не стала её разоблачать. Чжоу И улыбнулась ей так, будто между ними и вовсе никогда не было разногласий:
— Почему ты не заходила к нам на летних каникулах? Бабушка очень по тебе скучала.
В улыбке Чжоу И сквозило заискивание, что до безумия злило её мать.
Ладно еще заискивать перед Гуань Хуэйэ, но почему её дочь должна угождать невесте сына Гуань Хуэйэ?
Ведь именно её муж — старший в семье Чжоу.
Просто его должность не так высока, как у Чжоу Гоцзиня, вот им с Чжоу И и приходится терпеть обиды.
Если бы Гуань Хуэйэ знала мысли невестки, она бы точно возмутилась — кто и когда их обижал? Это всё её собственная мелочность и вечное желание соревноваться. Ей нужно было сравнивать должности братьев Чжоу, успехи их детей… Кто может решить, родится сын или дочь? Но то, каким вырастет ребенок, во многом зависит от воспитания родителей. Будь у Гуань Хуэйэ дочь, она бы ни за что не позволила ей вести такой праздный образ жизни, как у Чжоу И.
Как человек относится к жизни, так и жизнь относится к нему.
Один день усилий — это день, и один день безделья — тоже день.
За день или два разница не видна, но через год, два или даже десять лет два человека, начавшие с одной точки, окажутся в совершенно разном положении!
Так было с Чжоу И и Чжоу Чэном: происхождение одно, стартовые условия одинаковые, а результат — разный.
Ся Сяолань не знала всех внутренних дел семьи и не считала нужным высказывать свое мнение. Когда Чжоу И спросила её, она ответила честно:
— Все каникулы я провела на юге. Я виновата, что не навестила бабушку Чжоу, планирую заехать к ней в ближайшие пару дней.
Чжоу И кивнула. Она не стала докапываться до деталей — они не были настолько близки, так что разговор оставался в рамках приличий.
Чжоу И не лгала: бабушка Чжоу действительно очень скучала по Ся Сяолань и постоянно о ней вспоминала. Ся Сяолань говорила об этом как о чем-то обыденном, не осознавая, как много людей за пределами этого круга завидовали её возможности так легко видеться со старейшинами семьи Чжоу!
Затем Чжоу И спросила про магазин одежды:
— Вы уже начинаете продавать осенние вещи? Мы с подругами ждем не дождемся обновок.
На доброе слово не отвечают ударом, и Чжоу И действительно изменилась.
Ся Сяолань с улыбкой объяснила:
— Придется подождать еще пару дней. В этом году лето выдалось необычайно жарким, так что магазин выставит осеннюю коллекцию чуть позже.
Это зависело не только от погоды, но и от недавних проблем с оборотным капиталом.
Но теперь всё наладилось, её матери больше не нужно было в спешке собирать деньги для погашения кредита. Когда Ин Цзинчуань разберется с делами по займу, у них будет более десяти миллионов для операций. В этот раз все три магазина Лю Фэнь смогут выставить осеннюю коллекцию одновременно.
Старшая тетя презирала частников, но понимала, что семья Ся Сяолань — не обычные торговцы. Чжоу И, возвращаясь из «Лань Фэнхуан» с покупками, рассказывала ей, что родная мать Ся Сяолань уже ездит на легковой машине, причем импортной!
Если бы семья Чжоу И вытряхнула все закрома, они смогли бы купить квартиру — когда Ся Сяолань покупала жилье, старшая тетя всё подсчитала.
Но в эти времена импортный автомобиль стоил дороже квартиры. Тот «Шевроле», на котором ездила Лю Фэнь, семье Чжоу И был совершенно не по карману. А если бы они смогли его купить, к финансовой чистоплотности Чжоу Вэньбана возникло бы много вопросов.
Вспомнив об этом, старшая тетя снова начала язвить:
— Дела в магазине Сяо Лань идут просто прекрасно, слышала, твоя мама теперь ездит на импортном авто. Сяо Лань, не обижайся на мои слова, но таким семьям, как наши, не стоит вести себя слишком вызывающе. Даже если есть деньги, не обязательно тратить их все под чистую, верно? Посторонние могут плохо подумать о семье Чжоу, чего доброго решат, что второй дядя Чжоу И занимается чем-то нехорошим… Ох, посмотрите на меня, вечно я говорю неприятные вещи.
Знает, что неприятные, но всё равно говорит — неужели так трудно промолчать?
Гуань Хуэйэ и Чжоу Гоцзинь не имели ничего против, а старшая тетя лезла не в свое дело.
Ся Сяолань усмехнулась:
— Пусть посторонние говорят что хотят. Дядя Чжоу — человек честный, как это может его коснуться? Если во всем оглядываться на других, это будет значить, что нам самим неспокойно на душе! К тому же, людям пора привыкать, в будущем такого будет только больше.
Если уж одну «Шевроле» нельзя водить, то когда Сяо Лань заработает больше денег, она сменит матери машину на еще лучшую.
Словами о том, что людям пора привыкать, Ся Сяолань на самом деле намекала старшей тете, чтобы та привыкала сама и не лезла со своими поучениями!
Старшая тетя, которая полдня изводила Гуань Хуэйэ, не выдержала острого языка Ся Сяолань. Получив отпор от младшей, она утратила свою наигранную вежливость, подхватила Чжоу И и ушла, отказавшись даже от ужина.
Ся Сяолань с извиняющейся улыбкой посмотрела на Гуань Хуэйэ:
— Тётя Гуань, ничего, что я её так спровадила?
Гуань Хуэйэ махнула рукой:
— Я должна тебя поблагодарить. Она сегодня мне все уши прожужжала, и это уже не первый её визит. Ты её проучила, так что теперь у меня будет несколько спокойных дней.
Ся Сяолань сразу перешла к делу:
— Тётя Гуань, я хотела кое о ком разузнать. Вы знаете, что я знакома с мэром Таном. Он упоминал одного человека, которого очень уважает — своего старого начальника, который всегда его продвигал и поддерживал. Вы знаете, кто это?
Возможно, Чжоу Гоцзинь знал бы лучше — на его уровне расстановка сил в ведомствах была видна как на ладони.
Ся Сяолань спросила наудачу, но Гуань Хуэйэ действительно была в курсе:
— Ты еще совсем девчонка, зачем тебе такие расспросы?
Гуань Хуэйэ проявила настороженность. Одно дело, если Ся Сяолань занимается бизнесом — с любыми неприятностями семья Чжоу поможет справиться.
Но расспросы о внутренних делах системы никак не вязались с возрастом и положением Ся Сяолань, и Гуань Хуэйэ беспокоилась за неё…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
