Выбиться в люди.
Эти три слова так просто произнести, но так трудно воплотить в жизнь.
Тайком пробраться в Гонконг, потерпеть неудачу в поисках родни — хотелось плакать. Таскать тюки в порту — хотелось плакать.
Но плакать ей было нельзя.
Слезы проблем не решат; когда от желания расплакаться опускаешь голову, стоит поднять взгляд к небу, но из ее каморки неба было совсем не видать. На материке все говорили, что Гонконг — это рай, где золото лежит прямо под ногами.
Только перебравшись сюда, понимаешь: в раю тоже есть бедняки, и гонконгским беднякам живется немногим лучше, чем тем, кто на материке.
Однако у Гонконга есть одно преимущество: если готов вкалывать и трудиться, с голоду не умрешь. На материке не так: предприятия государственные, и если человек устраивается на работу, он намертво привязан к своему месту. Если его уволят — это крах всего… В Гонконге же смена работы — дело обыденное.
Предыдущая работа была в порту грузчиком, следующая может быть подсобным рабочим в чайном ресторане.
Если повезет чуть больше, она сможет устроиться клерком в крупную компанию.
Здесь ничья жизненная траектория не была жестко ограничена. Она постоянно подбадривала себя, беря в руки газету, лежавшую у подушки. Объявления о найме в колонках она изучала уже долго: для офисного клерка требовался всего лишь диплом о среднем образовании и знание английского.
Гонконг не признавал дипломы материка; эта должность предназначалась для местных жителей.
Но она все равно могла попробовать.
Английский она знала и раньше.
И за эти два месяца усердно учила кантонский диалект.
Преодолев языковой барьер, она, возможно, сумеет поскорее закрепиться в Гонконге. Не то чтобы она не хотела идти в чайный ресторан — работа там явно не тяжелее, чем таскать тюки на пристани. Но те, кто работает там, каждый день ходят на одно и то же место; заработанных денег хватает на повседневную жизнь, но где взять лишние средства и время на саморазвитие?
— Работа в чайном ресторане — это путь в никуда. В молодости ищешь, где проще, а к старости так и останешься привязанной к одной лавке на всю жизнь. Если уж идти в прислуги, то лучше в крупную компанию. Сейчас это не важно — простая девчонка на побегушках может стать секретарем, а секретарь может расти и дальше…
Проведя в Гонконге какое-то время, она уже ясно осознала эти вещи.
Засыпая с газетой в обнимку, на следующий день она отправилась искать работу по объявлениям.
О рассылке резюме не стоило и мечтать. У нее не было опыта официальной работы в Гонконге, пустое резюме вернули бы, даже не взглянув. Лучше явиться лично и попытать счастья.
Единственный комплект ее одежды, сохранившийся на восемьдесят процентов новым, трудно было назвать солидным.
К счастью, она берегла его: ни складочки, все чисто и опрятно.
Белые воротнички Гонконга одевались модно; она, приехавшая с материка, не была совсем уж деревенщиной, просто не имела денег на наряды.
Ее выручала молодость и неплохие природные данные.
Узнав, что она умеет читать, писать и говорить по-английски, в компании, набиравшей сотрудников, закрыли глаза на отсутствие диплома. В конце концов, им требовался всего лишь рядовой клерк.
— У вас свободный английский, да и собой вы хороши. Работайте в компании прилежно, и рано или поздно вас зачислят в штат. Кстати, как вы сказали, вас зовут?
У большинства офисных сотрудников в Центральном районе были английские имена. Хотя эти местные гонконгские имена казались ей странными — например, какое-нибудь «Сиси» вовсе не походило на официальное имя…
— Меня зовут А Цюн.
А Цюн так А Цюн — звучит простовато. Если бы не хороший английский, ее бы ни за что не взяли. Что поделать, если сейчас делами заправляет второй молодой господин. Ду Шао долго учился за границей, по-английски говорит беглее, чем на кантонском. Подчиненные, подражая начальству, старались выслужиться.
— Завтра выходите на работу. Зарплата на испытательный срок…
Е Сяоциун слушала внимательно.
Группа «Чэнжун» была крупной гонконгской компанией, и она сама не ожидала, что пройдет собеседование.
Хоть это и была работа на побегушках в офисе, и нужно было пройти испытательный срок, чтобы закрепиться, эта работа уже была совершенно иного уровня, чем каторжный труд в порту. Дело не только в заработке — сама площадка была на несколько ступеней выше.
От этой мысли глаза снова предательски защипало.
Она поспешно задрала голову:
— Е Сяоциун, плакать — это удел слабых. Ты обязательно со всем справишься.
У входа остановился черный седан. Водитель предупредительно открыл дверь, из машины вышел подтянутый молодой человек в строгом костюме. Кто-то хотел услужливо перехватить его портфель, но молодому человеку это не понравилось.
— Не тратьте силы на это. Подхалимство мне не по душе. Я увижу сегодня нового секретаря?
— Второй молодой господин прав, кандидатуры в секретари уже предварительно…
Группа людей, окружив второго молодого господина, вошла в здание. Скромно одетая Е Сяоциун совершенно не попала в поле его зрения.
Она отошла в сторону, стараясь не привлекать внимания лишним шумом.
Прошедшим мимо был Ду Чжаоцзи, второй молодой господин группы «Чэнжун». По возрасту он, пожалуй, был даже младше нее. В гонконгских газетах писали, что он гораздо способнее своего брата-плейбоя. Вернувшись из Британии, он прибрал к рукам семейное дело, вынудив старшего брата от того же отца уехать на материк — распри в богатых домах Гонконга давали пищу многим местным газетам и журналам; какова правда на самом деле, Е Сяоциун не знала.
Услышав, как Ду-эршао спрашивает, наняли ли секретаря, Е Сяоциун ощутила острую зависть.
Она, конечно, завидовала не возможности работать рядом с богатым наследником, а зарплате и профессиональным перспективам секретаря.
К сожалению, у нее не было ни диплома, ни гонконгского удостоверения личности, ни опыта работы. Шансы взлететь к небесам одним прыжком равнялись нулю. Оставалось только начинать с самых низов, с девочки на побегушках в офисе.
Е Сяоциун шла легкой походкой. Сегодняшний день прошел удачнее, чем она ожидала. Чтобы выбиться в люди, нужно идти шаг за шагом.
Не может же она всю жизнь проработать на побегушках!
…
Е Сяоциун хотела выбиться в люди.
В этом мире, за исключением ничтожной доли тех, кто привык плыть по течению, кто не хочет выбиться в люди?
Мао Гоушэн впустую потратил почти двадцать лет. У него была возможность, но он сам от нее отказался.
Он отверг добрые намерения своего старшего соученика Чжоу Маотуна, не желая работать на Ся Сяолань… В душе он утешал себя тем, что Ся Сяолань еще молода, и вложенные ею деньги, скорее всего, просто канут в воду без звука. Кто же знал, что «Цихан Дичань» едва успеет открыться, как тут же получит разрешение на землю.
Мао Каншань с супругой обосновались в Пэнчэне и не возвращались. Мао Гоушэну оставалось только сидеть в Ханчжоу и разузнавать новости через старшего соученика Чжоу Маотуна.
Он не признавался, что его беспокоит компания Ся Сяолань, говоря лишь, что переживает за своего старика.
Через Чжоу Маотуна из «Цихан Дичань» одна за другой приходили новости:
В «Цихан» набрали людей.
В «Цихан» получили участок земли.
Мусорный пустырь, доставшийся «Цихан», расчистили и даже нашли там золотой песок.
Свалка превратилась в золотой прииск, а цена на землю взлетела до небес!
На стройплощадке начали закладывать фундамент.
Как только фундамент был готов, строительство пошло невероятно быстро. У «Цихан» не было недостатка в капитале для возведения зданий — из-за резкого скачка цен на землю банки выдали Ся Сяолань огромные кредиты.
Мао Гоушэн, сохраняя напускную важность, ждал и ждал, но так и не дождался приглашения, ради которого стоило бы «трижды посетить хижину».
Ся Сяолань не приехала просить его лично, а его родной отец Мао Каншань и вовсе выбросил его из головы — никто о нем не вспомнил. С каждой хорошей новостью от Чжоу Маотуна Мао Гоушэн получал нагоняй от Чжэн Шуцинь. Она честила его за то, что способностей у него мало, зато гонора хоть отбавляй, и что поделом ему — вовек не разбогатеет.
Мао Гоушэну было невыносимо выслушивать ругань жены, и он не выдержал:
— Неужели ты хочешь, чтобы я пошел повинную голову склонять, вилял хвостом перед Ся Сяолань и вымаливал у нее работу?
Чжэн Шуцинь плюнула:
— Ты просто скажи старшему брату Чжоу, что согласен пойти в «Юэшэн Цзяньгун», а уж остальное он наверняка поймет!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
