Только Ся Сяолань могла в мгновение ока придумать такой ход, который и Цзян Хун развлечет, и заставит Чжоу И страдать, не имея возможности пожаловаться.
Любой другой на её месте, боясь будущих упреков, скорее всего, попытался бы сгладить углы и помирить супругов Цзян Хун с дочерью. Ся Сяолань же, напротив, совершенно не заботилась о Чжоу И и делала то, что хотела… Результат, конечно, впечатлял, но Тан Хунэну она казалась недостаточно гибкой.
Впрочем, Ся Сяолань уже была куда опытнее и взрослее своих сверстников, а в её изворотливости сквозила определенная самобытность. Тан Хунэн и не мог требовать от неё безупречности и абсолютной дальновидности в делах.
Зная, что Тан Хунэн просто подшучивает, Ся Сяолань ничуть не смутилась:
— Пусть ненавидит, если хочет. Если у неё хватит способностей как-то мне насолить, то дядя и тетя Чжоу Чэна еще должны будут меня поблагодарить.
К этому моменту в её жизни хватало тех, кто её ненавидел. Но далеко не каждый был способен на реальную месть; чтобы по-настоящему вставлять ей палки в колеса, нужно было из себя что-то представлять и обладать хоть какими-то талантами. Ся Сяолань считала, что если такой день когда-нибудь настанет, Чжоу Вэньбан и Цзян Хун обязательно должны будут сказать ей спасибо за то, что она послужила для их дочери стимулом.
Лю Фэнь редко обсуждала людей за спиной, но сейчас не удержалась и поддержала дочь:
— Кузина Чжоу Чэна совсем глупая. Какого бы парня ни нашла, но зачем ей было связываться с этой семьей Ван?
В день свадебного банкета Лю Фэнь слышала, как мать Юаня препиралась с работниками ресторана из-за счета, и её охватило чувство дежавю. Мать Юаня напомнила ей тот ужас, который она испытывала под гнетом старухи Ся. А еще две сестры Юань Ханя, которые вовсю хлопотали над свадьбой… Говорили, что когда Чжоу И и Юань Хань сбежали, именно сестры помогли им спрятаться. Разве могут они быть хорошими людьми? Лю Фэнь казалось, что Чжоу И придется еще тяжелее, чем ей когда-то: у неё была одна злая свекровь, а у Чжоу И их будет целых три.
Тан Хунэн утешил её:
— Тебе не стоит о ней беспокоиться. Пока за её спиной стоит семья Чжоу, как бы плохо ей ни жилось, до края она не дойдет.
Когда дурь из головы выветрится, у неё всегда будет путь к отступлению. Она еще молода. Если даже А Фэнь и Сяо Лань смогли вырваться из болота и изменить свою жизнь, нет причин считать, что Чжоу И не сможет подняться.
Тан Хунэн не проявлял интереса к чужим дочерям, он по-прежнему больше всего восхищался собственной женой:
— Как только приедем в Пэнчэн, я первым же делом пойду к старшему брату.
Их с Лю Фэнь поступок был из разряда «сначала сделал, потом доложил». Свидетельство о браке уже получено, и даже если дядя Лю Юн будет недоволен, он же не заставит их разводиться. Зная, как Лю Фэнь и Ся Сяолань дорожат Лю Юном, Тан Хунэн никогда не относился к нему с пренебрежением.
По прибытии в Пэнчэн Ся Сяолань сразу же направилась в Цзиньшачи. Квартиры в Цзиньшачи были распроданы подчистую, потенциальных покупателей больше не было, и рабочие вовсю продолжали стройку. Повсюду царила атмосфера суеты и процветания.
Ин Цзиньчуань, завидев её, подошел:
— Госпожа Ся, вы как раз вовремя. У меня назначена встреча с начальником Панем, не хотите пойти со мной?
— По поводу возврата кредита?
Ся Сяолань думала, что этот вопрос давно закрыт, но, похоже, волокита продолжалась.
— Пойдемте.
Ся Сяолань повернулась к Гэ Цзяню:
— За эти две недели случилось что-нибудь важное?
— Состояние Ло Яоцзуна стабилизировалось, он всё еще в больнице. Члены семьи Ло приходили на стройку, но, так как квартиры в Цзиньшачи уже проданы, а вы велели не обращать внимания на их угрозы, я с ними не церемонился и просто выставил вон.
Гэ Цзянь не стал упоминать, что семья Ло распускала грязные слухи, называя Ся Сяолань бездушной и вероломной. Ся Сяолань и сама могла об этом догадаться. Такие люди не успокоятся, пока не увидят крышку гроба. Стоило Ло Яоцзуну пойти на поправку, как его родня захотела большего.
Но квартиры проданы, станет ли она и дальше потакать их капризам? Если у них хватит наглости устроить беспорядки, она при каждом их появлении будет вызывать полицейский участок. Теперь Ся Сяолань действовала решительно и не собиралась ни перед кем церемониться!
— Ты всё правильно сделал, нечего с ними миндальничать.
Она последовала за Ин Цзиньчуанем в банк. По идее, банк уже должен был закрыться, но начальник Пань явно стремился к карьерному росту и добровольно задерживался на работе. Пань Ицзюня перевели обратно в кредитный отдел, теперь он был заместителем, а Шэн Сюань — начальником. Однако он ничуть не чувствовал себя ущемленным; будучи её замом, он ловко лишал её реальной власти.
Ин Цзиньчуань хмыкнул:
— Лао Пань умеет ловить момент.
Какой момент? Только со слов Ин Цзиньчуаня Ся Сяолань узнала, что Тан Хунэн послал секретаря Пэна раздать Шэн Сюань свадебные сладости… И ладно бы просто сладости, но секретарь Пэн оказался человеком суровым и немногословным, добавив от себя пару слов, от которых Шэн Сюань опозорилась по полной программе!
В банке поползли самые разные слухи. О руководстве в открытую шептаться не смели, поэтому главной темой обсуждений стала Шэн Сюань. Красивая женщина в возрасте и до сих пор не замужем — это всегда вызывало вопросы. Оказалось, начальник Шэн не выходит замуж не потому, что не хочет, а потому, что обычные мужчины ей не ровня — ей подавай место жены высокопоставленного чиновника. И ради достижения этой цели она, видимо, совершила нечто настолько непозволительное, что секретарь лидера лично приехал с предупреждением под видом раздачи свадебных угощений.
Ся Сяолань сразу всё поняла: в последнее время Шэн Сюань и правда приходилось несладко. Товарищ Лао Тан молодец — сделал всё втихую, не бахвалясь своими заслугами… Когда мама узнает об этом из других источников, разве она не будет тронута до глубины души? Мастер интриг остается мастером интриг; он никогда не ходит проторенными тропами — стоит тебе привыкнуть к его старым приемам, как он тут же изобретает что-то новое!
В банке они встретились с Пань Ицзюнем, который кивнул в сторону соседнего кабинета:
— Начальник Шэн тоже задерживается.
Ся Сяолань не поверила:
— Господин Пань, вы же её почти полностью отстранили от дел, над чем ей там работать сверхурочно?
Пань Ицзюнь самодовольно, хоть и с напускной скромностью, пояснил:
— Начальник Шэн ведь из столицы, у неё связи глубокие, всегда найдутся друзья, готовые поддержать её показатели… Последние пару дней владелица одной столичной компании по производству одежды обсуждает с ней вопрос кредита. Она сейчас как раз там, за стеной.
Ся Сяолань насторожилась:
— Вы видели, кто это?
— Женщина-босс, одета дорого, собой хороша. Как вошла в банк — сразу видно, большая шишка. Слышал, хочет занять у начальника Шэн несколько миллионов на расширение бизнеса.
Хозяйка швейной компании из Пекина? Ся Сяолань тут же вспомнила про Цзи Я. В прошлые выходные, когда она встречала Тан Хунэна и маму в аэропорту, она как раз видела Цзи Я и Цзи Цзяньюаня, прилетевших в Пэнчэн. Неужели Цзи Я так и не вернулась в столицу, а осталась здесь, чтобы получить кредит?
Цзи Я действительно знала, к кому обратиться. Если и был кто-то, кто мог одобрить ей кредит, так это Шэн Сюань. Ся Сяолань и представить не могла, что у Цзи Я настанет день, когда ей не будет хватать денег; она-то думала, что Цяо Чжи — это своего рода ходячий банкомат, выдающий Цзи Я столько, сколько та пожелает. Цяо Чжи определенно не относился к числу самых проницательных богачей Америки, но и полным дураком не был. Вероятно, поняв, что у Цзи Я нет таланта к коммерции, он перестал вкладывать деньги в её бренд одежды.
Это был правильный поступок для бизнесмена: если инвестиция не приносит ожидаемой прибыли, нужно вовремя зафиксировать убытки и остановиться. «Банкомат» сломался, но Цзи Я, очевидно, не желала с этим мириться и решила взять кредит самостоятельно.
Несколько миллионов? Запросы у Цзи Я были нешуточные.
Заинтересовавшись, Ся Сяолань намеренно задержалась в кабинете Пань Ицзюня подольше, и не зря — за стеной переговоры закончились раньше. Дверь кабинета Шэн Сюань открылась, и оттуда вышла изысканная женщина с сумочкой в руках. Разве это не Цзи Я?
— Значит, договорились.
Цзи Я и Шэн Сюань крепко пожали друг другу руки. Судя по всему, вопрос с кредитом был решен.
Пань Ицзюнь скривился и понизил голос:
— Активов, которые эта госпожа Цзи предоставила в залог, явно недостаточно для кредита в несколько миллионов. Начальник Шэн слишком уж рискует.
Ся Сяолань прыснула со смеху:
— Разве это не прекрасно? Те приемы, которые начальник Шэн использовала против вас, теперь вы можете предложить попробовать и ей самой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
