— Почему я должна помогать этой женщине по фамилии Чжоу?
— То, что случилось с ней, называют обманом, а что тогда со мной?
— По крайней мере, половина моих страданий причинена ею!
— Возможно, заставить ее тоже вкусить горечь, которую познала я, и будет настоящей местью!
Эти мысли возникали одна за другой, и Е Сяоциун никак не могла их унять.
Она даже с цинизмом подумала: раньше, когда дело касалось производственной линии, Ся Сяолань и Чжоу Чэн не желали помогать, а теперь, когда затронуты их близкие, они снова приходят к ней и спрашивают, какая помощь ей нужна и не хочет ли она объединиться, чтобы проучить Юань Ханя?
Нет!
Если бы с производственной линией все получилось, у нее были бы силы отомстить самой. Хотя она уже заслужила доверие второго молодого господина Ду, из-за одной неудачи ее снова низвергли на самое дно.
Ся Сяолань спросила, в какой отдел ее перевели?
Из секретаря подле Ду Чжаоцзи она превратилась в простую рабочую на производстве!
В цеху не умолкая грохотали станки. Образ блестящего и элегантного секретаря остался для Е Сяоциун в прошлом; теперь она, как и те рабочие, нанятые в Таиланде, была насквозь пропитана запахом пота.
Е Сяоциун тяжелой походкой шла к своему жилью.
Она не сдастся.
Раз уж она смогла таскать тюки в портах Гонконга, то и в цеху работать сможет. Она надеялась, что гнев второго молодого господина Ду — лишь временная вспышка. Если она проявит терпение, ее еще могут вернуть к нему.
Это были прежние планы Е Сяоциун, но теперь все изменилось. В ее душе полыхал огонь; она не могла продолжать терять время в цеху. Пока она страдала, Юань Хань, в качестве зятя в высокопоставленной семье, жил припеваючи в Пекине!
Почему она должна спасать Чжоу И?
А кто спасет ее!
— …Быть хорошим человеком — это просто смешно.
Зачем Ся Сяолань и Чжоу Чэну нужно было возиться с ней в поезде, почему не дали ей самой барахтаться в своей судьбе? Тогда бы она не мучилась так сейчас.
Зачем было обязательно рассказывать ей правду?
И почему это обязательно должна быть двоюродная сестра Чжоу Чэна?
…
В этом мире не на все вопросы есть ответы.
Что случилось, то случилось. Разве можно стереть это ластиком и притвориться, будто ничего не было?
Е Сяоциун считала себя несчастной, но Цзян Хун и Чжоу Вэньбан тоже пребывали в растерянности. Чжоу И сама была слепа и прыгнула в яму, вырытую семьей Юань. Супруги пытались ее остановить, но тщетно!
Чжоу И сбежала.
Чжоу И забеременела.
Чжоу И собралась замуж.
У Чжоу И родился ребенок.
После родов Чжоу И спасали в реанимации.
Все эти события шли чередой, и Чжоу Вэньбану с Цзян Хун волей-неволей приходилось брать это на себя.
Рожденного ребенка обратно не засунешь. Если бы Чжоу Вэньбан мог выбирать, он бы предпочел, чтобы Чжоу И сделала аборт еще в самом начале!
Сегодня Чжоу Вэньбан вызвал Юань Ханя в больницу, чтобы сообщить ему об отъезде Чжоу И за границу. Это был первый раз, когда Чжоу Вэньбан заговорил с ним после свадьбы с Чжоу И.
На душе у Юань Ханя было неспокойно, он не знал, что скажет Чжоу Вэньбан.
Что касается обморока Чжоу И после родов, Юань Хань и сам считал себя несправедливо обвиненным. Он ничего не понимал в женских родах. Он считал, что заботился о Чжоу И во время беременности достаточно хорошо — неужели он должен был еще и в акушерстве разбираться?
Его матери не понравилось, что Чжоу И родила дочь, и Юань Хань в последние дни проводил дома воспитательные беседы.
Кому не хочется сына?
Юань Хань тоже надеялся, что Чжоу И родит мальчика с первой попытки.
Но Чжоу И родила дочь, а теперь, когда планирование семьи контролируется так строго, если политика не изменится, у него с Чжоу И, скорее всего, будет только эта дочь. Юань Хань очень сожалел, но не мог показать этого ни единым жестом.
Видит бог, он искренне желал Чжоу И благополучия. Как кричала Цзян Хун в трубку: если бы не Чжоу И, он не имел бы к семье Чжоу ни малейшего отношения!
Чжоу И побывала на пороге смерти, и семья Чжоу наверняка была в ярости. Все эти дни Юань Хань был занят тем, что успокаивал Чжоу И, и в то же время с замиранием сердца ждал реакции семьи Чжоу. И вот когда Чжоу Вэньбан наконец решил поговорить с ним наедине, Юань Хань не на шутку разнервничался.
— Тесть…
— Сначала перестань меня так называть. Я никогда не признавал тебя зятем семьи Чжоу, это Чжоу И сваляла дурака, выскочив за тебя. Ты мне не нравишься, но уж так вышло, что у вас с Чжоу И даже ребенок родился. Не будем о том, что произошло при родах, я лишь спрошу: какие у тебя планы на будущее?
Чжоу Вэньбан буквально зажимал нос от отвращения, разговаривая с Юань Ханем.
Юань Хань был крайне удивлен.
Чжоу Вэньбан не стал его винить? Судя по тону, он собирался устроить его на работу?
Юань Хань сдержал радостное выражение лица:
— Я, конечно, хочу работать. Не то чтобы я не желаю сидеть дома и заботиться о Сяо И, но если я, взрослый мужчина, позволю ей работать и содержать меня, разве это не будет для нее слишком тяжело? Однако Сяо И только что родила. Я планирую сначала помочь с ребенком, когда ее выпишут, а через какое-то время, когда она окрепнет, уже выйти на работу… Вот такие у меня планы.
К этим словам невозможно было придраться.
В каждой фразе он ставил Чжоу И на первое место. Если бы не вскрылись гнусные дела семьи Юань, то со временем отношение Чжоу Вэньбана и Цзян Хун могло бы смягчиться.
Но сейчас притворство Юань Ханя вызывало у Чжоу Вэньбана лишь тошноту!
— Ты вернешься на прежнее место службы. В должности произойдут изменения, заставлять тебя просиживать штаны в запасе не будут. Что касается Чжоу И, ей твоя забота не нужна. Как только закончится послеродовой месяц, она уедет за границу на стажировку. Эти два дела должны произойти одновременно. Обсуждай это с Чжоу И сам.
Сказав это, Чжоу Вэньбан сухо развернулся и ушел.
Услышав первую половину, Юань Хань обрадовался, но постепенно до него дошел смысл.
Его хотят разлучить с Чжоу И?
Семья Чжоу снова устраивает его на работу, чтобы этим умилостивить?
Семья Чжоу отделывается от него, как от попрошайки!
Юань Хань был в ярости, но на лице отразилось лишь страдание. Он вошел в палату:
— Сяо И, нам нужно поговорить. Я знаю, что ты еще не остыла. Тесть сказал, что ты уезжаешь на стажировку за границу. Это твоя идея?
Чжоу И повела глазами:
— А ты разве не хочешь вернуться на службу?
Юань Хань осекся.
Конечно, он хотел вернуться!
У каждого мужчины есть амбиции, и Юань Хань не только обладал ими, но и был готов платить за них цену. Раз уж Чжоу Вэньбан наконец смягчился, он не мог устоять перед искушением, даже понимая, что здесь есть какой-то подвох.
Чжоу И уедет на стажировку за границу?
Пока у них были хорошие отношения, он бы не беспокоился, но сейчас Чжоу И явно злилась, и Юань Хань колебался.
Он боялся потерять большее ради малого. Что он будет делать, если Чжоу И уедет и не вернется?
Чжоу И отвернулась:
— Раз ты сам согласен, то слушай отца: я уезжаю за границу, а ты возвращаешься на работу. Почему я попала в больницу раньше срока — мои родители не знают, но ты-то, Юань Хань, разве не знаешь? И твоя мать, которая запрещала врачам делать кесарево… Я сейчас никого из вашей семейки видеть не хочу. Заграница — это как раз то, что нужно. Иначе так жить невозможно!
Эти слова, напротив, наполовину успокоили Юань Ханя. Значит, она просто капризничает.
Раз она готова разговаривать, Юань Хань не боялся ее гнева:
— Я выйду на работу, но ты не уезжай. Я отправлю мать и сестер обратно в деревню, пообещаю, что они не будут тебя беспокоить, пойдет? Мы ведь женаты всего полгода, неужели тебе не жаль оставлять меня? Неужели не жаль бросать дочь?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
