Ду Чжаохуй передал купленное Мао Каншаню. Тот лишних вопросов задавать не стал: раз ученик велел забрать — значит, так тому и быть.
Ся Сяолань тоже перевела пятьсот тысяч гонконгских долларов на счет Ду Чжаохуя.
Жилой комплекс Цзиньшачи был сдан раньше срока. Владельцы в радости принимали квартиры и начинали ремонт, в том числе и помощник Тан Юаньюэ.
Послушав господина Тана и купив квартиру в Цзиньшачи, он не прогадал — инвестиция оказалась выгодной.
Качество в Цзиньшачи было отменным. Дома только сдали, а цена за квадратный метр в корпусах у центрального пруда «Золотой бассейн» подскочила уже выше трех тысяч юаней. Если бы помощник Тан Юаньюэ решил продать жилье сейчас, он бы неплохо заработал.
Впрочем, желающих продавать пока не было — все остались крайне довольны покупкой.
Особенно после того, как управление взяла на себя компания «Цихан», было не преувеличением сказать, что Цзиньшачи стал самым элитным комплексом в Пэнчэне!
Прежний проект Лю Тяньцюаня, Дунху Лиюань, на его фоне померк окончательно. Гонконгские владельцы квартир в Цзиньшачи, возвращаясь домой, расхваливали его наперебой, тем самым бесплатно делая рекламу «Цихан».
Люди даже звонили в «Цихан Дичань», чтобы узнать, когда начнутся продажи в новых проектах.
На этот вопрос ответить было трудно.
Владелица еще выбирает участки, сотрудники «Цихан» и сами не знали, что будет следующим проектом.
Но контакты потенциальных клиентов записывали обязательно, обещая уведомить их первыми, как только начнется новая продажа недвижимости.
Помощник Тан Юаньюэ, побывав в Цзиньшачи, сразу влюбился в атмосферу комплекса.
Сделать в такой квартире ремонт и переехать — отличный вариант.
Тан Юаньюэ планировал долгосрочно развиваться на материке, сделав Пэнчэн основной базой на ближайшие годы, так что помощник решил обосноваться в Цзиньшачи.
Принимая квартиру, он еще раз мысленно поблагодарил господина Тана — ведь часть суммы за жилье Тан Юаньюэ помог оплатить.
Помощник говорил это без задней мысли, но Тан Юаньюэ, и без того задетый сотрудничеством Ду Чжаохуя и Ся Сяолань, воспринял это иначе. С февраля он не общался с Ся Сяолань. Его бывшая невеста Хэ Чжитун уже нашла себе нового ухажера, а Тан Юаньюэ все еще был один… Обычно он старался об этом не думать, но стоило мысли промелькнуть, как чувство досады вспыхивало с новой силой.
Разве его чувства не были искренними?
Пусть при разрыве помолвки он и пустил в ход хитрость, но ведь именно из-за Ся Сяолань у него вообще возникла мысль о разрыве!
Не будь Ся Сяолань, Тан Юаньюэ не противился бы браку, устроенному семьей. Хэ Чжитун хоть и ревновала иногда, но по-настоящему его не ограничивала… Пока помощник продолжал рассказывать о комплексе Цзиньшачи, Тан Юаньюэ перебил его:
— Закажи мне билет на самолет до Нью-Йорка.
Мысли господина Тана скакали слишком быстро!
Это было незапланированное изменение в графике. Помощник, ломая голову над тем, как перестроить дела, тем не менее без колебаний согласился.
Работать на такого человека, как Тан Юаньюэ, значило получать высокую зарплату, но здесь требовались и блестящее образование, и выдающиеся способности. Заставлять босса нервничать было нельзя — если не справишься с его поручением, на твое место быстро найдут другого.
Через некоторое время помощник вошел в кабинет с докладом:
— Я заказал вам билет на послезавтра на десять утра. Будут еще поручения, господин Тан?
В глазах Тан Юаньюэ промелькнуло воодушевление.
— Нет, можешь идти работать.
Помощник удивился: неужели господин Тан на этот раз не планирует брать с собой сопровождение в Америку?
…
Старший молодой господин Тан в предвкушении ждал вылета в Нью-Йорк.
В то же время в одной из элитных гонконгских квартир Ся Цзыюй заказала в ресторане несколько закусок и ждала Ду Чэнжуна.
Нанятая горничная не выдержала и из добрых побуждений напомнила Ся Цзыюй:
— Вам стоит самой приготовить господину Ду пару блюд.
Ся Цзыюй лишь усмехнулась. Мысль о том, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, была глупостью, которую она уже совершила с Ван Цзяньхуа. Она долго прикидывалась добродетельной женщиной, ела в столовой пустые маньтоу, чтобы купить Ван Цзяньхуа свинину… И какой в итоге был прок?
Так поступают женщины, которые хотят стать женами.
Ся Цзыюй же определила себе роль любовницы.
Любовница должна дарить мужчине легкость и радость. Зачем губить себя в кухонном дыму, превращаясь в желтолицую бабу, когда можно надеть шелковую сорочку и надушиться? Ся Цзыюй не была столь глупа.
— Сун Сао, у меня свои планы, впредь не давай мне советов.
Горничная хотела как лучше. Платят здесь много, и ей хотелось, чтобы у Ся Цзыюй все шло в гору — ведь быть любовницей или пятой госпожой в доме Ду — это совершенно разные вещи.
Но ее непрошеный совет разозлил хозяйку, и Ся Цзыюй была явно недовольна.
Горничная поспешила замолчать:
— Виви, тогда я закончу на сегодня.
Эта квартира была местом встреч Ду Чэнжуна и Ся Цзыюй, где они предавались страсти без лишних глаз. Лишний человек в такой обстановке мешал, поэтому горничная уходила сразу после того, как выполняла всю работу по дому.
Ся Цзыюй перед зеркалом нанесла на тело лосьон, брызнула немного духов и махнула горничной рукой, отпуская ее.
Но не успела та уйти, как раздался звонок в дверь.
— Похоже, господин Ду приехал раньше.
Горничная глянула в глазок и замерла — за дверью стоял вовсе не Ду Чэнжун, а две женщины, чьи лица часто мелькали в газетах: вторая и четвертая госпожи Ду!
Горничная в ужасе вскрикнула:
— Виви, беда! К нам пожаловали вторая и четвертая госпожи Ду!
Две жены семьи Ду пришли ловить любовницу своего мужа — у горничной духу не хватало открыть дверь.
Ся Цзыюй на миг замерла.
Она знала, что рано или поздно привлечет внимание жен Ду Чэнжуна, но не ожидала, что они явятся так скоро.
Горничная паниковала, а Ся Цзыюй, напротив, улыбнулась:
— Чего паникуешь? Пока не уходи, достань еще приборы. Гости на пороге!
Горничная подумала, что та лишилась рассудка: ни капли страха, да еще и приглашает вторую и четвертую госпожу Ду к ужину?
Но какой бы странной ни казалась Ся Цзыюй, тот, кто получает зарплату, должен подчиняться нанимателю.
Горничная дрожащими руками открыла дверь.
Ся Цзыюй даже не сменила сексуальную шелковую сорочку на бретельках, лишь накинув сверху легкий халат, и осталась сидеть с самым невозмутимым видом.
Дверь распахнулась.
Лю Кэин и вторая госпожа Ду вошли одна за другой.
Обе выглядели величественно, их драгоценности стоили целое состояние — истинный облик богатейшего клана Гонконга.
Осмотрев квартиру и увидев абсолютно спокойную Ся Цзыюй, Лю Кэин вспыхнула от гнева:
— Вторая сестра, вот она, эта Виви. Я-то думала, какая она красавица, а вблизи — ничего особенного. Ждешь господина Ду? Прости, у него внезапно появились дела, так что сегодня он не придет… Смотрите, как расстроилась. Что, господин Ду не предупредил?
Тон Лю Кэин был полон презрения, а в словах сквозил намек на то, что Ся Цзыюй для Ду Чэнжуна ровным счетом ничего не значит.
Ся Цзыюй понимала, что жены нашли способ отвлечь Ду Чэнжуна — в конце концов, они прожили с ним много лет и знали, на какие рычаги нажать.
Но разве могло презрение Лю Кэин задеть ее?
Ничуть!
Ся Цзыюй даже захотелось рассмеяться.
Раз жены Ду Чэнжуна уже видят в ней угрозу, это доказывает, что она заняла весомое место в его жизни.
Ду Чэнжун, возможно, уже подумывает о том, чтобы ввести ее в дом пятой женой, раз эти двое так примчались.
— Ду Дун волен делать что хочет, он не обязан меня уведомлять. У нас с ним лишь мимолетная связь, каждый получает то, что ему нужно. К чему вам эта враждебность? Раз Ду Дун сегодня не придет, не пропадать же хорошей еде. Садитесь, поедим и поговорим.
Лю Кэин и вторая госпожа Ду переглянулись.
— Эта Виви еще молода, но кожа у нее толстая — и впрямь наглая и непростая девица!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
