Благодаря людям Пань Баохуа Ся Сяолань, разумеется, очень скоро узнала, что Чжан Цзядун прибыл в Нью-Йорк.
Конгрессмен Чжан не воспринимал такую мелкую сошку, как она, всерьез — по крайней мере, так казалось со стороны, — поэтому Ся Сяолань могла спокойно учиться в Корнелле.
Этот Чжан Цзядун раз за разом заставлял Ся Сяолань пересматривать свое мнение о нем.
Она считала его настоящим, матерым боссом. Ей казалось, что если придется тягаться силами с таким человеком в Америке, у нее не будет ни единого шанса на победу.
Пока Цуй Ижу еще не сообщила, когда собирается отправиться в путь, Ся Сяолань первой получила звонок от Ци Вэй:
— Тут одна женщина по имени Джоан последние два дня постоянно ищет Чжоу И. Мне стоит вмешиваться?
Е Сяоциун снова приехала в Нью-Йорк?
За последние дни произошло слишком много событий: внезапное появление Цуй Ижу, мошенничество Чэнь Цина с акциями — всё навалилось разом. У Ся Сяолань просто не было времени следить за Чжоу И. Изначально она попросила Ци Вэй приглядывать за ней и направлять в нужную сторону. Ся Сяолань видела, что амбиции Ци Вэй не малы, и раз уж они договорились, та ради достижения собственных целей не ослабит контроль над Чжоу И.
И вот, визиты Джоан к Чжоу И сразу вызвали у Ци Вэй настороженность.
— Вы с Чжоу И сейчас в хороших отношениях, тебя можно считать ее лучшей подругой в языковой школе. Думаю, она ничего от тебя не скроет. Ты знаешь, зачем эта Джоан ее ищет?
— Просто приглашает Чжоу И куда-нибудь пообедать. Как только заканчиваются занятия, Джоан уводит ее, и та возвращается только поздно вечером. Я не знаю, чем они занимаются, но это мешает учебному плану Чжоу И… Если ей постоянно будут мешать, я не могу гарантировать, что через два месяца она сдаст тест на уровень 106.
Ци Вэй беспокоилась даже больше, чем Ся Сяолань.
Ся Сяолань дала ей два месяца «испытательного срока». Если Чжоу И сдаст тест языковой школы на уровень 106, Ся Сяолань организует для Ци Вэй ценную стажировку.
С тех пор Ци Вэй крайне серьезно относилась к учебе Чжоу И.
Сначала она убедила Чжоу И сократить время нелегальной подработки в китайском ресторане, ограничив его четырьмя часами в день.
Затем помогла привести в порядок учебный план.
Не то чтобы Чжоу И не знала методов обучения — просто она знала их слишком много. То, что разузнал для нее Чжоу Вэньбан, то, что советовала Ся Сяолань, и то, чему учили преподаватели в школе, — всё это смешалось в ее голове в беспорядочный ком.
Ци Вэй шаг за шагом распутывала эту путаницу.
Несколько дней назад Чжоу И уже прошла промежуточный тест и перешла в класс 102.
Ци Вэй поставила всё свое будущее на Чжоу И и не позволяла никому портить свои планы. Появление какой-то Джоан ее сильно раздражало.
Ся Сяолань сказала, что они в хороших отношениях, и Ци Вэй признавала это: они целыми днями были неразлучны, и их дружба крепла очень быстро.
Но стоило появиться Джоан, как Ци Вэй почуяла неладное: Чжоу И доверяла Джоан даже больше, чем ей.
Ся Сяолань прекрасно поняла жалобы Ци Вэй.
Эту глупышку Чжоу И было даже немного жаль.
Наверняка она думает, что нашла в Америке двух хороших подруг: Е Сяоциун и Ци Вэй… На самом же деле обе относятся к ней хорошо лишь ради своих целей.
Ся Сяолань не стала сочувствовать Чжоу И, она лишь подчеркнула один момент в разговоре с Ци Вэй:
— На пути к цели всегда будут возникать разные помехи. Кто угодно может искать встречи с Чжоу И. Твоя задача — выполнить свое поручение: сделать так, чтобы через два месяца она сдала на уровень 106.
Ци Вэй осеклась.
Она чувствовала себя злосчастной нянькой.
Что делать, если капризное дитя разлюбило учиться? Только уговаривать!
С этой точки зрения Ци Вэй даже завидовала Чжоу И. Та сама не стремилась к успеху, но за нее всё планировали другие, буквально толкая эту упрямую ослицу вперед. А вот ей, Ци Вэй, так нельзя — она приехала в Америку, поставив на карту всё, и ей приходится рассчитывать только на себя!
Ладно, придется потерпеть. Хорошая нянька должна быть исполнительной. Ци Вэй не верила в неудачу: раз уж она сумела добраться до Америки, то обязательно добьется той жизни, о которой мечтает. В конце концов, это всего лишь Чжоу И. Если она не справится с одной девчонкой, то какой из нее в будущем адвокат?
Ци Вэй полнилась решимости.
Ся Сяолань не смогла сдержать улыбки.
Эта Ци Вэй была довольно забавной: внешне ничем не примечательная, но скрывающая в себе огромную энергию.
На самом деле Чжоу И повезло, что рядом с ней оказался такой человек.
— Однако Е Сяоциун снова в Америке… Дела на фабрике второго молодого господина Ду идут в гору, раз она летает сюда в командировки так часто, — пробормотала Ся Сяолань, повесив трубку.
От Е Сяоциун мысли перешли к Ду Чжаоцзи, а от него — к Ду Чжаохуэю.
Странно, но Ду Чжаохуэй уже давно с ней не связывался. Сюй Цзин и Ма Хай наверняка доставили ему немало хлопот, и то, что он не пришел к ней похвастаться своими заслугами, было совсем не в его стиле.
— Таблетки, что ли, не те выпил?
Хотя нет, Ду Чжаохуэй, кажется, никогда и не принимал их правильно.
Ся Сяолань знала, что его нервозность могла быть лишь защитной маской, но образ человека с «неполадками в голове» уже настолько прочно за ним закрепился, что у нее выработался условный рефлекс.
***
— А-апчхи!
От морского бриза у Ду Чжаохуэя защекотало в носу. Чихание портило его имидж, поэтому он изо всех сил сдержался.
Конечно, он заботился о своем облике, особенно в исключительных ситуациях — Ду Чжаохуэй скорее бы умер, чем показал слабость.
Например, сейчас.
Его «пригласили» на борт силой. В его голову целились семь или восемь стволов, и любое неосторожное движение могло привести к роковой ошибке.
— А Хуа, не волнуйся. Если бы они хотели меня убить, то уже давно бы это сделали.
А Хуа не разделял оптимизма молодого господина.
То, что они не стреляли сейчас, могло означать лишь одно: они слишком близко к пристани, и избавляться от трупа неудобно. Скорее всего, они ждут, когда судно отойдет подальше.
Но Ду Чжаохуэй действительно был спокоен.
Он уже увидел на палубе Чай Хая. Не нужно было гадать, кто заставил его подняться на борт — определенно старик Цю. Именно поэтому он не переживал: у него не было со стариком Цю кровной вражды. Вот если бы его затащили на судно люди Лю Тяньцюаня, тогда бы Ду Чжаохуэй поубавил уверенности.
Дай Лю Тяньцюаню такой шанс, он бы точно его прикончил!
Чай Хай поднял руку:
— Опустите оружие. Как можно направлять стволы на молодого господина Ду? Он гость старика Цю.
Как только Чай Хай договорил, люди убрали пистолеты.
Ду Чжаохуэй язвительно усмехнулся:
— Управляющий Чай, с чего вдруг такая спешка? Если старик Цю хотел меня видеть, достаточно было просто передать слово, и я бы сам приехал в провинцию Фуцзянь поесть морепродуктов. К чему такие хлопоты и столько людей?
Называя его «управляющим», Ду Чжаохуэй явно насмехался над Чай Хаем, намекая, что тот — всего лишь евнух при императоре.
Конечно, старик Цю императором не был… но этот никчемный Чай точно был похож на евнуха!
Чай Хай пропустил оскорбительное обращение мимо ушей.
— Молодой господин Ду, значит, вы всё-таки знаете, что старик Цю всегда относился к вам с почтением. Но вы поступили нечестно. Вы думали, мы не узнаем, что вы тайно подослали людей вынюхивать дела старика Цю? Наш бизнес не так велик, как корпорация «Чэнжун», и мы сами не так знатны, как вы, но в нашем деле мы очень не любим, когда кто-то пытается докопаться до сути!
— О, так ты похитил меня только ради этой чепухи?
Ду Чжаохуэй ни капли не боялся.
Чай Хай разозлился:
— Это не чепуха. Вы слишком оптимистичны, если думаете, что в Гонконге мы не посмеем вас тронуть… Молодой господин Ду, советую вам об этом забыть. Ради куска хлеба для наших братьев мы пойдем на что угодно.
Доведенный до белого каления, Чай Хай перестал использовать уважительные обращения.
А Хуа был крайне напряжен, но Ду Чжаохуэй вел себя вызывающе:
— Прекрасно, я знаю, что вы ничего не боитесь. Тогда вели своим людям пристрелить меня.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
