Цзи Я загнали в угол.
Когда человек, который никогда не беспокоился о деньгах, сам заводит о них речь, это всегда вызывает удивление.
Госпожа Уилсон посмотрела на неё с полуулыбкой:
— Чем ты можешь мне помочь? Веришь ты или нет, но я никогда не планировала выманивать у Тины её деньги… К тому же, ты спохватилась слишком поздно. Адвокат, которого пригласил Фаэнь, скоро будет здесь. Это дело уже не повернуть вспять, понимаешь?
Не ради денег?
Окружить Тину такой заботой и не претендовать на её наследство — это совершенно не та госпожа Уилсон, которую знала Цзи Я.
Она даже о родном сыне, Цяо Чжи, не пеклась так сильно!
Цзи Я ни на грош ей не верила.
Но она также размышляла над словами госпожи Уилсон. Этот Фаэнь — о, его китайское имя Сюй Чанлэ — действовал слишком быстро. Адвокат, нанятый для оформления договора доверительного управления, вероятно, уже на подходе. Как только приедет юрист и будет подписано соглашение, Тине придётся ждать окончания университета, чтобы начать самостоятельно распоряжаться наследством — а это действительно огромная сумма.
Более двадцати миллионов долларов наличными. Пока финансовое положение госпожи Уилсон и старика Ивана не стало критическим, им было бы трудно выложить такую сумму разом!
Цзи Я окинула госпожу Уилсон сомневающимся взглядом.
Та лишь улыбалась в ответ, храня молчание, словно всё было под её контролем.
Цзи Я охватила тревога. Если госпожа Уилсон не нуждается в её помощи, то где же ей ещё раздобыть три миллиона долларов!
…
25 января 1987 года. До официального открытия «Чэнжун-плаза» оставалось пять дней.
Неизвестно когда, но среди простого народа начала набирать популярность присказка: «На востоке, западе, юге, севере и в центре — за богатством поезжай в Гуандун». Под «Гуандуном» подразумевалась провинция Юнань, где находился Янчэн. Будучи столицей провинции, Янчэн был самым процветающим и богатым городом, к тому же соседствующим со Специальным районом.
Если Пэнчэн всё ещё строился, то Янчэн уже стал необычайно ярким пятном на карте существующих городов страны. В такое место ежедневно со всех уголков Китая стекались поезда, держа путь на вокзал Янчэн.
Главное здание вокзала Янчэн, построенное в 70-х годах, занимало более 26 тысяч квадратных метров, а площадь перед ним достигала 40 тысяч квадратных метров — сколько же пассажиров он мог принять?
Ся Сяолань поначалу метила в спонсоры названий поездов, но когда этот путь оказался закрыт, она решительно сменила тактику!
Каково это — ехать в то время в поезде дальнего следования, знали лишь те, кто испытал это на себе. Особенно летом в вагонах стояла невыносимая духота и жара. Запах пота, вонючих ног и ароматы самых разных забродивших продуктов — после выхода из поезда человек гарантированно «прокисал»!
Поезда 80-х годов в народе называли «зелёными вагонами». Скорость была черепашьей, и те, кому не досталось сидячего места, вынуждены были стоять до самого пункта назначения. Они страшно завидовали пассажирам с местами, хотя, по мнению Ся Сяолань, завидовать было нечему. Сиденья в этих вагонах не чета нынешним креслам в скоростных поездах, где заботятся о комфорте и эргономике. Стоять было тяжело, но и сидеть — удовольствие сомнительное.
Ха-ха, какая в то время могла быть эргономика?
Хочешь сиди, не хочешь — не сиди, во всех поездах сиденья были одинаковыми! Угол между спинкой и сиденьем если и не был прямым в 90 градусов, то мало чем от него отличался. После двух дней на таком жёстком месте можно было на собственной шкуре прочувствовать будущую интернет-шутку: «Все мы — межпозвоночные диски, но почему именно ты так выпячиваешься?»
Всё из-за неудобных сидений.
Угол наклона изменить было невозможно.
А что, если изменить мягкость?
То, что Ся Сяолань поручила Ду Чжаохуэю срочно заказать у Чэнь Силиана, было мягкими чехлами-подушками, которые надевались на сиденья.
В то время бытовая техника считалась роскошью: купив телевизор или холодильник, люди боялись, что на них осядет пыль, и, когда не пользовались, обязательно накрывали их тканевыми чехлами. Так что мягкие чехлы на сиденьях поезда не выглядели чем-то странным… Заставить железнодорожное управление раскошелиться на покупку было бы сложно, да никто и не рассчитывал заработать на чехлах. Но Ся Сяолань рассудила, что если предложить их бесплатно, в качестве дара, то договориться получится.
Стандартные размеры, удобство в стирке и целый комплект мягких чехлов для переоборудования сидений поезда — от такой искренней заботы гонконгского бизнесмена было крайне трудно отказаться. К тому же, гонконгский предприниматель спонсировал эти чехлы безвозмездно, попросив лишь напечатать на них пару рекламных фраз — вроде и не наглость вовсе.
Эту идею Ся Сяолань почерпнула из поездок на междугородних автобусах.
Позже многие видели, как на сиденья в автобусах и такси надевали тканевые чехлы с рекламой какой-нибудь мужской клиники или абортов. Те объявления были беспардонными и грубыми, а по сравнению с ними реклама «Чэнжун-плаза» выглядела весьма достойно и позитивно.
Нужно было лишь сообщить пассажирам, что в Пэнчэне есть «Чэнжун-плаза», которая специализируется на электронике, где товаров много и ассортимент полный. Пассажирам, заинтересованным в этом, такое место точно должно было понравиться!
Хотя эта затея и входила в рекламный бюджет Ду Чжаохуэя, средства всё же были ограничены. Снабдить чехлами каждый поезд в стране было невозможно, поэтому упор сделали на основные линии, проходящие через станцию Янчэн.
С передачей в дар комплектов мягких чехлов Ду Чжаохуэй не стал поднимать шумихи.
В отличие от полнополосных объявлений с обратным отсчётом, об этом не трубили в новостях — всё делалось методично и негласно.
Так или иначе, незаметно для всех многие поезда, идущие в Янчэн, обзавелись этими чехлами. А первыми, кто ощутил эффект, оказались оптовики вроде Лао Дуаня… Мелкие торговцы, приезжавшие в Янчэн на поездах за товаром, начали расспрашивать его об этой «Чэнжун-плаза».
Лао Дуань одновременно радовался и тревожился, но всё же вынужден был поддержать репутацию площадки:
— Это и правда самый большой и полный рынок электроники. Есть всё: и готовые изделия, и запчасти. Когда они откроются, я свою лавку тоже туда перенесу.
— А?
Если перенести лавку туда, как же тогда закупать товар? Чтобы попасть в Пэнчэн, нужен пограничный пропуск!
Для мелких торговцев это была одновременно и радостная, и печальная новость.
Но возможность выбора была слишком заманчивой.
Если все электронные товары будут собраны в одном месте для оптовой торговли, не упадут ли закупочные цены? Если Лао Дуань не согласится сбросить цену, они пойдут к другим.
Лао Дуань прекрасно понимал, что у них на уме, и именно это его беспокоило.
Ему нужно было расширять круг клиентов, зарабатывать на розничных покупателях и при этом удерживать мелких оптовиков.
«Новый вызов, чёрт возьми! И чего я только недавно сомневался — к чёрту все сомнения!»
Каждый мелкий торговец, прибывающий на поезде, теперь знал о «Чэнжун-плаза».
Даже если в поезде ещё не успели сменить чехлы на заказные — не беда, сойдя с поезда, они сразу видели огромные рекламные щиты… В общем, «Чэнжун-плаза» буквально прицепилась к поездам, решив во что бы то ни стало использовать их для своей рекламы.
Больше всего Лао Дуаня восхитили не щиты — они-то существовали давно.
Его поразила идея с мягкими чехлами на сиденьях!
Такой щедрый рекламный ход ещё и умудрились подать как «служение народу».
Лао Дуань, не скрывая зависти, потянул Чэнь Силиана за рукав:
— Неудивительно, что ты в своё время умудрился попасть на интервью в «Жэньминь жибао». Теперь-то я вижу — это всё привычные методы Ся-цзун!
Тьфу!
Это ещё только начало.
— Ты видел ветер и дождь, чувствовал солнце и снег, ты прошёл много дорог… И ты думаешь, что на этом познал все уловки нашей Ся-цзун?
Лао Дуань крутил и так, и эдак, но не нашёл что возразить генеральному директору Чэню из «Луны», поучавшему его с таким важным видом.
Поэтому он просто побил «поэта» Чэнь Силиана, веско бросив напоследок:
— Это Ся-цзун крутая, а ты-то здесь при чём!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
