Ся Сяолань взяла у Цзи Цзяньюаня два приглашения на VIP-членство.
В дополнение к этим двум VIP-приглашениям шли еще два для обычных членов клуба.
Порог вхождения для привилегированных VIP-членов был слишком высок, поэтому Ся Сяолань пока об этом не задумывалась. Даже имей она на то право, годовой взнос в размере 500 тысяч казался ей неоправданно дорогим. На самом деле ей было все равно, вступит ли она сама в гольф-клуб; эти места она просила для людей из своего окружения.
Одно ведь нужно отдать ее дяде?
Неважно, составит ли членский взнос 50 или 100 тысяч в год, для дяди Лю Юна это уже не было бременем.
Дядя не мог вечно заниматься только отделочными работами, связанными с «Цихан». Если в клубе он сможет завести новые знакомства и договориться хотя бы об одной сделке, этого с лихвой хватит на оплату членства за много лет вперед. Соотношение цены и качества было весьма высоким.
Второе место Ся Сяолань хотела предложить Чэнь Силиану.
Когда Luna выкупит активы Elegance, масштабы компании сразу удвоятся. Почему бы тогда Чэнь Силиану не вступить в гольф-клуб?
Жестким критерием для привилегированного VIP-членства было наличие личного капитала в 100 миллионов.
У товарища Лао Чэня 55% акций Luna, так что его состояние в любом случае исчисляется десятками миллионов.
Оставались еще обычные места, и Ся Сяолань не забыла про Кан Вэя.
Ей, как другу, было горько видеть, как Кан Вэй сейчас с головой ушел в работу, изнуряя себя. Шань Юйцзюнь рассталась с ним и уехала волонтером на северо-запад, а мебельный бренд Кан Вэя по-прежнему называется «Цзюньвэй». Название бренда так просто не изменишь, и разве, посвящая всего себя карьере, он не будет так же часто вспоминать о Шань Юйцзюнь?
Мебельный бренд Кан Вэя развивался действительно неплохо, можно сказать, он нашел свой собственный путь.
Стремление к успеху в делах — это хорошо, но оно не мешает заводить новых друзей.
Оставаясь в прежнем кругу общения, он вряд ли встретит новую пассию.
Даже если оставить в стороне дела сердечные, это членство поможет бизнесу Кан Вэя.
Еще была Бай Чжэньчжу… Впрочем, тут возникали сложности. Вспомнив, как однажды Бай Чжэньчжу одним ударом ноги выбила коренной зуб Ду Чжаохуэю, Ся Сяолань отказалась от мысли приглашать ее в клуб. Если товарищ Чжэньчжу из-за малейшего разногласия устроит там драку, Ся Сяолань просто не сможет прикрыть ее последствия.
Хотя, постойте-ка.
Этот гольф-клуб делает деньги слишком легко: она сама еще не вступила, а уже думает, как затащить туда своих близких.
Обычно Ся Сяолань сама выступала в роли корыстного дельца, ожидая, когда клиенты попадутся в ее ловушку.
И теперь ей было чертовски непривычно осознавать, что она сама спешит прыгнуть в «западню», расставленную другими дельцами!
…
Лю Фэнь уже уехала из Пэнчэна.
Она долгое время не занималась делами в столице лично, так что ей нужно было вернуться и свести счета. К тому же сейчас был пик продаж весенней коллекции, и ей во все нужно было вникать самой.
Поскольку Лю Фэнь была в Пекине, Ся Сяолань по прилете должна была заехать домой. Узнав, что Цзи Цзяньюань возвращается вместе с ней, Лю Фэнь хотела позвать его к себе.
— Я бы с радостью, но я договорился с дядей, что заеду к нему. Передайте тете Лю, что я приду в другой раз!
Выйдя из аэропорта, Цзи Цзяньюань поймал такси и уехал.
Когда Ся Сяолань вернулась домой, Лю Фэнь ждала ее у порога. Увидев, что дочери не сопутствует Цзи Цзяньюань, она немного расстроилась.
Однако возможность приготовить еду для дочери все равно радовала ее, и она с улыбкой сказала:
— Я так и думала, что ты скоро будешь. Тебе вечером нужно в университет? Кстати, только что звонили из Пэнчэна, ты тогда была в самолете. Раз уж ты дома, перезвони им.
— О, хорошо! И не расстраивайтесь так, Цзи Цзяньюань поехал к своему дяде. Он сказал, что в следующий раз обязательно зайдет.
Звонили из компании.
Однако дело было не в каких-то проблемах фирмы — пришел ответ из Америки. Эрик согласился взяться за судебный иск по поручению Ся Сяолань, и ему нужно было детально все обсудить.
Ся Сяолань немедленно позвонила Эрику. На этот раз звонок не перевели на голосовую почту — очевидно, Эрик ждал ее ответа.
— Извините, я ездил в Коннектикут и только что вернулся.
— Господин адвокат Эрик, ничего страшного. Сейчас самое время обсудить дело. Я не нанимала других адвокатов. Мы уже работали вместе, и я доверяю вам больше всего.
— Изложите обстоятельства дела еще раз.
В сообщении Ся Сяолань не вдавалась в детали, поэтому теперь рассказала всю историю с самого начала и до конца.
Эрику это дело показалось весьма любопытным.
Он любил дела, где слабый побеждает сильного, поэтому пошутил в трубку:
— Я готов взяться за это поручение, но на этот раз это не юридическая помощь, а платные услуги. В этом деле мне придется не только искать улики в Штатах, но, возможно, и отправиться в Китай. Это требует времени и сил, и если я не буду брать плату, то умру с голоду. А адвокат, доведший себя до голодной смерти, очевидно, больше не сможет сражаться за законы о равноправии.
— Разумеется! Я готова платить!
Эрик не считал, что Ся Сяолань делает из мухи слона, затевая такую долгую и изнурительную тяжбу.
Репутация для человека значит слишком много. Профессиональная репутация Ся Сяолань оказалась под вопросом — как ей после этого работать архитектором?
Единственное — нельзя было подать в суд напрямую на Монда Доусона. Этот человек был очень хитер: он лишь косвенно наводил людей на ложные выводы, но никогда не заявлял публично, что Ся Сяолань присвоила работу Лисы. Эрик с некоторым сожалением заметил:
— Если бы ответчиком был лауреат Притцкеровской премии, я бы согласился работать на вас бесплатно, даже будучи голодным.
Насколько громким стал бы процесс, если бы китайская студентка архитектурного факультета подала в суд на лауреата Притцкеровской премии?
Ся Сяолань знала, что Эрик любит дела, привлекающие внимание общественности:
— Хотя мы не можем судить Монда Доусона, внимание к этому делу все равно будет огромным. В это замешано американское AIA, а китайское архитектурное общество согласилось поддержать меня в требовании объяснений. Эрик, я сражаюсь не одна. Это может затронуть два крупнейших архитектурных сообщества — американское и китайское. Я лишь тот борец, что идет в авангарде. Все началось из-за меня, но я не могу предсказать, каких масштабов это достигнет в итоге!
Хочет устроить переполох?
Эрику это безумно нравилось.
— С нашей первой встречи я понял, что вы — мой самый любимый тип клиентов. Целью нашего второго сотрудничества ни в коем случае не должно быть примирение сторон. В таком деле нужно, чтобы суд официально признал их поражение — только тогда вы достигнете своей цели.
В прошлый раз госпожа Доусон извинилась.
В этот раз извинения Лисы не помогут. Простое «прости» не покроет убытки Ся Сяолань, необходимо решение суда.
Эрик собрался с мыслями:
— Итак, давайте теперь оценим шансы на успех. Во-первых, нью-йоркский офис GMP готов встать на вашу сторону. Поскольку дело касается того, что фирма подала вашу заявку на премию AIA, аннулирование вашей кандидатуры означает и обвинение GMP в фальсификации. GMP не стали сразу сваливать все на вас, заявляя, что фирма ни о чем не знала и что это вы ввели их в заблуждение… Честно говоря, я удивлен, что у капиталистов внезапно проснулась совесть! Ся, я верю, что вы действительно выдающийся архитектор, и это определенно стало причиной того, что нью-йоркский офис GMP решил поддержать вас.
«Неужели?»
Киссинджер был тем еще корыстным партнером. Ради прибыли фирмы в свое время он был готов заставить ее, стажерку, «продаться» одновременно и миссис Уилсон, и Тан Юаньюэ.
Однако Эрик в чем-то был прав. У Киссинджера был куда более легкий путь решения проблемы. Когда AIA аннулировало право на участие в конкурсе, он мог просто назвать это «ошибкой» и сказать, что GMP тоже были обмануты Ся Сяолань. В худшем случае Киссинджера пожурили бы за невнимательность.
Но Киссинджер выбрал более трудный вариант и не выставил ее одну на заклание, за что Ся Сяолань была ему очень благодарна!
— Во-вторых, раз GMP на вашей стороне… Вы говорили, что при разработке проекта оформления театра вас было трое. Помимо Лисы, был еще один стажер — Мэтью Карлтон… Встанет ли он на вашу сторону, чтобы дать показания?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
