Возможно, только Ду Чжаохуй был родным сыном.
Все остальные дети семьи Ду были лишь бесплатным приложением к тем случаям, когда Ду Чэнжун спал с женщинами.
Звучало это грубо, но Ду Чжаоцзи не мог подобрать другого сравнения.
Даже Ду Чжаохуй не пользовался таким уж большим доверием: с одной стороны, ему выделяли акции, а с другой — продвигали Ся Цзыюй… Разве это не было попыткой уравновесить положение Ду Чжаохуя?
К тому же, приказ вернуться и взять на себя контрабандный бизнес семьи мгновенно создал ситуацию «треножника».
Треугольник — самая устойчивая фигура; неужели старик боится, что кто-то совершит переворот и захватит власть?
Ду Чжаоцзи сохранял ясность ума.
И именно потому, что он всё понимал, он никак не мог отказаться от распоряжений старика.
Он возлагал большие надежды на проект «Азия», желая по примеру японской сети «Яохань» превратить его в сеть универмагов. Но его план по привлечению инвестиций шел крайне неудачно.
Он контактировал со многими людьми, и самые высокие шансы на успех были у Тан Юаньюэ.
Кто же знал, что Тан Цзиньюнь внезапно скончается? У Тан Юаньюэ образовалась куча собственных проблем, и ему было не до инвестиций, так что их контакты ни к чему не привели. Что касается остальных, то у одних не хватало капитала, а другие, вложив сущие гроши, хотели указывать, что делать, и строить из себя боссов перед Ду Чжаоцзи. Ду Чжаоцзи знал, как на него смотрят в Гонконге: считали, что у него нет шансов стать наследником семьи Ду, что он проиграл состязание с Ду Чжаохуем, и его будущее туманно. Никто не верил, что он сможет подняться, и, конечно, никто не собирался оказывать ему уважение!
Ду Чжаоцзи сейчас находился в безвыходном положении.
Всё обдумав, он всё же решил вернуться в Гонконг.
Раз Ду Чжаохуй получил 5% акций, он тоже не мог остаться ни с чем.
Ду Чжаоцзи собирался вернуться в Гонконг, и Чжу Суйчжоу был рад этому больше всех. Хотя в строящемся универмаге «Азия» в Шанду у него была самая маленькая доля, между первым и вторым акционерами возник конфликт: второй акционер, Ся Сяолань, фактически отстранилась от дел проекта, и теперь, с отъездом Ду Чжаоцзи, в Шанду всё снова переходило под начало Чжу Суйчжоу.
Изначально это был его бизнес, его идея, но из-за отсутствия капитала его чуть не отодвинули на обочину.
Как только Ду Чжаоцзи уехал, Чжу Суйчжоу тем же вечером, придя домой, откупорил бутылку вина.
Шэн Сюань удивилась:
— Ты сегодня очень доволен?
— Ду Чжаоцзи уехал. Как только я увидел, что та пятая наложница семьи Ду стала исполнительным директором «CR инвестиции», я понял, что Ду Чжаоцзи вернется в Гонконг, и в ближайшее время его не будет!
По сравнению с семейным делом Ду, что значили инвестиции в несколько десятков миллионов в универмаг «Азия»?
Если бы Ду Чжаоцзи не вернулся сейчас, деньги семьи Ду разделили бы другие. Старший сын и молодая жена — вот кто заботил старика Ду, а Ду Чжаоцзи был средним сыном, зажатым между ними.
Глаза Шэн Сюань блеснули:
— Так это значит…
Она налила Чжу Суйчжоу вина:
— Раз Ду Чжаоцзи вернулся в Гонконг, Ся Сяолань действительно больше не вмешивается в дела?
Чжу Суйчжоу кивнул:
— Похоже, не будет. Она сейчас в Шанду, занимается каким-то дизайном музея. Раздули там нешуточную суету, даже иностранцы за ней ходят. Это дело отвлечет её как минимум на несколько месяцев, и непонятно, ради чего она это затеяла!
Борьба в море бизнеса приносит такое наслаждение.
Чжу Суйчжоу ради собственного дела бросил стабильную государственную работу.
Он считал, что Ся Сяолань с ним одной крови, но она то и дело совершала поступки, которые его удивляли.
Владелица компании по недвижимости мечтает стать архитектором… Хотя эти две вещи и не противоречат друг другу, очевидно же, что первое куда важнее. Проект «Лоху Тяньчэн» компании «Цихан» продавался отлично, у Ся Сяолань на руках должна была скопиться огромная сумма денег. В такой момент нужно ковать железо, пока горячо: скупать больше участков в Пэнчэне, возводить новые дома… Но «Цихан» затихла. Чжу Суйчжоу специально разузнал: в Пэнчэне компания пока действительно не брала землю.
Что же Ся Сяолань собирается делать с таким количеством наличности?
Сначала Чжу Суйчжоу боялся, что эти деньги предназначены для универмага «Азия», чтобы вытеснить Ду Чжаоцзи.
Теперь же он не был в этом уверен.
Ся Сяолань никуда не торопилась!
Она не спешила зарабатывать деньги, целыми днями крутилась на площади Эрци, собираясь строить какой-то музей.
Много ли на музее заработаешь?
Странные мысли у молодежи.
Нет, нельзя сказать «странные» — молодые люди падки на пустую славу. Увидев возможность прославиться на международном уровне, они откладывают прибыльный бизнес в сторону. Всемирно известный архитектор — такой титул для Чжу Суйчжоу не имел никакой привлекательности.
Он знал только одно: когда он платит проектному институту за чертежи, платит щедро, сотрудники провинциального проектного института бегают очень быстро!
Если за деньги можно заставить архитекторов работать на себя, зачем самому становиться архитектором? Это не вписывалось в систему ценностей Чжу Суйчжоу.
Но для него это было выгодно.
Шэн Сюань тоже была рада. Супруги подливали друг другу вина, пока оба не захмелели.
…
Если бы Ся Сяолань узнала мысли Чжу Суйчжоу, она бы точно возопила о несправедливости.
Когда это она упускала возможность заработать?
Разве зарабатывание денег обязательно должно идти по сценарию Чжу Суйчжоу?
Универмаг «Азия» в Шанду для Чжу Суйчжоу был проектом, в который он вложил всю душу, а для Ся Сяолань он был чем-то второстепенным.
Прибыльных проектов полно повсюду, зачем зацикливаться на «Азии»?
Еще и держать капитал, чтобы нанести удар по Ду Чжаоцзи?
С какой стати Ду Чжаоцзи заслужил такую честь!
Ся Сяолань временно перепоручила дела другим и полностью сосредоточилась на дизайне музея. Боль и радость переплетались; такая чистая жизнь позволяла ей почувствовать себя так, словно она снова стала студенткой по обмену в Корнелле.
Ей не нужно было чужое мнение — она сама знала, что после завершения проекта музея её профессиональный уровень претерпит качественный скачок.
Количественное накопление уже произошло, и качественные изменения были не за горами.
Ся Сяолань постоянно жила в Шанду, и Лю Фэнь очень за неё сердце щемило. Боясь, что домработница плохо о ней позаботится, она оставила Тан Хунэна в Пэнчэне, забросила дела в Пекине и сама приехала в Шанду, чтобы присматривать за питанием и бытом дочери.
Бизнес важен, муж после второго брака тоже важен, но самым важным для неё всегда оставалась дочь.
Когда мать и дочь только покинули деревню, они ведь так же заботились друг о друге.
Ся Сяолань чувствовала, что жизнь стала чище, и Лю Фэнь тоже была счастлива.
Они вдвоем жили в Шанду, а вот Ся Дачжуну было тяжело и горько… После того как Ся Хунся силой увезла Ся Цзюньбао, Фань Юй была вне себя от ярости.
С каких это пор Ся Хунся смеет откупаться от неё деньгами? Раньше она заглядывала Фань Юй в рот, а теперь швырнула ей несколько сотен юаней, чтобы та наняла кого-то присматривать за старухой Ся.
У Фань Юй было жесткое сердце: раз Ся Хунся забрала Ся Цзюньбао, она лишила старуху Ся еды и воды.
Она не только не мыла старуху, но и скинула с неё одеяло, открыв окна для проветривания. Наступила весна, природа пробуждалась, люди сменили зимние ватники на легкую одежду; днем было не особо холодно, но разница температур между днем и ночью оставалась большой.
Даже молодежь спит под толстыми одеялами, так долго ли продержится парализованная, истощенная пожилая женщина?
Меньше чем через два дня старуха Ся уже едва дышала.
Всю свою жизнь она была злобной и расчетливой.
До самой старости она пыталась удержать троих сыновей в своем кулаке.
Боялась, что какой-нибудь из сыновей будет слишком сильно любить жену и забудет про мать — ведь если он будет думать только о своей семье, то не станет почитать её, родную мать!
В этом была её хитрость.
Она опиралась на старшего сына.
Изводила второго сына.
Баловала младшего сына.
Кто же знал, что когда жизнь подойдет к концу, ни одного из троих сыновей, которых она так хотела удержать, не окажется рядом!
— Хр-р… хр-р…
Как же ей было горько! Неблагодарные, все до одного неблагодарные, выродки! Надо было их сразу после рождения в ночной горшок головой окунуть и утопить!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
