Позиции закрыты!
Госпожа Ся сказала закрывать позиции.
Чжан Байлун поначалу только и думал о том, как бы поскорее закрыть позиции, но теперь ему этого совсем не хотелось.
Этот человек был далеко не так прост: пока Ся Сяолань не выставляла новых ордеров, он вовсю орудовал на своем личном счете. Разве ему могло хватить короткой позиции всего в 100 тысяч акций? Все эти дни он то и дело проводил сделки, увеличивал кредитное плечо и изматывал «Издательство семьи Лу». Всего за неполный месяц Чжан Байлун заработал несколько миллионов гонконгских долларов!
Поэтому сейчас, когда Ся Сяолань велела ему закрываться, он почувствовал легкое сожаление.
Ся Сяолань серьезно посмотрела на него:
— Вы думаете, можно заработать вообще все деньги мира? Хоть мне и не понравилось, что Лу Шэн звонил мне с предупреждениями, в его словах была доля истины: очень важно уметь вовремя остановиться.
Ся Сяолань не могла распоряжаться личным счетом Чжан Байлуна, но ее приказам он обязан был подчиняться беспрекословно.
Чжан Байлун мгновенно очнулся и пришел в себя:
— Хорошо, госпожа Ся, немедленно закрываю!
В это время цена акций была донельзя низкой. Чтобы закрыть позицию, нужно было выкупить обратно те 24 миллиона акций, которые Ся Сяолань ранее «продала».
На ордера о продаже никто не смел откликаться, а вот желающих исполнить ордера на покупку было хоть отбавляй.
Как только Ся Сяолань объявила о закрытии, Цзи Цзяньюань заодно закрыл и свои 200 тысяч акций. Он продал их по 21,7 доллара за штуку, а теперь выкупил по 5,3. Разница составила 16,4 доллара на акцию. Благодаря этим 200 тысячам акций «Издательства семьи Лу» Цзи Цзяньюань заработал 3,28 миллиона!
Даже после возврата основного капитала, который ему одолжила Ся Сяолань, у него на руках осталось более 2 миллионов гонконгских долларов.
В 1987 году 2 миллиона гонконгских долларов были весьма внушительным стартовым капиталом для любого дела, за которое бы ни взялся Цзи Цзяньюань.
Утром 20 ноября Ся Сяолань приняла окончательное решение о закрытии позиций.
На то, чтобы полностью выкупить 24 миллиона акций, ушло два или три часа.
Подсчитали итоговую прибыль Ся Сяолань от этого биржевого краха: после выплаты всех торговых комиссий чистый доход составил 405 миллионов.
Спасибо «Издательству семьи Лу» — более 150 миллионов из этой суммы заработало для нее именно оно!
После того как Ся Сяолань закрыла свои короткие позиции по 11 миллионам акций, котировки «Издательства семьи Лу» даже немного подросли — на 40 центов, и цена акции составила 5,7 доллара.
Разумеется, из-за того, что она закрылась так поздно, семья Лу ни за что бы не стала ее благодарить, даже несмотря на этот рост в 40 центов.
Впрочем, Ся Сяолань и не нуждалась в их благодарности.
Желающих поблагодарить ее и так хватало!
Был благодарен Чжан Байлун, был благодарен Цзи Цзяньюань, и даже Юй Ли, которая не участвовала в торгах, тоже была полна благодарности. Тот опыт и кругозор, которые Юй Ли приобрела, находясь рядом с Ся Сяолань, другие не смогли бы получить ни за какие деньги.
К тому же Ся Сяолань раздала всей компании щедрые денежные бонусы, и Юй Ли, как ее секретарю, тоже перепало — как тут не быть благодарной?
Акционеры «Капитала Цихан» тоже были ей признательны.
21-го числа Ся Сяолань устроила для акционеров финансовый брифинг:
— …В результате игры на понижение чистая прибыль составила 405 миллионов. С учетом основного капитала компании сейчас на счету лежит 550 миллионов гонконгских долларов. Какие будут соображения?
550 миллионов гонконгских долларов. Что это была за цифра?
Сумма, от которой перехватывало дыхание.
— Разумеется, 150 миллионов из них были получены путем обмена 100 миллионов юаней в банке HSBC. Мы всё еще можем обменять их обратно. Таким образом, у нас есть 100 миллионов юаней плюс 400 миллионов гонконгских долларов. Кроме того, остается офис, купленный за 26 миллионов. Я пока не планирую его продавать. Вы согласны?
Да, этот офис стоил баснословных денег — целых 26 миллионов гонконгских долларов!
Но он был и невероятно красив. Казалось, из его окон весь Гонконг виден как на ладони. От этой властной ауры — «здесь я хозяин» — мало кто мог бы отказаться.
Не продавать! Решительно не продавать!
В большом конференц-зале «Капитала Цихан» сидели несколько акционеров компании.
Первый и крупнейший акционер — Ся Сяолань, доля 50%.
Второй по величине — Ду Чжаохуэй, доля 30%.
Третий — представитель «Дунфэн Холдинг» Хо Чэньчжоу, доля 10%.
Четвертые акционеры… что ж, их доли были невелики. Это Чэнь Силиан и Бай Чжэньчжу, каждому принадлежало по 3,5%.
Кан Вэй владел 2,6%, а меньше всех было у Шао Гуанжуна — всего 0,4%.
Доли этих двоих были настолько малы, что не давали права голоса, к тому же Шао Гуанжуну было довольно хлопотно добираться до Гонконга, поэтому оба они отсутствовали.
Но даже Шао Гуанжун с его мизерной долей, согласно распределению, заработал на этом крахе 1,6 миллиона гонконгских долларов.
Чэнь Силиан облизнул губы. Его собственные 3,5% акций превратились в 1400 миллионов гонконгских долларов.
Так вот что имела в виду госпожа Ся, когда говорила: если доверяете мне, давайте скинемся деньгами?
Если бы он тогда вложил 5 миллионов, разве не получил бы сейчас 20 миллионов долларов?.. Эх, он слишком разжадничался, нельзя быть таким алчным. Это не госпожа Ся просила их скинуться, это она сама зарабатывала деньги и просто взяла их с собой «в долю».
— У меня нет возражений, тетушка… госпожа Ся, ваша идея — это и моя идея!
Чэнь Силиану не к спеху было забирать свои 3,5 миллиона юаней основного капитала. Деньги на руках — это просто деньги. Чэнь Силиан всю душу вкладывал в бренд «Luna», и у него совершенно не было времени на другие инвестиции.
Если Ся Сяолань готова и дальше вести его за собой к высотам, он будет держаться за эту «золотую жилу» мертвой хваткой.
— Я тоже не возражаю, — произнесла Бай Чжэньчжу.
Ей тоже казалось, что деньги были заработаны слишком быстро.
3,5 миллиона юаней принесли 14 миллионов гонконгских долларов.
Даже по официальному курсу 14 миллионов гонконгских долларов можно обменять на 7 миллионов юаней. Получается, те 3,5 миллиона за такой короткий срок вместе с прибылью превратились в 10,5 миллионов юаней?
Даже при ограблении банка всё не произошло бы так быстро.
Бай Чжэньчжу снова вспомнила слова, которые когда-то говорила Ся Сяолань.
Никакого криминала, никаких «серых» схем.
Потому что на скользком пути заработаешь, пожалуй, меньше, чем на честном бизнесе.
Зарабатывать на фондовом рынке — это, конечно, законно, но Бай Чжэньчжу верила, что, кроме Ся Сяолань, никто из присутствующих акционеров не смог бы получить эти деньги!
Ду Чжаохуэй, естественно, тоже не имел никаких возражений.
Хо Чэньчжоу посмотрел на Ся Сяолань:
— Ваши инвестиционные результаты слишком блестящие. Теперь в «Дунфэн Холдинг» меня даже упрекают в том, что я выкупил слишком маленькую долю.
Тогда он вложил 10 миллионов юаней за 10% акций, и нашлись люди, которые были против, но Хо Чэньчжоу их подавил.
А теперь, обнаружив, что эти 10 миллионов юаней одним махом превратились в 40 миллионов гонконгских долларов прибыли, те же люди жалуются, что 10% — это слишком мало.
Поистине, человеческая жадность не знает границ — они бы лучше посмотрели, сколько денег потеряли другие материковые капиталы во время этого краха. «Дунфэн Холдинг» остался в прибыли, разве этого мало?
Ся Сяолань улыбнулась:
— «Дунфэн Холдингу» невозможно получить больше акций. Если считаете, что 10% — это мало, я могу прямо сейчас выкупить вашу долю обратно, и мы разойдемся, зафиксировав прибыль. «Капитал Цихан» смог столько заработать только потому, что я руководила процессом. Если «Дунфэн Холдинг» недоволен, он вполне может основать собственное дело.
Хотя на лице Ся Сяолань играла улыбка, Хо Чэньчжоу почувствовал ее абсолютную серьезность.
Именно так.
Властная аура «здесь я хозяин» — это и есть предельная серьезность.
Если кто-то не согласен — пусть сначала сам попробует за месяц заработать 400 миллионов.
Все решения принимала Ся Сяолань, и у нее было полное право на такие слова. Вчера, после того как «Капитал Цихан» закрыл позиции, титул «Гонконгской богини акций» прочно закрепился за Ся Сяолань.
Ся Сяолань нуждалась в участии государственного капитала вроде «Дунфэн Холдинга», но если она сейчас выставит их за дверь и предложит долю в 10% другим госструктурам, выстроится огромная очередь желающих!
Название компании «Капитал Цихан» само по себе ничего не значило. Она могла называться «Старт», могла называться «Причал» — как угодно. Важно было лишь то, что фактический контроль над ней принадлежал Ся Сяолань!
Без Ся Сяолань эта компания лишилась бы всей своей манящей магии!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
