— А Ли, я пришел, чтобы забрать тебя домой.
— Сюяо… — в повозке Е Ли в некотором оцепенении смотрела на мужчину в зеленых одеждах, который с улыбкой протягивал ей руку.
Тусклые лучи заходящего солнца пробивались сквозь кроны деревьев, падая на него, и в этом мягком свете Е Ли отчетливо видела его лицо, еще более бледное и исхудавшее, чем прежде. Неизвестно почему, сердце Е Ли болезненно сжалось, и прежде чем она успела спохватиться, искрящиеся слезинки уже скатились из уголков глаз. Глядя на изящную женщину в повозке, Мо Сюяо заметил упавшие слезы, и в его взоре внезапно отразилось смятение, однако он все так же упрямо протягивал руку к Е Ли.
— А Ли… Неужели А Ли винит Сюяо за то, что он пришел слишком поздно?
Е Ли слегка дрогнула веками, только теперь осознав, что у нее потекли слезы. Она поспешно вытерла их и протянула руку мужчине снаружи.
Мо Сюяо осторожно принял ее и спустил из повозки, не желая выпускать из объятий. Казалось, стоит ему разжать руки, и это сокровище тут же исчезнет. Он поднял руку и нежно коснулся лица Е Ли, скрытого под гримом для маскировки, все такого же кроткого и прекрасного, хотя и несколько отличного от ее прежнего чистого облика. Мо Сюяо достал из-за пазухи платок и бережно стер слои косметики, скрывавшие ее лицо, пока не показался знакомый и пленительный лик.
— А Ли… — преданно взирая на женщину в своих руках, взгляд Мо Сюяо наполнился нежностью и состраданием. — А Ли… Отныне я больше никогда не позволю тебе покинуть меня.
Е Ли подняла голову и тут же утонула в этих, полных ласки, глазах. В тот же миг вся осторожность и тревога последних дней бесследно исчезли, ей хотелось лишь прильнуть к груди этого мужчины и спокойно отдыхать. Она едва заметно кивнула
— М-м, в будущем мы больше никогда не разлучимся.
Е Ли тихо вздохнула, и глаза Мо Сюяо просветлели. Он осторожно прижал ее к себе, потерся волевым подбородком о ее тонкое плечо и с улыбкой произнес.
— Хорошо, договорились. Больше никогда не разлучимся…
Тань Цзичжи, оставленный в стороне, с мрачным видом сверлил взглядом эту пару, которая ни во что не ставила окружающих. Однако, когда его взгляд упал на нескольких стражников, лежавших неподалеку, гнев в его глазах быстро сменился подавленным напряжением. Тайная стража, следовавшая за ним, до сих пор не подала знака, очевидно, их обезвредили или уничтожили еще до того, как они успели что-то заподозрить. И только что Мо Сюяо выступил позже, но прибыл первым1, попутно, без малейших усилий, расправившись с преградившими путь воинами. Одного этого уровня мастерства было достаточно, чтобы он мог позволить себе высокомерие. Тань Цзичжи никогда не недооценивал Мо Сюяо и дом Динго-вана. Иначе он не стал бы столько лет осторожно прятаться за спиной Мо Цзинци, втайне манипулируя всем, ведь он знал, стоит ему раскрыться, и его настигнет смертельный удар Мо Сюяо.
Су Цзуйдие… эта негодница!
Оказавшись в таком положении, он, напротив, стал более хладнокровным. Желал он того или нет, ему пришлось признать, Су Цзуйдие его предала. Тань Цзичжи крепко сжал кулаки за спиной, лихорадочно соображая, как ему выбраться из этой переделки.
— Подчиненные приветствуют Ванъе и Ванфэй!
Цинь Фэн и остальные, разобравшись со стражниками Тань Цзичжи, прождали в тени некоторое время, но так и не дождались зова от ванъе и ванфэй. Не в силах больше терпеть, они были вынуждены показаться сами, за что и удостоились от Мо Сюяо ледяного, как кинжал, взгляда.
— Подчиненные приветствуют Ванъе, Ванфэй!
В лесу группами по несколько человек стояло множество людей, которые дружно поклонились паре. Их позиции казались случайными, но на деле они полностью перекрывали Тань Цзичжи пути к отступлению. При виде этого лицо Тань Цзичжи изменилось, но, в конце концов, он обрел спокойствие. Сделав шаг вперед, он с улыбкой произнес.
— Этот нижайший приветствует Дин-ван дянься.
Мо Сюяо словно только сейчас заметил присутствие постороннего. Скользнув взглядом по склонившемуся в поклоне Тань Цзичжи, он равнодушно спросил.
— Дажэнь Тань, ты… куда собирался увезти мою Ванфэй?
Сердце Тань Цзичжи екнуло, он никак не мог решить, стоит ли ему идти на риск. Если он выиграет, возможно, у него появится шанс уйти отсюда живым, но если проиграет… Нет, если не рискнуть сейчас, ему сегодня ни за что не выбраться. К тому же, судя по выражению лица Дин-вана, тот не был похож на человека, узнавшего о «том деле». Тань Цзичжи быстро принял решение и, сложив руки в извиняющемся жесте, заискивающе улыбнулся.
— Действительно, это была лишь мимолетная жадность этого нижайшего. Раз уж Ванъе прибыл, я поздравляю Ванъе и Ванфэй с воссоединением семьи. Прошу Ванъе простить за сегодняшнее…
— Простить? — улыбка Мо Сюяо была едва заметной, но от нее, в сердцах смотрящих, невольно рождался холод, он слегка кивнул. — Бэньван вспомнил, что Дажэнь Тань едва не увез мою любимую Ванфэй, и оттого пребывает в дурном расположении духа. Если Бэньван случайно нанесет Дажэнь Таню какой-либо вред, прошу Дажэнь Таня также простить его.
Договорив, он, казалось, окончательно потерял интерес к собеседнику и махнул рукой.
— Уведите его и убейте.
Тань Цзичжи напрягся, он не ожидал, что Мо Сюяо окажется столь решительным и прикажет убить его без лишних слов. Мысли в его голове лихорадочно закрутились, и он выкрикнул.
— Неужели Дин-ван не желает узнать помыслы Его Величества?
Мо Сюяо холодно усмехнулся и сухо бросил.
— Цинь Фэн, убей, — сказав это, он склонился, осторожно подхватил Е Ли на руки и, развернулся, намереваясь уйти.
Е Ли, которую вот так подняли на руки на глазах у стольких людей, почувствовала себя неловко и слегка пошевелилась. Мо Сюяо мягко улыбнулся.
— А Ли, не двигайся… — Е Ли слегка нахмурилась, смутно ощущая, что с Мо Сюяо что-то не так, но не могла понять, что именно.
Однако, стоило ей встретиться с его взглядом, столь нежным, что он, казалось, вот-вот истечет водой2, как любые мысли вылетали из головы, и ей оставалось только позволить ему нести себя.
Тань Цзичжи, видя, что тот уходит, осознал, как только Мо Сюяо и Е Ли покинут лес, его ждет верная смерть. Взглянув на Е Ли в руках Мо Сюяо, он внезапно выкрикнул.
— Ванфэй, разве вы не хотите узнать, как исцелить яд в теле Дин-вана?
Е Ли вздрогнула, но Мо Сюяо, казалось, вовсе не обратил на это внимания и продолжал идти к выходу из леса. Тань Цзичжи прокричал вслед.
— Ванфэй, неужели вы действительно не хотите знать, где находится цветок Било? Или вы думаете, что Лотос яростного пламени сможет излечить яд Дин-вана?
О том, что Дин-ванфэй втайне ищет цветок Било и из-за этого враждует с Сань-гэчжу Павильона Яньван, знали немногие.
Е Ли на мгновение замерла и произнесла.
— Цинь Фэн, уведите его с собой.
Мо Сюяо издал негромкий смешок, но не стал возражать словам Е Ли и, не оборачиваясь, понес ее прочь из чащи.
Оставшиеся Цинь Фэн и другие с мрачными лицами провожали взглядом спину Мо Сюяо. Им так и не удалось перемолвиться с ванфэй ни словечком, прежде чем ванъе унес ее. Однако никто из присутствующих, кто все эти дни находился в атмосфере гнетущей опасности, не обладал такой собачьей дерзостью, чтобы сейчас остановить Мо Сюяо ради каких-либо дел, важных или нет. Цинь Фэн махнул рукой, приказывая увести Тань Цзичжи и Шу Маньлинь, и взглянул на стоящего рядом Мо Хуа, чье лицо выражало нерешительность.
— Что случилось? — спросил Цинь Фэн.
Мо Хуа глухо ответил.
— Тело Ванъе…
Сегодня как раз наступило полнолуние. В последние месяцы каждый приступ ванъе становился все тяжелее. В прошлом месяце приступ начался уже в полдень дня полнолуния, по расчетам Шэнь Яна, сейчас ванъе должно быть невыносимо плохо. Но, в настоящее время…
Цинь Фэн посмотрел в ту сторону, куда ушел Мо Сюяо, и после минутного колебания произнес.
— Наверное… все в порядке?
Приступы не приносили ничего, кроме боли, а с выдержкой ванъе угрозы для жизни практически не было. К тому же никакие лекарства здесь не помогали, так что не имело значения, где сейчас ванъе и что он делает. Самое главное, никто из них не осмелится сейчас его беспокоить.
— Я прикажу людям обеспечить безопасность Ванъе и Ванфэй.
Мо Хуа кивнул. Хотя это изначально входило в обязанности аньвэй, за прошедшее время Мо Хуа был вынужден признать, что Цилинь превосходят тайную стражу.
Прижавшись к Мо Сюяо, Е Ли внезапно ощутила такое умиротворение, какого не знала прежде. В эти дни она лишь внешне казалась спокойной и невозмутимой, но беременность на приличном сроке сильно стесняла ее в движениях, поэтому на душе у нее никак не могло быть по-настоящему легко и свободно. Особенно во время общения с Тань Цзичжи, каждое слово, казавшееся случайной шуткой, на самом деле было тщательно просчитано и обдумано. Теперь же она разом расслабилась, и ее мгновенно одолела сонливость. Слегка потершись лицом о грудь Мо Сюяо, она начала засыпать.
— Сюяо… куда мы идем?
Мо Сюяо опустил голову и, глядя на ее полуприкрытые глаза, мягко улыбнулся.
— Если хочешь спать — спи.
Е Ли покачала головой и, превозмогая себя, открыла глаза, глядя на дорогу, которая уводила их всё дальше в глушь. Стоило лишь присмотреться, и становилось ясно, даже у самого Мо Сюяо не было определенной цели, он просто выбирал самые безлюдные тропы и шел всё время вперед. Е Ли не знала, куда Мо Сюяо хочет ее отвести, но чувствовала в его взгляде редкое упрямство и твердость. Тихо вздохнув, она произнесла.
— Сюяо, я немного устала. Давай немного отдохнем, а потом пойдем дальше, хорошо?
_________________________
- Выступить позже, но прибыть первым (后发而先至, hòu fā ér xiān zhì) — принцип боевых искусств, означающий способность нанести удар или достичь цели быстрее противника, даже начав движение позже него. ↩︎
- Взгляд, столь нежный, что он, казалось, вот-вот истечет водой (要滴出水, yào dī chū shuǐ) — метафорическое описание взгляда, преисполненного бесконечной ласки ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
