Спустя мгновение Фэн Чжияо лишь беспомощно вздохнул и небрежно выронил из рукава короткий нож, показывая пустые ладони Лю-гуйфэй в знак того, что у него больше нет оружия. Только тогда Лю-гуйфэй удовлетворенно махнула рукой, приказывая людям схватить его, и одновременно распорядилась.
— Выведите и Фэн Хуайтина. Не будет проблем, если я заберу этих двоих?
Мо Цзинли нетерпеливо бросил.
— Как угодно.
Ему нужно было имущество семьи Фэн. За последние годы оба сына семьи Фэн один за другим взяли дела в свои руки, поэтому наличие или отсутствие Фэн Хуайтина не имело для него значения. Однако он все же предостерег.
— Тебе лучше быть осторожнее, чтобы не перемудрить. Если ты доведешь Мо Сюяо, тебе не придется становиться погребальной жертвой.
Лю-гуйфэй недовольно хмыкнула, в глубине души она не верила, что Мо Сюяо посмеет убить ее.
— Бэньгун, разумеется, знает меру.
Фэн Чжияо, не оказав ни малейшего сопротивления, позволил Лю-гуйфэй увести себя, с ним был только Фэн Хуайтин. Остальные члены семьи Фэн были переданы Мо Цзинли, и Фэн Чжияо не беспокоился о том, как тот поступит. По крайней мере, по сравнению с полубезумным Мо Цзинци и самонадеянной Лю-гуйфэй, Мо Цзинли в большинстве случаев умел держать себя в руках. Раз уж семья Фэн попала в его руки, пока люди из дома Дин-вана остаются в столице, жизни этих людей будут в безопасности.
В особняке Дин-вана
Только что получив доклад от подчиненного, Мо Сюяо, вскинув бровь, с улыбкой спросил.
— Фэн Чжияо позволил Лю-гуйфэй схватить себя?
Стоявший в нескольких шагах аньвэй невольно вздрогнул. Он хотел было незаметно отступить подальше, чтобы спастись от ледяного пламени, скрытого за внешне спокойной улыбкой Ванъе. Однако, встретившись с насмешливым взглядом Мо Сюяо, он, превозмогая страх, ответил.
— Отвечаю Ванъе, Лю-гуйфэй не только забрала Фэн Саня из Далиси, но и увела главу семьи Фэн, Фэн Хуайтина.
Мо Сюяо холодно хмыкнул, ничего не сказав. Е Ли накрыла ладонь Мо Сюяо своей рукой и мягко улыбнулась.
— Фэн Хуайтин в конце концов родной отец Фэн Саня. Если бы Фэн Сань и вправду остался безучастным, это был бы уже не он.
Сколько в этом мире людей с по-настоящему с каменным сердцем, которым ни до чего нет дела? Как бы холодно семья Фэн ни относилась к Фэн Чжияо, Фэн Хуайтин его отец, и Фэн Чжияо не мог полностью его игнорировать. Совсем как Лэн Хаоюй в семье Лэн, его жизнь вряд ли была слаще, чем у Фэн Чжияо, но стоило ему услышать, что Лэн Хуай попал в окружение, он места себе не находил от беспокойства.
Мо Сюяо недовольно нахмурился и с обидой посмотрел на Е Ли.
— Я ведь не говорил, что не спасу семью Фэн. Зачем Фэн Сань сейчас сам себя подставил?
Е Ли улыбнулась.
— На этот раз, скорее всего, произошла случайность. Фэн Чжияо вряд ли мог знать, что Лю-гуйфэй и Ли-ван выберут именно это время для визита в Далиси. Похоже, в дела семьи Фэн на этот раз вмешались не только Лю, но и Ли-ван приложил к этому руку.
Мо Сюяо холодно ответил.
— Сейчас большая часть сил в столице сосредоточена в руках Мо Цзинли. Без его согласия семье Лю, прежде чем трогать семью Фэн, пришлось бы крепко призадуматься. Скорее всего, это не Лю, а именно Мо Цзинли захотел наложить лапу на семью Фэн.
Е Ли, понимая его мысли, посмотрела на Мо Сюяо.
— Имущество семьи Фэн? Мо Цзинли правит самыми богатыми землями Великого Чу, за столько лет он не должен был испытывать нужды в деньгах.
Мо Сюяо усмехнулся.
— Это не совсем так. Хотя Мо Цзинли контролирует большую часть Юга, корни его власти еще слишком неглубоки. В тех краях, в Цзяньнани, связи влиятельных семейств переплелись в запутанный узел. Мо Цзинли не так-то просто выкачивать деньги из этих людей. К тому же… содержание армии, дело весьма затратное.
— Ты хочешь сказать… Мо Цзинли тайно наращивает войска? — Е Ли сразу все поняла, и от этой догадки ее брови невольно сошлись на переносице.
Мо Сюяо с улыбкой кивнул.
— Мо Цзинли метит на этот трон уже не первый день. Когда новый император взойдет на престол, мы вернемся на Северо-запад. У Бэньвана нет настроения играть с ним дальше.
Е Ли на мгновение задумалась и спросила.
— Раз уж мы уходим, почему обязательно ждать восшествия на престол нового императора?
— Потому что Бэньвану в радость причинять ему неудобства.
Пока Мо Сюяо здесь, даже если у Мо Цзинли и вправду есть помыслы об узурпации, у него не хватит на это духу.
— Ва… Ванъе… — подчиненный, не получивший ответа, все еще одиноко стоял в зале и жалобно смотрел на Мо Сюяо, который, очевидно, совершенно забыл о его существовании.
— Что-то еще? — спросил Мо Сюяо.
Наконец-то найдя возможность заговорить, бедняга поспешил на одном дыхании доложить.
— Только что поступило сообщение от людей Лю-гуйфэй. Она намерена нанести визит в особняк Дин-вана завтра рано утром, чтобы обсудить с Ванъе некоторые дела, и просит Ванъе не отказывать ей.
Высказав все без запинки, он с облегчением выдохнул.
— Лю-гуйфэй? С визитом? Просит не отказывать? — со смехом переспросил Мо Сюяо.
Посланник в душе обливался горькими слезами: «Я лишь передаю слова, это не имеет ко мне никакого отношения!»
Е Ли со смехом потянула Мо Сюяо за руку и сказала подчиненному.
— Ванъе понял. Можешь идти.
— Премного благодарен. Конец доклада! — почувствовав облегчение, человек стремительно развернулся и вихрем исчез за дверями зала.
В некой безымянной темнице Фэн Чжияо с непринужденным видом сидел на убогом лежаке. В соседней камере Фэн Хуайтин сидел с закрытыми глазами, совершенно не выказывая желания общаться с Фэн Чжияо.
Фэн Чжияо посмотрел на сидящего напротив человека, чьи виски уже тронула седина, холодно хмыкнул, подошел к решетке и с силой постучал по ней несколько раз. Вскоре появился мужчина средних лет и, настороженно глядя на Фэн Чжияо, спросил.
— Фэн сань-гунцзы, что-то случилось?
Фэн Чжияо тут же усмехнулся.
— О? Узнал Бэньгунцзы?
Он лениво оглядел неприметного охранника. Фэн Чжияо его не помнил, но было видно, что тот обладает неплохим уровнем мастерства.
— Принеси-ка плащ. Вы что, хотите заморозить Бэньгунцзы? — потребовал Фэн Чжияо.
Мужчина холодно взглянул на Фэн Чжияо и вышел. Вскоре он вернулся, неся темно-синий парчовый плащ на кроличьем меху, передал его Фэн Чжияо и снова ушел. Фэн Чжияо задумчиво усмехнулся, глядя на плащ в своих руках, а затем взмахнул рукой, и одежда, беспрепятственно пролетев сквозь прутья решетки, упала прямо на Фэн Хуайтина.
Фэн Хуайтин открыл глаза и в замешательстве посмотрел на плащ. Он повернул голову к Фэн Чжияо, но тот уже не спеша вернулся к своей лежанке и отвернулся к стене, игнорируя его. Была суровая зима, и даже на улице было морозно, не говоря уже о мрачной сырой темнице. Стоило накинуть плащ, как пробиравший до костей холод сразу отступил. Фэн Хуайтин молча запахнул плащ, глядя на мужчину в тонких красных одеждах, и в его глазах промелькнула редкая мягкость.
Фэн Чжияо был мастером боевых искусств и много лет провел на поле боя, поэтому он сразу почувствовал на себе этот взгляд. Сначала он из упрямства не хотел оборачиваться, но взгляд продолжал неотрывно следовать за ним, отчего ему стало не по себе. Он резко обернулся и раздраженно бросил.
— Если хочешь что-то сказать, говори прямо, — не дожидаясь ответа Фэн Хуайтина, Фэн Чжияо продолжил. — И не думай слишком много, на этот раз вы пострадали по моей вине. Не волнуйся, я обещаю, что семья Фэн благополучно выйдет из этой тюрьмы.
— Что же ты натворил? — после долгого молчания хрипло спросил Фэн Хуайтин.
Фэн Чжияо изобразил странную усмешку, а в его глазах промелькнула намеренная дерзость.
— Я похитил человека из дворца.
Будучи главой семьи Фэн, Фэн Хуайтин имел свои каналы информации. Даже новости об исчезновении кого-то из дворца доходили до него. Услышав слова Фэн Чжияо, он невольно изменился в лице. Спустя долгое время он тяжело спросил.
— Столько лет прошло… ты так и не смог это оставить?
На этот раз настала очередь Фэн Чжияо замереть. Он и вправду не ожидал, что Фэн Хуайтин знал о его чувствах тех лет. С со сложным выражением лица он посмотрел на отца и через мгновение порывисто выкрикнул.
— Это тебя не касается!
В пустой темнице воцарилась тишина, такая глубокая, что казалось, можно было услышать дыхание двоих людей. Лишь спустя долгое время Фэн Хуайтин заговорил.
— Ты так смел только потому, что надеешься на поддержку Дин-вана? Если Дин-ван не захочет или не сможет помочь тебе, то что ты будешь делать?
Фэн Чжияо оторопел, а затем холодно усмехнулся.
— Только сейчас явился поучать меня? Не поздновато ли?
На этот раз Фэн Чжияо действительно сожалел о своем импульсивном поступке, но стоило ему столкнуться с таким холодным выражением лица и тоном Фэн Хуайтина, как он терял способность спокойно разговаривать.
Фэн Хуайтин бесстрастно посмотрел на него, в конце концов тихо вздохнул и больше ничего не сказал. Фэн Чжияо ошеломленно смотрел на вновь закрывшего глаза и замолчавшего Фэн Хуайтина, и в его душе пять вкусов перемешались1 от неясных дум.
____________________________________-
- пять вкусов перемешались (五味雜陳, wǔ wèi zá chén) — об испытываемом человеком сложном переплетении противоречивых чувств. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
