Ровно в девять часов начался парад.
В комнате было тихо, шторы наполовину зашторены, царил полумрак.
Глава государства объявил о поднятии флага и исполнении гимна.
В разных квартирах, этажом выше и этажом ниже, одновременно зазвучал государственный гимн.
Разные устройства, разное качество звука, мелодии, плывущие в воздухе, немного расходились во времени. Но, сталкиваясь, они сливались в прекрасную гармонию, становясь всё более мощными и величественными под бескрайним ясным небом.
В комнате ребята, поддавшись настроению, начали подпевать.
Когда песня закончилась, даже Линь Ваньсин выпрямилась; у неё возникло чувство, будто она очнулась от долгого сна.
Возможно, именно исполнение гимна помогло всем расслабиться.
Дальнейшее действо было одновременно торжественным и радостным.
Глава государства проводил смотр войск. Каждый раз, когда из телевизора доносилось: «Здравствуйте, товарищи!», мальчишки хором отвечали: «Здравствуйте, товарищ командующий!». Возникало странное ощущение интерактива.
Зазвучала мощная симфоническая музыка. Под торжественные комментарии диктора, сопровождаемые грохотом гусениц, мимо проезжала бронетехника, и ребята возбуждались всё сильнее.
Они тыкали пальцами в экран, обсуждая новейшее вооружение.
Какие-то противокорабельные ракеты, гиперзвуковые ракеты «Дунфэн-17»…
Линь Ваньсин обнаружила, что вечно неразговорчивый Чжэн Жэнь оказался заядлым военным фанатом. Он знал все виды оружия как свои пять пальцев и просвещал «новичков», сидевших рядом.
Мальчишки смотрели и болтали, их возбуждение росло, они восторженно галдели всё громче, и к ним вернулась былая энергия.
Линь Ваньсин досмотрела парад вместе с учениками до конца. Сонливость как рукой сняло, а в душе накопилось множество мыслей.
Закуски почти закончились. Ребята потягивались на ковре, явно желая продолжения.
Линь Ваньсин взяла пульт и выключила телевизор.
В комнате внезапно воцарилась тишина.
— Вы чего? — Цинь Ао обернулся.
— Собираюсь вздремнуть, — Линь Ваньсин зевнула. — Можете расходиться.
Юй Мин изобразил на лице обиду:
— Учитель, вы так сильно хотите, чтобы мы ушли?
— Какой ещё сон? Мы и обед с собой принесли, а вы спать? — возмутился Цинь Ао.
Они шумели и спорили — в общем, всеми силами пытались остаться.
Линь Ваньсин ответила:
— Прошлой ночью у меня была бессонница, я плохо спала.
Юй Мин спросил:
— Учитель, вы тоже не спали из-за того, что тренер уехал?
Это «тоже» звучало многозначительно. Линь Ваньсин сказала:
— Не только из-за этого.
— Учитель, ну что вы вечно не договариваете? Что тут скрывать, вы наверняка переживаете из-за тех ежемесячных экзаменов, что будут после каникул, — прямолинейно выпалил Чжэн Фэйян.
Линь Ваньсин кивнула.
— Что-то ещё? — спросила она.
Мальчишки переглянулись, немного подумали, и Чэнь Цзянхэ сказал:
— А ещё мы не знаем, что делать дальше, сможем ли мы продолжать играть в футбол.
— Ну да, и не знаем, стоит ли продолжать зарабатывать деньги. Зарабатывать — это, конечно, хорошо, но кажется, что сейчас нам нужно заниматься чем-то другим.
— Вот оно что. — Линь Ваньсин наконец поняла, почему ребята всё утро вели себя странно: у каждого на душе было неспокойно.
Ци Лян холодно усмехнулся:
— На самом деле всё потому, что тренер уехал. Цинь Ао испугался, что вам будет одиноко и грустно, вот и заставил нас прийти составить вам компанию.
Ци Лян действительно умел задеть за живое.
Эта фраза заставила Цинь Ао вопить от негодования:
— Я такого не говорил, это Лао Фу сказал!
Линь Ваньсин тоже опешила. Ци Лян подстрелил двух зайцев одним выстрелом: теперь её попытка выпроводить их выглядела по-настоящему «бессердечной».
Линь Ваньсин беспомощно вздохнула:
— На самом деле я правда не беспокоилась о ваших экзаменах.
— Почему?
— Только не говорите снова, что это не ваше дело! Что вы даёте нам свободу в учёбе.
— Мама мне вчера сказала: сейчас гуляй сколько влезет, но если потом результаты будут плохими, живо вылетишь обратно в школу на уроки.
Линь Ваньсин улыбнулась:
— А если ты вылетишь обратно в школу, твои оценки станут лучше?
— Конечно нет! — с гордостью ответил Юй Мин.
В ходе этой непринуждённой беседы Линь Ваньсин осознала, что причин их «бессонницы» на самом деле было много.
Во-первых, уход Ван Фа заставил их почувствовать, что будущее футбола туманно.
Во-вторых, их деятельность по зарабатыванию денег временно приостановилась. Это занятие давало им чувство безопасности и удовлетворения, но они не понимали, стоит ли продолжать.
Сразу после Дня образования КНР их ждали экзамены, и давление со стороны родителей вызывало тревогу.
Они не хотели расставаться со своей нынешней свободной жизнью без школы, но при этом совершенно не представляли, как им теперь учиться.
Футбол, жизнь, учёба, будущее…
Даже взрослым трудно справляться со всем этим одновременно.
Но при всей этой горе проблем они всё равно нашли в себе силы подумать о ней и обеспокоиться тем, что она может пасть духом из-за ухода Ван Фа.
Все эти причины и собрали их вместе на этой террасе, чтобы провести праздник.
Линь Ваньсин сказала:
— Тогда давайте обсудим всё это вместе — всё, что вас беспокоит.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
