Хотя в будущем расписании матчей оставалось много неопределённости, ученики всё же решили выложиться на полную и погрузиться в тренировки.
Единственное, чего Линь Ваньсин не ожидала, так это того, что после оглашения расписания Чэнь Вэйдун придёт к ней один.
На занятия в течение «золотой недели» Чэнь Вэйдун не ходил, ссылаясь, по его словам, на семейные дела.
Сегодня была его первая тренировка после окончания каникул.
Цинь Ао был этим крайне недоволен, но, во-первых, это были официальные праздничные дни, а во-вторых — и это было главным, — Чэнь Вэйдун вызвался играть добровольно, заменяя отсутствующего Вэнь Чэнъе, поэтому никто не мог предъявлять к нему слишком высоких требований.
Ранее, когда во время акции по «зарабатыванию денег» все были полны энтузиазма, Чэнь Вэйдун посчитал это слишком тяжёлым трудом и через два дня бросил, поэтому Линь Ваньсин, честно говоря, была морально готова к тому, что он придёт к ней для разговора.
— Лаоши, я долго думал, возможно, в дальнейшем я не смогу приходить на тренировки, — Чэнь Вэйдун был предельно прям.
— Почему? — Линь Ваньсин как раз варила лапшу и, услышав это, очень удивилась.
— У нашей школьной спортивной сборной начались тренировки, я должен в них участвовать.
Линь Ваньсин нахмурилась. Чэнь Вэйдун, видимо, догадался, о чём она думает, и сказал:
— Вообще-то я давно хотел сказать, но играть со всеми было очень весело, и мы много выигрывали… Однако с самого начала меня взяли лишь для счёта, а у меня есть своя дисциплина, в которой нужно тренироваться.
Услышав это, Линь Ваньсин быстро всё поняла:
— У тебя другие соревнования? Нужно занять призовое место в провинции? Хочешь подавать документы как спортсмен высокого уровня по спецнабору?
— Я… просто… — Чэнь Вэйдун вдруг запнулся.
— Ничего страшного, — успокоила его Линь Ваньсин.
— Просто, лаоши, вы же понимаете… Раньше я не хотел класть все яйца в одну корзину, но с футболом всё кажется довольно сложным. А в лёгкой атлетике уже в ноябре будет чемпионат, перед ним отборочные, я хочу в них участвовать.
Хотя Чэнь Вэйдун не сказал это прямо, общая суть была ясна.
Шансы занять призовое место в провинции вместе с футбольной командой были призрачными, это не шло ни в какое сравнение с его основной дисциплиной — лёгкой атлетикой, соревнования по которой пройдут в ноябре, поэтому он хотел сосредоточиться на своём главном направлении.
Линь Ваньсин на самом деле прекрасно его понимала, но перед ней стоял неловкий факт: в сборной восьмой школы Хунцзина было всего одиннадцать человек, и если уйдёт хотя бы один, команду придётся распустить. Линь Ваньсин задумалась, её пальцы коснулись железной кастрюли, и только почувствовав ожог, она пришла в себя.
— Но на собрании только что ты об этом не упомянул, — с трудом проговорила она. — Может, соберёмся ещё раз, и ты расскажешь остальным то же, что и мне? В этом нет ничего такого, мы могли бы вместе поискать решение.
— Только не это, лаоши, — поспешно прервал её Чэнь Вэйдун. — Цинь Ао такой человек… Если я скажу, что не хочу играть, он же мне сразу в челюсть даст!
— Но им всё равно придётся узнать о твоих делах, — сказала Линь Ваньсин.
— И как мне это сказать! — Чэнь Вэйдун начал колебаться. — Я ведь изначально пришёл только выручить, не собирался играть так долго. К тому же, если я уйду, заменить меня некому. Лаоши, может, вы поищете кого-нибудь на замену? В ближайшее время я ещё смогу немного поиграть, а дальше — не знаю.
Тон Чэнь Вэйдуна наконец смягчился, лицо парня выражало крайнее замешательство. Линь Ваньсин держала пальцы под струёй воды, которая шумно текла из крана.
— Хорошо, я поняла, — сказала она. — Решай сам.
— Я ещё подумаю, — ответил Чэнь Вэйдун.
—
Колебания Чэнь Вэйдуна стали лишь коротким тревожным эпизодом.
Согласно расписанию, 20 октября восьмая школа Хунцзина в первом туре группового этапа Молодёжной суперлиги примет на своём поле команду «Юйчжоу Иньсян».
Это время было не то чтобы долгим, но и не слишком коротким.
После завершения каникул Линь Ваньсин вернулась к обязанностям заведующей складом спортивного инвентаря в школе.
Ученики по утрам собирались в классе на дополнительные занятия.
Линь Ваньсин выдавала им еженедельные таблицы, включавшие возможные темы для изучения и учебные цели.
Основываясь на её расписании, ребята заново обсудили и скорректировали свой распорядок дня.
В 6:30 утра начинался первый урок, всего их было два.
После 8:30 Линь Ваньсин уходила на работу в школу.
Ученики вместе с Ван Фа проводили утреннюю футбольную тренировку.
В полдень парни ложились немного вздремнуть, а проснувшись полными сил, сначала выполняли домашнее задание по утренним урокам и только потом шли играть в футбол.
Дневная футбольная тренировка у части учеников длилась три часа и заканчивалась к возвращению Линь Ваньсин с работы.
Вечером они вместе ужинали.
Во время еды все смотрели выбранные Линь Ваньсин фильмы или познавательные документальные ленты — это считалось отдыхом.
В 18:50 начинались вечерние занятия.
Они заканчивались около 22:00, всего было три урока. Линь Ваньсин, исходя из пройденного за день материала, давала ученикам задание для чтения перед сном.
Вероятно, из-за врождённой любви к свободе, когда не было уроков, парни не любили сидеть в классе с книгами — они всей душой обожали крышу.
Предыдущий опыт «сбора мусора» — вернее, «циклической переработки учебных ресурсов» — дал им много навыков.
Цинь Ао и Линь Лу прекрасно знали процесс вторичного использования отходов. Линь Ваньсин не знала, где они раздобыли старые складские поддоны.
Они сложили несколько деревянных каркасов вместе, соорудив простое подобие дивана, а сверху положили выменянные где-то старые поролоновые маты.
В послеобеденные часы отдыха, когда солнце уже не слепило глаза, парни любили, развалившись там, болтать и отдыхать.
Поблизости раскинулись бескрайние зелёные лужайки, а вдалеке виднелись городские постройки разной высоты. Линь Лу, свернувшись калачиком на деревянном диване, говорил, что это очень похоже на отдых на Мальдивах.
Хотя они не очень представляли, где именно находятся Мальдивы, но чувствовали: это непременно должно быть место с атмосферой элитного курорта.
Линь Ваньсин каждый день должна была заведовать инвентарём. Раньше она обедала в школе, но так как ребята теперь превратили её дом в свой штаб, она каждый день возвращалась домой в обеденный перерыв.
Поначалу ученики ходили обедать в город.
Родители давали им деньги на еду, но из-за тяжёлой учёбы и влияния друг на друга парни начали лениться выходить.
Роковую роль сыграла та упаковка лапши быстрого приготовления, которую Линь Лу принёс во время «золотой недели». Стоило остальным один раз пообедать лапшой вместе с ним, как этот процесс стало уже не остановить.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
