— В твоём разборе написано лишь то, в чём, по-твоему, заключаются проблемы игры, но нет предложений по их исправлению.
— Предложения по исправлению? — Вэнь Чэнъе запнулся. — А если я скажу, ты станешь слушать?
Ван Фа посчитал слова юного Вэня пустой болтовнёй и не ответил.
— Я считаю, что наше нападение слишком слабое, — прямо сказал Вэнь Чэнъе.
— Продолжай.
— Раньше тренер Цзян всегда твердил: защита, защита, защита — это основа нападения. Но даже если безупречно обороняться все девяносто минут, это всё равно будет ничья ноль-ноль. Нам нужно усиливать атаку.
— Недостаточно прямо, — оценил Ван Фа.
Лицо Вэнь Чэнъе застыло.
— Всё равно, если проиграете в следующем матче, других игр у вас больше не будет. Если не скажешь сейчас, станет слишком поздно. — Ван Фа был очень спокоен, он поднял взгляд, изучая стоявшего перед ним юношу.
Вэнь Чэнъе ответил ему таким же взглядом.
Линь Ваньсин внезапно вспомнила момент окончания того матча.
Главный тренер молодёжной команды «Юнчуань Хэнда» подошёл к Ван Фа и спросил:
— Что ты, чёрт возьми, задумал?
Эта фраза прозвучала странно. Ван Фа на поле всегда держался отстранённо и холодно, поэтому отвечать не стал.
Вэнь Чэнъе нахмурился, его кулаки по швам постепенно сжались, и он, словно решившись на что-то, произнёс:
— Я буду играть в полузащите.
Линь Ваньсин опешила. Вспомнив, как раньше Ван Фа перевёл Фу Синьшу в линию защиты, она повернулась и посмотрела на того, кто стоял рядом.
— Хорошо, — ответил Ван Фа.
Вэнь Чэнъе тоже замер: он не ожидал, что тренер согласится так просто, и не верил собственным ушам.
— Значит… значит, я теперь полузащитник? — спросил Вэнь Чэнъе, указывая на себя.
— Моё согласие не означает, что ты сможешь успешно играть на позиции полузащитника. — Ван Фа слегка подался вперёд; его поза не была небрежной, он вёл этот разговор с Вэнь Чэнъе предельно серьёзно.
В ночном ветру юноша слегка опешил, словно погрузившись в раздумья:
— Что ещё мне нужно сделать?
— Как ты и сказал, оборона не приносит победы, но и одна лишь атака — тоже. Что скажешь?
— Ты про командную игру? — Вэнь Чэнъе нахмурился. Было очевидно, что он давно понял, к чему клонит Ван Фа, но обсуждать это всё равно не хотел.
Ван Фа посмотрел на время и решительно сказал Вэнь Чэнъе:
— Завтра в двенадцать дня ты можешь изложить свои мысли товарищам по команде и убедить их. Конечно, если сам того захочешь.
Вэнь Чэнъе пришёл в нерешительности, а ушёл в полном замешательстве.
Поговаривали, что его родители ведут войну из-за развода, а так называемый «надзор за сыном» — лишь инструмент в бракоразводном процессе, так что большую часть времени он был предоставлен самому себе.
Железная дверь на крышу с грохотом захлопнулась, и вокруг воцарилась ночная тишина.
Линь Ваньсин опустила голову и внимательно дочитала небольшое сочинение, которое принёс Вэнь Чэнъе. Затем, подперев подбородок рукой, она повернулась и принялась разглядывать Ван Фа.
Профиль товарища Ван Фа был весьма эффектным, а в анфас он выглядел ещё лучше. Линь Ваньсин пыталась подобрать какие-нибудь эпитеты из романов, чтобы польстить ему, как вдруг Ван Фа повернул голову и посмотрел на неё.
В голове Линь Ваньсин все «всплывающие комментарии» с эпитетами разом стёрлись.
Должно быть, вид у неё был слишком ошарашенный.
Ван Фа некоторое время пристально смотрел на неё, в его медового цвета глазах промелькнула улыбка:
— Сяо Линь Лаоши что-то хочет спросить? Нужно, чтобы я и тебе дал возможность?
Линь Ваньсин замерла, а затем легонько хлопнула по столу:
— Во-первых, возможность снова найти работу тренеру дала именно я.
— А другие возможности Сяо Линь Лаоши может дать?
В тот момент Линь Ваньсин, конечно же, поняла, что Ван Фа имел в виду.
Ночной ветер был ласковым, они по-прежнему оставались на прежнем расстоянии друг от друга. Поза Ван Фа была расслабленной, чёлка и виски ещё не просохли после душа и казались влажными, но взгляд его был предельно серьёзным и искренним.
В воздухе пахло окрестной зеленью и лимонным шампунем. Их руки были так близко, что стоило лишь слегка приподнять ладонь, и можно было бы сплести пальцы.
Атмосфера была чудесной, и у каждого бывают моменты, когда хочется прикинуться дурачком. Линь Ваньсин тоже захотелось свести всё к шутке.
Поэтому она спросила Ван Фа:
— Тогда я дам тренеру шанс: расскажи о своих планах.
В глазах Ван Фа на мгновение промелькнуло множество чувств, но он быстро успокоился и с улыбкой переспросил:
— Сяо Линь Лаоши спрашивает о моих планах на команду?
— Да, — Линь Ваньсин улыбнулась. — Такое чувство, будто у тренера всё давно продумано.
— На самом деле нет, — сказал Ван Фа.
— Но ты отправил Фу Синьшу в оборону и поддержал Вэнь Чэнъе в его стремлении занять место в полузащите.
— Я имею в виду, что в этом процессе не было столько расчёта и прозорливости, сколько ты думаешь. — Ван Фа сделал паузу. — Они долго играли вместе, это очень сплочённая команда. Вообще-то это потрясающе: вместе играть в детстве и остаться товарищами по команде, когда повзрослели.
Линь Ваньсин прекрасно понимала: в юности Ван Фа часто переезжал, а во взрослой жизни привык к постоянной смене игроков, поэтому он всегда считал такие команды, как в восьмой школе Хунцзина, большой редкостью.
Линь Ваньсин рассмеялась:
— Только не вздумай говорить им такое, они тут же устроят тебе показательный сеанс телячьих нежностей.
Ван Фа налил себе воды и тоже улыбнулся:
— Но сплочённость порой — это палка о двух концах. У игроков закостенелое мышление, а стиль игры застыл. Даже если возникают конфликты, они лишь латают дыры в старой лодке; поднимется сильная волна — и всё развалится.
Услышав это, Линь Ваньсин вдруг поняла, почему Ван Фа не стал наводить порядок в раздевалке с самого начала.
Футбольная команда восьмой школы была давно сложившимся коллективом, они могли побеждать некоторых противников за счёт стабильности и упорных тренировок.
Но матчи становились всё сложнее, и после поражений неизбежно начинались взаимные упрёки. Уход Чэнь Вэйдуна был лишь верхушкой айсберга начавшихся раздоров. Приход Вэнь Чэнъе только обострил внутренние конфликты.
В этой ситуации у Ван Фа как у главного тренера было всего два пути: продолжать латать эту маленькую лодку или смотреть, как её разбивает огромной волной, чтобы потом найти способ построить новую.
Вспомнив драку в раздевалке и ту тяжёлую, гнетущую атмосферу, Линь Ваньсин замолчала.
— Но ведь не факт, что получится, — произнесла она.
Порой то, что разбито, уже не собрать. Изменятся ли Вэнь Чэнъе и остальные игроки, смогут ли они превратиться в боеспособную команду — всё это оставалось неизвестным.
— Но мы всегда стремимся к лучшим из возможных вариантов, — ответил Ван Фа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
