Поэтому они пошли в обход через стадион, подошли к заднему окну комнаты со спортивным инвентарём и заглянули внутрь.
Свет был выключен, внутри царил полумрак, и всё выглядело так же, как и тогда, когда они уходили. Зоркий Линь Лу даже заметил на столе Линь Ваньсин недоеденную пачку чипсов «Лейс», которую он недавно там оставил.
Но что это могло значить?
Кажется, ровным счётом ничего.
Чэнь Цзянхэ толкнул раму: и верно, то самое болтавшееся от ветра заднее окно уже давно починили. Линь Ваньсин всегда была человеком прилежным; с её приходом в комнате для инвентаря стало гораздо чище и опрятнее, так что такая мелочь, как ремонт окна, никого не удивила.
В тот момент никто не почуял неладное.
Дружески похлопывая друг друга по плечам, они направились со школьного стадиона к футбольному полю, где тренировались каждый день.
Когда же именно они почувствовали неладное?
Как минимум к тому времени, когда закончили тренировку и вместе с тренером толкнули дверь на крышу.
На крыше было очень темно, всё словно подёрнулось мрачной дымкой.
Свет не горел, потому что Линь Ваньсин ещё не вернулась.
И раньше случалось, что она после работы не приходила на поле посмотреть на их тренировку.
Либо у неё оставались дела в школе, либо она в одиночестве поливала цветы на крыше, а иногда, хоть и редко, прилежно трудилась в кабинете, погружённая в раздумья над бумагами.
Но ни один из тех разов не был похож на сегодня.
Странное предчувствие мелькнуло и тут же исчезло.
Они поворчали о том, почему Линь Ваньсин всё ещё нет, и поспрашивали друг друга, не получал ли кто от учителя весточки, но, как оказалось, никто ничего не знал.
Тренер уже достал телефон, чтобы написать ей в Вичат, и ребята не стали особо задумываться.
После тренировки все очень устали, поэтому наперебой бросились в душ.
Проходя мимо двери Линь Ваньсин, Фу Синьшу остановился и легонько постучал.
Ответа не последовало.
Те, кто сегодня отвечал за готовку, уже вовсю хлопотали. Зажгли весь свет, и на крыше воцарились привычные звуки суеты. Огород, цветочные полки, столы и стулья, а также сваленный в углу спортивный инвентарь — всё было как обычно.
Обычно они ели готовые полуфабрикаты, которые подготавливали заранее во время отдыха, поэтому, как только все помылись, еду быстро подали на стол.
Вся компания уселась вокруг длинного стола; все проголодались так, что живот к спине прилип.
— Учитель ответила на сообщение? — спросил Фу Синьшу, расставив тарелки.
Тренер не стал переодеваться, а просто сел у края стола. Он снова зажёг экран телефона и покачал головой.
Тогда все принялись вспоминать тот звонок, который Сяо Линь Лаоши получила в полдень, уходя из комнаты для инвентаря.
— Она выставила нас сразу после того, как закончила говорить по телефону, — объяснил Линь Лу Ван Фа.
— И кто звонил? — пробормотал Цинь Ао, подцепляя вилкой кусок мяса.
— Да кто ж знает. Причём звонили на рабочий телефон на столе учителя. Неужели кто-то из школы по внутренней линии?
В этот момент хранивший до сих пор молчание Вэнь Чэнъе вдруг замер.
Лицо его приняло неопределённое выражение. Обсуждение за столом продолжалось, и через некоторое время остальные услышали лязг вилки о металлический поднос.
Наконец Вэнь Чэнъе произнёс:
— Вы сказали, что учитель ответила на звонок и ушла из инвентарной. Который это был час?
— Примерно двенадцать сорок пять? — неуверенно предположил Чжэн Фэйян.
— Тогда я её видел. Она шла в административный корпус, — сказал Вэнь Чэнъе.
— А?
— Что?
— Что же ты раньше молчал!
Все уставились на Вэнь Чэнъе. Ребятам показалось, что он отводит взгляд, будто что-то скрывает.
— Вы до этого не спрашивали, — буркнул Вэнь Чэнъе.
— Нет, погоди, а почему ты сам был у административного корпуса? Шлялся там в одиночку?
— Так вот почему ты в обед не был с нами! Что ты там вынюхивал? — внезапно проявил прозорливость Цинь Ао.
Скрывать это и впрямь было бесполезно.
Вэнь Чэнъе признался:
— Мой отец приезжал днём. Он потащил меня в учебную часть за табелем успеваемости.
— С чего это вдруг? Твой де внезапно решил взяться за тебя?
— Потому что он хочет отправить меня за границу. Но я точно закончу школу здесь, а после гаокао посмотрим.
— Что? Ты уезжаешь!
— За границу?
Остальные словно пропустили мимо ушей вторую часть его фразы — ту, где он обещал доиграть матчи. За столом поднялся невообразимый шум. Грохот и галдёж звучали громче, чем шипение масла на сковороде, когда жарились куриные отбивные.
— Значит, учитель тоже знала, что ты уезжаешь?
— Да, я ей сказал.
— Преступник найден! Это ты расстроил учителя! — выкрикнул Цинь Ао, словно раскрыл дело.
— Ты больной? — огрызнулся Вэнь Чэнъе. — Разве она из тех, кого я могу расстроить?
— И то верно.
— Кажется, это она нас вечно доводит.
Вспомнив неизменно спокойную улыбку Линь Ваньсин, разгорячённые ученики снова опустились на свои места.
Время перевалило за семь вечера, ужин подходил к концу.
Фу Синьшу глянул на другой конец стола: тарелка Ван Фа так и осталась нетронутой.
— Тренер? — осторожно позвал он.
В этот момент экран телефона Ван Фа засветился — пришёл ответ от Линь Ваньсин:
【Линь Ваньсин: Дома внезапно кое-что случилось, мне нужно съездить назад.】
Ван Фа посмотрел на свои предыдущие вопросы:
«Во сколько вернёшься?»
«Ждём тебя к ужину»
«Всё в порядке? Неожиданно вызвали по работе?»
А также на несколько строчек «Абонент не отвечает». Внезапно его охватила безотчётная тревога.
Он, не колеблясь, набрал её номер.
Лишь после десятка гудков он наконец услышал голос Линь Ваньсин.
Но на душе легче не стало.
Одновременно с её словами до него донёсся мощный и беспорядочный шум — она находилась в каком-то очень людном и просторном месте.
— Алло.
На том конце провода по-прежнему звучал мягкий и спокойный голос, голос Линь Ваньсин.
Но почему-то, услышав его, Ван Фа внутренне содрогнулся.
— Ты где? — спросил он.
Когда он задал этот вопрос, Линь Ваньсин, кажется, намеренно отвела телефон в сторону, чтобы он мог расслышать звуки вокруг.
Раздались характерные для вокзала переливы сигналов.
А затем — стандартный голос диктора:
— Уважаемые пассажиры, начинается посадка на поезд G617 сообщением Хунцзин — Юнчуань. Пассажиров, следующих этим поездом, просим пройти к выходу номер три для посадки.
Линь Ваньсин молчала, давая ему дослушать объявление до конца, и только потом снова поднесла телефон к уху.
— Я на вокзале, — медленно проговорила она.
— Проблемы дома серьёзные? — обдумав ситуацию, Ван Фа выбрал наиболее подходящие слова.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
