Она сохраняла спокойствие и рассудительность, ни разу не усомнившись в том, что его чувства были искренними с самого начала. Она не верила, что сейчас он лишь притворяется глубоко влюбленным, преследуя иные цели — по крайней мере, она признавала его чувства к ней и не испытывала к нему ни неприязни, ни желания избегать его.
Слово «долголетие» звучит просто, но заставить рационального человека с легкостью в него поверить — задача непосильно трудная.
Только те, кто прожил жизнь рука об руку до самой старости и действительно сумел это исполнить, оглядываясь в прошлое, имеют право говорить о непоколебимой вере.
— Дянься, я верю в твою искренность, потому что знаю: с твоими способностями тебе не нужно строить против меня иные козни, — взгляд Шэнь Сихэ был нежным, а в глазах светилась мягкость. — Я не смею с легкостью верить в твое «навсегда» тоже потому, что знаю твои способности. Если в будущем мы станем врагами, я, сохраняя бдительность, не скажу, что смогу противостоять тебе на равных, но, по крайней мере, у меня найдутся силы вырваться.
Сяо Хуаян невольно рассмеялся:
— Не это ли называют: «И успех благодаря Сяо Хэ, и поражение из-за Сяо Хэ»?1
Если бы он не был столь могущественным и не нуждался в Северо-Западе, подстраивая сначала слабость, а затем засаду против рода Шэнь, Шэнь Сихэ определенно не поверила бы в его нынешнюю искренность. Но именно из-за того, что он так силен, она боялась глубоко увязнуть в трясине своих чувств, страшась, что однажды Северо-Запад станет ему помехой, а она превратится в камень, через который переступят, погубив ее край и самых близких ей людей.
— Дянься относится ко мне с добротой, и я не трава и не дерево, чтобы не чувствовать признательности, — Шэнь Сихэ впервые так откровенно раскрыла перед Сяо Хуаяном свою душу. — Иногда я задумываюсь: если однажды я всем сердцем полюблю Дянься, сможет ли это чувство быть подобным восходу солнца и закату луны — вечным и неизменным? Я не могу этого гарантировать; в жизни слишком много превратностей, взлетов и падений, и никогда не знаешь, с какими переменами столкнешься завтра. Как можно давать обещание длиною в жизнь? Если я не могу быть уверена даже в себе, как я могу слепо верить в то, что другой человек не изменится вместе с миром и временем?
— Ты права, — кивнул в знак согласия Сяо Хуаян. — Прежде я слишком торопился. Впредь я не буду вести с тобой подобные пустые разговоры о далеком будущем. Мы — те, кому суждено стать супругами, сплетя волосы2. Нам предстоит быть вместе из года в год, не разлучаясь ни на миг, и нам просто нужно хорошо проживать каждый день.
Шэнь Сихэ слегка улыбнулась. Такой Сяо Хуаян казался ей более настоящим, к нему было легче тянуться.
Она провела рукой по нефритовому коврику:
— Я принимаю твой щедрый дар, Дянься.
Она больше не пыталась отплатить ему ответным подарком, и на сердце у Сяо Хуаяна стало сладко: она перестала быть столь церемонно вежливой.
— Бися собирается отправиться во дворец Линь Юсин, чтобы укрыться от зноя. Указ будет издан в ближайшие пару дней, так что подготовься заранее. Во дворец Линь Юсин летом не бывает изнуряющей жары, там прохладно и приятно, а вокруг — зеленые горы, чистые воды, яркие и прекрасные пейзажи.
— Дворец Линь Юсин? — Шэнь Сихэ заинтересовалась. В столице и впрямь было слишком жарко.
В прошлом году, когда она только прибыла в столицу, тоже было знойно, но недолго. Сейчас же лето только входило в полную силу, и впереди оставалось еще два долгих месяца…
— М-м, я распоряжусь, чтобы нас поселили по соседству, хорошо? — вкрадчиво спросил он.
— Если я буду жить по соседству с Дянься, то другие принцы… — Шэнь Сихэ беспокоилась не из-за самого Сяо Хуаяна, а из-за того, что они еще не состояли в браке. Не было ли это нарушением приличий по отношению к остальным братьям?
— Если у них хватит умения, пусть попробуют отобрать то, что находится в моих руках, — Сяо Хуаяну было совершенно все равно.
Летний дворец был построен сотню лет назад, еще при основании династии. В то время, помимо главного зала Бися, все остальное представляло собой лишь временные навесы, и только предыдущий император, страдавший от жары и склонный к роскоши, развернул там масштабное строительство. Тем не менее покои по-прежнему сильно различались по качеству.
После того как прошлогодняя осенняя охота заставила Бися опасаться охотничьих угодий, в этом году он не планировал туда ехать, решив остаться во дворце Линь Юсин. Эта поездка должна была продлиться с пятого по девятый месяц, поэтому император наверняка возьмет с собой всех министров, оставив в столице лишь немногих.
В такое долгое путешествие комфорт проживания становился крайне важным. Не только принцы хлопотали о лучших местах, но и стотысячные чиновники уже начали суетиться, надеясь устроиться поудобнее в рамках своего статуса.
— Министры возьмут с собой жен и детей, — Сяо Хуаян лукаво прищурился, словно предвкушая интересное зрелище. — Тайхоу хочет воспользоваться этой поездкой, чтобы дать принцам возможность пообщаться с избранными девушками. Когда они вернутся в столицу, то смогут сами посвататься.
Не каждый брак принца заключался по императорскому указу. Разумеется, свадьбой принца должны были заниматься Цзунчжэнсы и Министерство ритуалов, но сама подготовка мало чем отличалась от женитьбы в обычной знатной семье.
Шэнь Сихэ опустила голову и тихо рассмеялась. Сяо Хуаян твердо решил женить всех своих братьев.
— Раз им всем позволено общаться с девушками, то нет никаких причин, по которым я, тайзы, получивший официальный императорский указ о браке, не мог бы быть ближе к моей будущей тайзыфэй, — Сяо Хуаян произнес эти эгоистичные слова с полным осознанием своей правоты.
— Дянься, не возникло ли у Бися подозрений в твой адрес в последнее время? — с тревогой спросила Шэнь Сихэ.
Несколько дней назад она уже мягко предупреждала Сяо Хуаяна, но теперь он снова затевал интригу. Шэнь Сихэ казалось, что Бися ведет себя слишком спокойно. В последних событиях прослеживалась четкая связь: сначала нападение на Сяо Хуаяна, затем инцидент со стрельбой по пудровым шарикам на Праздник Дуаньу, в который оказался втянут третий принц, что привело к разрыву между Ли Яньянь и Сяо Чантай. Это, в свою очередь, повлекло за собой похищение Ли Яньянь вернувшейся в столицу Е Ваньтан и вынудило Сяо Чантай прибыть в столицу.
На первый взгляд Сяо Хуаян не имел к этому никакого отношения, но после его возвращения в столицу ни одно событие не обходилось без него. При этом он всегда оказывался в роли жертвы, что при частом повторении создавало ощущение нереальности.
Насколько глубоки мысли Бися? То, что он до сих пор не предпринял никаких действий — признак безразличия или он просто ждет удобного момента?
Если верно последнее, то Бися, скорее всего, не будет действовать по мелочам, а его удар окажется сокрушительным. Шэнь Сихэ понимала это и не верила, что Сяо Хуаян этого не осознает. Но он? Словно беззаботный заяц, не ведающий об опасностях леса, он каждый день исправно выполнял свои обязанности и в тот же миг спешил к ней.
— Если я правильно предполагаю, во дворце Линь Юсин он непременно подвергнет меня испытанию, — взгляд Сяо Хуаяна стал глубоким. — Именно поэтому мне нужно, чтобы ты была рядом со мной.
— Ты опасаешься, что Бися нанесет удар по мне, чтобы заставить тебя раскрыться? — осенило Шэнь Сихэ.
Сяо Хуаян загадочно улыбнулся:
— Вовсе нет. Я рассчитываю, что Ю-Ю защитит меня.
Шэнь Сихэ молча смотрела на него, не находя слов.
— Я — слабый, обижаемый всеми тайзы, чьи дни сочтены, у меня нет ни сторонников, ни влияния. К счастью, судьба была ко мне благосклонна и подарила мне невесту с высоким положением, мудрую и наделенную талантами, в чьем распоряжении находятся доблестные генералы и элитные войска. Мне остается лишь умолять Ю-Ю защитить меня хоть немного.
Он говорил полушутя-полусерьезно, но Шэнь Сихэ поняла его истинный смысл.
— А если я не захочу?
— Если даже Ю-Ю не станет меня защищать, мне останется только вверить свою жизнь Небесам. Буду надеяться, что они сжалятся надо мной и позволят выжить в великой беде, — чем больше Сяо Хуаян говорил, тем более обиженным он казался, будто был всеми покинутым и жалким.
Шэнь Сихэ спокойно наблюдала за его актерской игрой.
Только тогда Сяо Хуаян посерьезнел:
— Я вовсе не прикрываюсь тобой как щитом. Я хочу передать тебе некоторых своих людей, чтобы в будущем они находились в твоем распоряжении. Ты будешь на виду, я — в тени. Мы с тобой, как муж и жена, объединим сердца и вместе покорим этот мир.
С этими словами Сяо Хуаян протянул Шэнь Сихэ заранее подготовленную книжицу. Это был список имен — все его люди, переданные ей без остатка.
- И успех благодаря Сяо Хэ, и поражение из-за Сяо Хэ (成也萧何败萧何, chéng yě Xiāo Hé, bài yě Xiāo Hé) — образное выражение, означающее, что один и тот же фактор или человек может стать причиной как триумфа, так и краха. ↩︎
- Супруги, сплетшие волосы (结发, jiéfà) — древний свадебный обряд, в котором жених и невеста связывают пряди своих волос, символизируя вечный союз и верность. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
