— Эта вещь ничего не доказывает, — Сан Инь по-прежнему оставался крайне бдительным. Ароматический мешочек действительно был делом рук Шэнь Сихэ, но этот человек мог его украсть.
— Оставьте мешочек себе, дядя Сан. Позже вы сможете лично навестить Ю-Ю и подтвердить мою личность, — Сяо Хуаян говорил с человеком, которого уважала Шэнь Сихэ, в непринуждённом тоне, ведя себя как младший по положению. — Я пришёл сегодня к вам по двум причинам. Во-первых, сообщить, что с моим тестем всё в порядке, а нынешнее его состояние вызвано иными обстоятельствами. Пусть тот, кто всё это устроил, сам вам объяснит.
Следуя за взглядом Сяо Хуаяна, Сан Инь увидел другого юношу чистой и необычайной красоты, который вышел из тени позади него. Сердце старика ёкнуло: в его особняке было немало элитных войск, а ворота охраняли ветераны, вернувшиеся с полей сражений с тяжёлыми ранениями.
Так было не только в его доме, но и во всех знатных семьях Северо-Запада. Солдаты, совершившие подвиги, которые не принесли им славы, и ставшие инвалидами из-за войн, оставались в домах генералов в качестве охранников. Несмотря на увечья, их слух и зрение были гораздо острее, чем у обычных сторожей.
Эти двое юношей, будучи столь молодыми, могли свободно приходить и уходить из его особняка. Если бы они действительно пожелали причинить вред, то все обитатели дома оказались бы в смертельной опасности.
— Дядя Сан, принц принял составленный мною препарат тигра и волка, из-за чего его скрытые травмы обострились. Но это лишь способ исцеления. Моё лекарство… — Се Юньхуай без утайки поделился с Сан Инем невероятно ценным рецептом.
Они пришли к дяде Сану именно сейчас, потому что после сегодняшнего дня пульс Шэнь Юэшаня станет замедляться, и Сан Инь непременно бы это заметил. Другая причина заключалась в надежде на помощь Сан Иня: Сяо Хуаяну нужно было беспрепятственно вывезти человека.
— Чудесно! — глаза Сан Иня засияли восторгом, когда он выслушал слова Се Юньхуая. Он не смог сдержать восхищённого вздоха: — Юноша отважен, старик восхищён.
О таком способе он даже не помышлял: сначала использовать препарат тигра и волка, чтобы спровоцировать старые раны, а затем лечить их как новые. Это был долгий процесс, но чрезвычайно эффективный.
В этот момент Сан Инь уже почти поверил Сяо Хуаяну и Се Юньхуаю. Последний описал пульс Шэнь Юэшаня с поразительной точностью, чего невозможно было добиться, не прощупав его лично, а после возвращения Шэнь Юэшаня лечением занимался только он один.
Однако если эти двое смогли проникнуть в его дом, ничто не мешало им пробраться и во дворец северо-западного князя. Сан Иню всё ещё нужно было убедиться во всём самому.
— Дядя Сан, если вы верите нам двоим, то прошу вас сегодня оставить этот бензоин в спальне генерала Гэна, — Сяо Хуаян передал ему благовоние, приготовленное Шэнь Сихэ.
Шкатулка, в которой лежало благовоние, была деревянной, а на её краю виднелся резной лист Пинчжун — такова была привычка Шэнь Сихэ.
— Аромат, составленный цзюньчжу…
В мгновение ока Сан Инь вспомнил всё, что упустил из виду. Если слова этих двоих — правда, то почему принц не сказал об этом прямо? Почему цзюньчжу ввела их в заблуждение? Неужели Цзячэнь-тайцзы ранил его? Зачем разыгрывать спектакль, будто он находится при смерти?
Всё это могло быть только преднамеренным планом, ловушкой для кого-то, и этим кем-то оказался…
Сан Инь не хотел в это верить!
Он мог допустить, что принца предаст кто угодно, но только не Гэн Лянчэн. Он был близок к принцу, словно родной брат, и следовал за ним дольше, чем любой другой! Семья Гэн, как и семья Мо, из поколения в поколение поддерживала род Шэнь.
— Дядя Сан, вы всё поймёте, когда сами навестите Ю-Ю, — Сяо Хуаян не желал многословить. Он был здесь чужаком, и сколько бы он ни говорил, Сан Инь не смог бы до конца ему довериться.
И тогда Сан Инь поспешно отправился в особняк принца. Он так сильно тревожился о болезни Шэнь Юэшаня, что никто не заподозрил неладное в его суете. В лучшем случае Гэн Лянчэн и остальные подумали, что он, возможно, нашёл какой-то новый способ лечения и хочет его испробовать. Им оставалось лишь ждать результата.
Сан Инь пришёл к Шэнь Юэшаню. Поскольку Шэнь Сихэ была рядом, а Шэнь Юньань отсутствовал, старик, опасаясь лишних ушей, лишь во время проверки пульса Шэнь Юэшаня мельком показал Шэнь Сихэ ароматический мешочек, бросив на неё вопрошающий взгляд.
Увидев мешочек и встретившись с тревожным, ищущим покоя взглядом Сан Иня, Шэнь Сихэ медленно, но твёрдо кивнула.
От этого кивка у дяди Сана подкосились ноги, и он едва не упал — благо Чжэньчжу стояла рядом и вовремя его подхватила.
Скольких больных повидал Сан Инь, сколько крови он видел! Он всегда оставался спокойным и невозмутимым мужчиной семи чи 1, но сейчас впервые не смог сдержать слёз, вызванных глубокой скорбью.
Сан Инь покинул дворец северо-западного князя в слезах и, вернувшись в свой дом, заперся. Когда весть об этом разнеслась, Гэн Лянчэн окончательно убедился, что Шэнь Юэшань действительно обречён, и начал искать способы выманить Шэнь Юньаня.
В доме Сан Иня по-прежнему находился Сяо Хуаян, но Се Юньхуай уже ушёл. Сяо Хуаян остался лишь для того, чтобы забрать свой ароматический мешочек. Он не ответил ни на один вопрос Сан Иня, а перед уходом произнёс:
— Дядя Сан, если генерал Гэн захватит вашу семью, не волнуйтесь. Мы их защитим.
Не дав старику возможности возразить, Сяо Хуаян бесследно исчез.
Сжимая в руках бензоин, Сан Инь отчётливо понял смысл последней фразы Сяо Хуаяна: Гэн Лянчэн захочет его руками разделаться с Шэнь Юньанем и для этого использует его близких в качестве заложников.
Если и был человек, способный незаметно обмануть этих доблестных воинов из окружения Шэнь Юньаня, то это мог быть только Сан Инь. И старые солдаты в их домах, и личные помощники — все они были обязаны Сан Иню, не говоря уже о его безупречной репутации и личных связях.
Сан Иню было слишком легко устроить диверсию. Ночью генерал Гэн крепко уснул в дыму бензоина. Сяо Хуаян вместе с Тянь Юанем лично явились, чтобы забрать его. Грозный генерал, наводивший ужас на полях сражений, даже не почувствовал, как его уносят. Его жена, спавшая рядом, также ни на что не среагировала.
Заранее всё подготовив, Сяо Хуаян бесшумно увёл Гэн Лянчэна.
Тот очнулся вскоре после этого, чувствуя боль в шее — явный признак удара, приведшего к обмороку. Тело было слабым и вялым, силы покинули его. Подняв взгляд, он увидел сидящего перед ним человека.
Гэн Лянчэн когда-то видел Сяо Цзюэсуна — он вместе с Шэнь Юньанем защищал Цянь-вана и его семью во время их похода на императорскую столицу.
— Генерал Гэн, надеюсь, вы пребываете в добром здравии, — заговорил Сяо Хуаян, притворяясь Сяо Цзюэсуном. Его голос звучал хрипло и надтреснуто от возраста. На самом деле он сильно отличался от голоса настоящего Сяо Цзюэсуна, но Гэн Лянчэн никогда не видел того стариком.
Этот голос вполне соответствовал нынешнему возрасту врага. Гэн Лянчэн холодно спросил:
— Зачем ты меня схватил?
— Разумеется, чтобы предложить генералу Гэну сделку, — Сяо Хуаян посмотрел на него с улыбкой. — Если уж генерал смог перейти на сторону Бися, почему бы вам не перейти на мою? Разве Бися позволит вам править Северо-Западом? А я могу сделать так, чтобы ваша мечта исполнилась немедленно.
— Что за чушь ты несёшь? Не пытайся посеять раздор…
— Ха, — Сяо Хуаян легко усмехнулся, и в его глазах промелькнула насмешка. — Если семьи Шэнь не станет, Бися вполне логично пришлёт своих людей управлять Северо-Западом. Тогда вам придётся притворно любезничать с назначенцами Бися, якобы помогая им. В глубине души вы понимаете: имея перед глазами зеркало для идущей следом повозки 2 в виде семьи Шэнь, Бися не позволит вам стать вторым Шэнь Юэшанем, даже если ваши заслуги в устранении Шэнь будут огромны.
Но если я сначала похищу Шэнь Юньаня, а вы поскорее оборвёте жизнь Шэнь Юэшаня, то в этой стае драконов без вожака вы станете единственным, кто сможет взять на себя ответственность.
— Даже если так, как я стану ваном Северо-Запада? — допытывался Гэн Лянчэн. — Ты сам сказал, Бися не позволит мне занять это место.
— А что, если в это время Шэнь Юньань примет мучительную смерть от рук людей Бися? Скажем, будет убит особым способом, присущим только Сюйиши? — возразил Сяо Цзюэсун.
Если Шэнь Юньань погибнет от рук Сюйиши, они смогут с полным правом потребовать у императорского двора объяснений. Насколько важны были отец и сын Шэнь для Северо-Запада? Пока Бися не желает подталкивать регион к восстанию, ему придётся дать чёткий ответ.
Тогда он сам подтолкнёт события, вынудив Бися просить его выступить с умиротворением. А чтобы он мог успокоить людей, ему придётся дать власть.
***
- мужчина семи чи (七尺男儿, qī chǐ nán’ér) — китайское обозначение высокого и мужественного человека. ↩︎
- зеркало для идущей следом повозки (前车之鉴, qián chē zhī jiàn) — метафора, призывающая извлекать уроки из чужих ошибок. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
